После того как в 2001–2002 годах была ликвидирована морская база Камрань, казалось, русские не скоро вернутся во Вьетнам. Но в последние годы, с увеличением потока русских туристов в Юго-Восточную Азию, ситуация начала довольно быстро меняться – услышать русскую речь во вьетнамских курортных городках в сезон теперь совсем несложно. За туристами постепенно потянулись и отечественные бизнесмены, сформировалась прослойка русских, живущих здесь постоянно либо кочующих из России во Вьетнам и обратно, – словом, идут те же самые процессы, в своё время протекавшие, к примеру, в индийском Гоа или в соседнем Таиланде. Сейчас русская диаспора во Вьетнаме находится на стадии становления, можно сказать, она ещё только возникает. Место прежней русской общины, состоявшей преимущественно из специалистов и военных, постепенно занимает сообщество совсем другого типа – с новой инфраструктурой и новыми проблемами.

Антон Новосёлов – предприниматель из Владивостока, один из представителей русского бизнеса во Вьетнаме. Его компании в курортном Нья Чанге, расположенном неподалёку от полуострова Камрань, принадлежит ресторан «Блокпост» (Checkpoint), при котором существует музей Тихоокеанского флота, открыт информационный центр для русских туристов, а также действуют курсы русского языка. Мы побеседовали о его предприятии во Вьетнаме, о русской диаспоре, а также о том, зачем вьетнамцы учат русский язык.

– Антон, расскажите, пожалуйста, как появилась идея открыть русский ресторан в Нья Чанге?

– Идея ресторана в военном стиле родилась во Владивостоке. Моя компания занимается ресторанным консалтингом в Китае, в апреле этого года мы разработали проект ресторанов военной тематики в четырёх странах (Вьетнам – Тихоокеанский флот, Камбоджа – Северный флот, Таиланд – Балтийский флот, Китай – Черноморский флот), но случился кризис, поэтому пока мы успели построить только один ресторан во Вьетнаме – в Нья Чанге. Концепция ресторана интересна всем: как русским гостям, особенно мужчинам, так и иностранцам. Выбор города Нья Чанг не случаен, так как там идёт развитие и поддержка на государственном уровне инвестиций в инфраструктуру и туризм. Стройки отелей в районе полуострова Камрань не останавливаются, и у российских туроператоров это направление пользуется популярностью.

Приехав во Вьетнам, в Нья Чанг, мы стали налаживать связи с местной общественностью и властями. Вьетнамские чиновники и военные в большинстве своём учились в СССР и очень тепло вспоминают свою молодость, говорят по-русски, а лучшего места, где можно обсудить разные вопросы, да и просто выпить, чем русский ресторан, не найти (в американском или французском заведении атмосфера совсем не та).

– В Нья Чанге есть сложившаяся русская община? Как отреагировали соотечественники на открытие русского ресторана?

– Сейчас русских и русскоязычных в Нья Чанге и окрестностях всего около 40–50 человек. Русских же военных не осталось совсем – все уехали в 2004 году. Открыв ресторан, я понял, что сплочённой русской общины, как в Китае, здесь нет, да и русских туристов из-за кризиса стало на порядок меньше. Многие русские, постоянно живущие в Юго-Восточной Азии, в большинстве случаев являются заложниками ситуации. Порвав все связи с родиной, зарабатывая очень мало, они уже не могут выехать назад. Именно поэтому здесь так часто приходится сталкиваться с обманом со стороны русских, работающих в сфере туризма и общепита. К примеру, в Китае ситуация обратная: здесь люди неплохо зарабатывают, и существуют довольно сплочённые общины.

Соотечественники встретили наше открытие в Нья Чанге по-разному, но поначалу довольно недоброжелательно. Общее мнение было: «понаехали тут». Но уже через четыре месяца наш ресторан стал местом общения и тусовки местных русскоязычных. Помимо русской еды (мы сами печём хлеб, и в меню есть гречка!!!) у нас можно посмотреть русские фильмы и русское телевидение, послушать русское радио или почитать свежие журналы, которые мы выписываем из Владивостока, да и часть персонала у нас русская (шеф-повар, бармен, администратор). Стараемся, чтобы у нас была русская атмосфера.

–  Расскажите о вашем музее Тихоокеанского флота. Откуда берёте экспонаты?

– Экспонаты у нас из «личных фондов», я сам коллекционирую чёрно-белые фотографии о тихоокеанцах и флоте, униформу. Всё привезли с собой из России, а теперь кое-что присылают и гости.

– Информационный центр и курсы русского языка тоже рассчитаны на привлечение туристов?

– Информационный центр при ресторане – это вынужденная необходимость: нам лучше рассказать обо всём и всех в Нья Чанге, чтобы турист не потерял деньги, а вернулся с ними к нам. Курсы русского языка возникли целенаправленно. Сначала мы обучали персонал – девочек-официанток, потом потянулись их друзья и подруги из других ресторанов, так как знание русского повышает шансы получить хорошие чаевые (наши туристы самые щедрые в мире!). Преподаёт русский жена нашего работника, которая закончила факультет русской филологии в Дальневосточном госуниверситете; пособия и учебники, обучающие диски мы купили в России.

Интерес к русскому языку возник в Нья Чанге у людей сравнительно недавно, как только тут появились русские туристы. Про то, что наша страна во Вьетнаме сдала практически все позиции, а идеологию сменил бизнес – про это говорено-переговорено. К счастью, ситуация улучшается, во многом благодаря щедрости наших туристов. Сейчас интерес к русскому языку снова появился. Поначалу наши занятия, которые проводятся в помещении ресторана, посещали всего 8 человек, сейчас у нас занимаются уже 20 учеников, и ещё столько же желающих, принять которых, к сожалению, мы не можем, так как у нас нет столько учебников и пособий. Курсы у нас платные, но даже те, кто сейчас не имеет работы или получает маленькую зарплату, всё равно платят, так как видят, что русский язык перспективен. Мне уже самому стало интересно, буду пытаться развивать курсы, так как тут мы не только учим языку, но и рассказываем о нашей стране и обществе, и это нужно прежде всего нам, потому что от имиджа России зависит и отношение вьетнамцев к русским.

Беседовал Борис Серов