EN
 / Главная / Публикации / «Капитан, мы тонем!». Как поморская ладья дошла до Аляски

«Капитан, мы тонем!». Как поморская ладья дошла до Аляски

Сергей Виноградов14.09.2021

На "Пилигриме"

Лето на Аляске короткое, зима заглядывает в глаза уже с ранней осени. Лучше многих об этом знает известный российский путешественник Сергей Синельник. Переход, который он с 2019 года совершает на точной копии средневековой поморской ладьи «Пилигрим», привёл его в самый северный американский штат. Путешествие в этом году завершено, весной следующего Синельник с командой отправятся по северному морскому пути в Россию.

Позади переход через Атлантический океан, американские и канадские реки и озёра, перевоз «Пилигрима» «волоком» на траке по США, зимовка в Миннесоте и «работа» плавучим музеем в Сиэтле, а ещё – множество встреч с соотечественниками и американцами, которые не скрывали восторга от русской ладьи и её команды.

Капитан «Пилигрима» рассказал «Русскому миру» о ходовых качествах поморского судна, острове Matushka, других русских следах на Аляске, а также о том, что удивило бывалого американского яхтсмена, оказавшегося в русской ладье.

О Сергее Синельнике и начале путешествия «Пилигрима» читайте в материале: В древнерусской ладье – по океанам

Осень – пора штормовая

– Сергей, где «Пилигрим» стоит в данный момент?

– Сейчас мы находимся на Аляске в городе Хомере, это недалеко от Анкориджа. В сам Анкоридж мы не пошли, потому что нет причалов для маленьких лодок, там только большие корабли могут швартоваться. А Хомер – большая рыболовецкая база, это недалеко Кадьяка (остров, который в XVIII и XIX веках активно осваивали русские промысловики - авт). В этом году дальше не пойдём, не успеваем. В море нельзя быть безрассудным, нужно уметь ждать, иначе можно погибнуть и корабль погубить. Осень в районе Алеутских островов и Беринговом море – пора штормовая.

Если будем пережидать шторма, потеряем время и на Чукотку пойдём ближе к заморозкам. Плюс нужно команду собирать. До Хомера мы дошли вместе со старыми друзьями, и новые приезжали, а дальше идти – пока нет никого. Таков Божий Промысел. Знаете, когда полагаешься на Господа, всё чудным образом складывается.

Сергей Синельник с членами команды

– Будете зимовать на Аляске?

– Судно останется. Я вернусь в Россию, а в апреле – снова сюда, будем готовить ладью к навигации вместе с моим давним помощником Алексеем Волчком. Может быть, и ещё кто-нибудь из команды присоединится. Планы – дойти до Чукотки, в этом году не сложилось.

– Как «Пилигрим» проявил себя в северных морях и реках?

– Не сказать, что я полностью доволен, у ладьи есть свои недостатки. До этого мы ходили на ладье «Русич», копии новгородского судна приблизительно X века. До Индии и до Южной Тасмании ходили, вокруг Европы тоже. Борта у неё были низкие, и это давало преимущество, ладья была остойчивая, мне нравилось её поведение в непогоду. А на «Пилигриме» в ущерб мореходности создали получше условия внутри, чтобы можно было ходить в полный рост. На «Русиче» внутри было тесно – заползаешь только поспать. Сейчас у нас на «Пилигриме» три каюты, кают-компания, небольшой музей. Я понимал, что высокие борта, корма и нос создают дополнительную парусность корпуса, а осадка небольшая – всего 130-140 сантиметров. Соответственно, будет мотать и валять больше. Валкая ладья получилось, но со временем к качке привыкаешь.

– Ладья прошла испытание штормами?

– На Аляске ветра изменчивые, нужно часто пережидать. Мы попадали в ветер около 40 узлов, и волнение было от 3 до 5 метров – покачивало, но терпимо. Главное – на борту быть немного акробатом, гибким и цепким. Не зря же у моряков походка враскачку.

– От стихии не застрахуешься. А от пандемии? Сильно она мешает путешествию?

– Одним из вариантов был переход по Тихому океану, но из-за пандемии пришлось его отсечь, потому что многие страны закрыты, в том числе Канада. Когда мы из Сиэтла шли вдоль западного побережья, канадцы нам разрешили пройти, но только транзитом – никаких причаливаний, нельзя использовать пирсы. Если сильное течение или встречные ветра, разрешалось в некоторых местах встать на якорь без выхода на берег.

Русская Америка

– Русский след на Аляске ощущается?

– Конечно, хотя бы даже по названиям. Например, здесь есть острова, носящие имена Баранова и Чичагова. Или смотришь на карту, а там маленький остров под названием «Матушка». Или Измайлов, или мыс Погибший. Значит, кто-то там погиб когда-то. А сколько здесь церквей осталось со времён святого Германа Аляскинского (умер в 1836 году – авт.) – многие местные жители исповедуют православие.

Вчера к нам приезжали русские староверы, недалеко от Хомера есть три деревни, в которых они живут. Очень гостеприимные, пригласили нас к себе. Они переселились сюда из Бразилии, Боливии и штата Орегон. Интересные встречи происходят на пути, ладья соединяет народы, мы обмениваемся культурами, историей. А люди какие встречаются – настоящие сокровища, восхищаешься ими!

– А с коренными жителями Аляски встречались?

– Да, конечно, многие из них занимаются охотой и рыбной ловлей. Интересные люди. Одного вчера встретили, познакомились. У него в машине – череп моржа, шкуры – настоящий охотник. Величественная красота Севера не сравнима ни с какими южными островами, но места довольно дикие. Бывает, трое суток идёшь – ни одного домика. На якорных стоянках слышишь волчий вой, медведи по берегу ходят. Но у всех людей, которых мы встречаем, наша ладья вызывает положительные эмоции, приносит радость, восторг и приятное удивление. А люди нам радость несут, получается взаимная радость. Негатива мы не встречаем.

Быть в пути

– Жителей портовых городов трудно удивить кораблём. А когда «волоком» везли «Пилигрим» через несколько штатов, как реагировали окружающие?

– Реакция всегда одна – удивление, интерес. Водитель трака стал известным человеком, к нему, наверное, за всю жизнь не подходило с вопросами такое количество людей, сколько подошли за пятеро суток, пока мы везли ладью. Ещё иллюстрация: когда у нас три мачты, бушприт, паруса, то ладья привлекает всеобщее внимание, и это понятно - харизматичный корабль, все восхищаются. Деревянных кораблей вообще мало, это мостик в прошлое. В прошлом году мы по реке Гудзон пришли в Олбани, а там нужно канал Эри проходить, 300 с чем-то миль. Убрали мачты, думали, отдохнём от внимания, станем неприметными – иногда нужно отдыхать. Не тут-то было. Идём по каналу, люди выходят из домов, бросают машины на мосту, бегут фотографировать, дети с восторгом выносятся. Даже и без мачт интерес огромный.

– Всё же такое внимание радует или утомляет?

– Мы уже более 20 лет занимаемся экспедициями. Когда-то на первом месте по важности был маршрут и то, как побыстрее пройти из точки А в точку Б. А сейчас ценности сместились, важнее стали люди, встречи и это самое «быть в пути». Движение к цели и есть сама цель. Я это начал понимать только после 40 лет. Важно здесь и сейчас, а не то, что – вот мы пройдём, а потом… Нет, мы сейчас идём, и это важно.

Сергей Синельник 2021 5.jpg

– На судне вы используете современное оборудование или стараетесь соответствовать историческим реалиям?

– Если сравнить современную яхту и деревянный корабль-реплику, то это – «две большие разницы». Это несравнимо вообще, как телега и автомобиль. Не совсем так, но близко. Здесь всё делается вручную. Например, чтобы поднят основной парус, нужно минут 15-20. При сильном ветре для работы шкотами требуются немалые усилия, рулить очень непросто, особенно когда ветер и большая волна.

Наше судно деревянное, обшивка внахлёст, вода затекает внутрь, постоянно нужно её откачивать. Яхтсмены ужаснутся от того, как мы ходим. Если помпа откажет, вода быстро поступает. С нами шёл американец Стив, яхтсмен. Ночью он сообщает: «Капитан, мы тонем!» Смотрю, в трюме вода, плавают вещи. Была сильная качка, помпу заклинило, а две другие были выключены, и вода набралась. Мы включили насос, откачали воду. А Стив всё не может успокоиться, я ему говорю – иди, отдыхай. А он отвечает: «Как спать, если мы тонем?»

К вашему вопросу об исторических реалиях. Задачу погрузиться в XVIII век мы перед собой не ставим, мы не стоим в музее, а ходим по морям и океанам на судне в XXI веке. Конечно, у нас есть спасательный плот, небольшой двигатель для маневрирования в каналах и гаванях, рация.

Услышать человека

– Как к копии исторического судна относится береговая охрана в странах, в которые вы прибываете?

– Бывает, подходят, когда к границам США приближаемся. Передают информацию о том, что мы в течение 24 часов должны пройти все процедуры. Проверки случаются в разных странах, но редко. Отношение к историческим судам-репликам иное, чем к другим. Приходим в гавань – «а, это энтузиасты, ребята ненормальные, чего их проверять».

Сергей Синельник 2021 4.jpg

– Вы путешествуете в составе многонациональных экипажей, плюс встречи на берегу – как вы объясняетесь?

– Если человек хочешь услышать другого, то он приложит все усилия, чтобы его услышать. А можно говорить на одном языке и не понять друг друга. Поэтому важно желание услышать человека, уделить ему внимание. Тогда всегда можно найти общий язык. Английский знаю, правда, не очень хорошо. Но во многих странах и не говорят по-английски. Мы в своё время совершили с братом девять экспедиций в Африку – объяснялись где-то на пальцах, где-то мимикой, где-то улыбкой.

– Женщины участвуют в ваших морских переходах?

– Да, случается. Через Атлантику мы шли с женой Мариной и двумя сыновьями Ярославом и Святославом. Когда выходили из Петрозаводска, одному было 11 лет, другому 15. Десять тысяч морских миль прошли, два года странствовали. Жена вообще воды боялась, но преодолела свои страхи – могла одна ночью на вахте стоять и тяжёлые реи с парусами поднимать. Дети учились на борту дистанционно, когда был интернет. От школы они немного отстали, но зато получили колоссальный опыт. Когда сейчас я им предлагаю в шутку снова на корабль, говорят - нет, работы много.

– Дети унаследовали вашу страсть к путешествиям?

– Старший выбрал профессию кока, учится в колледже. Он будет ходить на корабле, его привлекают странствия. Младший пока не определился, учится в школе. С нами раньше ещё дочка Елена ходила, она хочет стать художником, в колледже в Москве учится. Она у нас домосед.

– А вы до глубокой старости планируете странствовать?

– Как Бог устроит. Сколько я в жизни всего видел, прошёл, десятки тысяч миль за кормой, миллион километров наезжено и нахожено. Пока по планете хожу и не перестаю удивляться. Здорово, что это чувство не уходит.

Также по теме

Новые публикации

На Украине очередная «зрада», пишут местные СМИ. Музыкальный сервис Spotify опубликовал топ самых популярных исполнителей, произведения которых чаще всего скачивали украинские слушатели. Так вот, украинских среди них нет. Вообще. На первом месте – Моргенштерн. Дальше сплошь представители российского шоу-бизнеса плюс казах Скриптонит, тоже русскоязычный.
Проблемы функционирования русского языка на постсоветском пространстве с каждым годом обретают всё большую остроту. Поиску решений целого ряда насущных вопросов в этой сфере посвящён Международный научный конгресс «Русский язык в глобальном научном и образовательном пространстве».
Первый заместитель председателя комитета Государственной Думы по международным делам, председатель правления фонда «Русский мир» Вячеслав Никонов заявил, что США проводят «антироссийский месячник», нагнетая обстановку на украинской границе и продвигая на этом фоне инфраструктуру НАТО ближе к России.
6 – 7 декабря Российская академия образования проводит первую большую международную конференцию по проблемам образования с международным участием. Речь, в частности, будет идти об образовании в период ковида. Накануне конференции экс-глава Минобрнауки РФ и новый президент РАО рассказала о деятельности Академии.
Белоруссия, как и Россия, почти полностью русскоязычное государство. Белорусский язык там встречается разве что на вывесках и указателях. Также его можно услышать от сельских жителей старшего возраста и небольшой части интеллигенции — идейных сторонников возрождения «мовы». Однако русский язык в республике имеет ряд особенностей.
На Youtube-канале «Русского мира» прошла первая презентация инновационных проектов по продвижению русского языка. Были представлены первые шесть проектов, отобранные из нескольких сотен, разработанные в период с 2017 по 2021 годы.
Есть такой диалект русского языка – аляскинский. Он начал формироваться во второй половине XVIII века, когда Аляска принадлежала России. Местным жителям надо было как-то общаться с русскими промышленниками и торговцами. В результате такого общения на свет появился особый диалект.
Организация курсов повышения квалификации для учителей из регионов Киргизии, обеспечение школьников качественными учебниками, предоставление выпускникам школ КР бюджетных мест в университетах и институтах РФ, высадка педагогического десанта на юг республики – лишь небольшая часть российских образовательных программ, которые сегодня успешно работают в республике. А впереди ещё новые совместные проекты.