EN
 / Главная / Публикации / Что мы видим на этой картинке?

Что мы видим на этой картинке?

19.09.2008

Продолжающаяся борьба вокруг репертуарной политики телеканала "2x2" актуализировала тему мультипликационных сериалов и заставляет подумать о том, какие поводы для разговоров дает отечественная анимационная продукция схожего формата. Несколько дней назад одной из самых популярных новостных тем стало сообщение о том, что российский мультипликационный сериал «Смешарики» куплен для проката в англоязычных странах американской дистрибьюторской компанией 4Kids Entertainment, которая осуществляет также региональный прокат «Черепашек-ниндзя» и «Покемона». Вместе с самим мультсериалом куплены также права на продажу товаров с героями сериала. В ноябре «Смешарики» под новым названием Go Go Riki начнут показывать в США на телеканале CW.

Пусть и ненадолго, новость эта взволновала многих, даже тех, кто не особенно знаком со «Смешариками». Это и понятно – впервые крупная американская компания покупает наш сериал для проката за рубежом. Первая и вполне естественная реакция на это известие – гордость: наша мультипликация вместе со всей страной наконец-то встаёт с колен. В действительности речи об этом, конечно, пока не идёт: по большому счёту, кроме тех же «Смешариков», «Горы самоцветов» да нескольких штучных изделий от больших мастеров вроде Норштейна и Петрова нам предложить миру нечего – при наших-то амбициях не слишком убедительный итог почти двадцатилетнего развития отечественной мультипликации.

Если говорить о «Смешариках» как о коммерческом изделии, то тут за создателей мультсериала можно действительно порадоваться: проект успешный. При том, что сериал уже демонстрировался на нескольких телеканалах в России и куплен 4Kids Entertainment, подписан также договор о его трансляции в Финляндии и Хорватии, идут переговоры с представителями немецких и испанских каналов. При этом владельцы, как и большинство производителей подобных сериалов во всём мире, зарабатывают деньги не только и даже не столько на прокате, сколько на лицензионных отчислениях и продаже сопутствующей продукции – игрушек, книг и журнала, видеодисков и аудиокниг, компьютерных игр по мотивам мультфильма, настольных игр, а также соков, морсов, мороженого, одежды, сувениров и даже лекарств. В Москве и Санкт-Петербурге, откуда «Смешарики», собственно, родом, работают несколько фирменных магазинов, игровые комнаты, открываются специализированные детские центры. Не последнее место в этой миниимперии занимает портал «Смешарики», на котором можно не только посмотреть мультфильмы, но и стать членом клуба, завести друзей по переписке, поиграть в игры, поучаствовать в конкурсах… да много чего ещё.

Главный смысл сделки – именно в доступе на детский развлекательный рынок зарубежных стран. Плата же за сам сериал довольно невелика: 4Kids Entertainment он обошёлся примерно в 150 тыс. долларов. При ожидаемых совокупных доходах владельцев «Смешариков» в этом году в 160 млн. долларов – сумма небольшая.

Правда, именно в силу коммерциализированности проекта говорить о какой-то экспансии или трансляции ценностей нашей культуры не приходится – для зарубежных рынков мультфильмы сильно адаптируют, их будут американизировать, суомизировать и так далее. И это касается не только текстов или музыки. Политикой компании 4Kids Entertainment является именно сильная адаптация купленной продукции под американского потребителя: американизация диалогов, музыки, даже пищи, которую едят персонажи. Сигареты в адаптированных мультфильмах для детей постарше заменяются леденцами, настоящие пистолеты - водяными. В приспособленном для американской аудитории японском анимэ-сериале Yu-Gi-Oh! смерть героев изображается не как трагический конец жизни, а как изменение состояния – переход в «сумеречную зону». Чего не сделаешь, чтобы не травмировать психику американских детей!

Впрочем, нашему мультику такая сильная переделка, как кажется, не грозит: он и сам создавался в рамках образовательного проекта «Мир без насилия» – составной части федеральной программы «Формирование установок толерантного сознания и профилактики экстремизма в российском обществе» – и рассчитан всё же на младшую возрастную аудиторию. Да и каких-то специфический реалий, которые будут непонятны американскому ребёнку, в нём немного – мир «Смешариков» достаточно интернационален.

Призыв создавать собственных культурных героев, в том числе в мультипликации, несомненно, актуален, но вряд ли это случай «Смешариков»: говорить о какой-то национальной составляющей мультфильма сложно. Определённые узнаваемые элементы в нём, конечно, есть, но надо ещё постараться, чтобы вычленить их из общей картины. И если начать рассуждать о конкуренции культур и засилье западной продукции на наших телеэкранах, то опять-таки сделать «Смешариков» символом борьбы за национальную мультипликацию будет затруднительно. Да и не стоит всё же переоценивать свои силы. Полноценную конкуренцию западным мультсериалам наши студии пока составить не в силах, и ещё долгие годы наши дети будут смотреть всё тех же «бэтменов» и «человеков-пауков». Но вот что у нас действительно появилось с выходом «Смешариков» – это ещё один качественный мультсериал, а значит, возможность дополнительного выбора у родителей.    

В России «Смешарики» весьма популярны, достаточно взглянуть на количество зарегистрировавшихся посетителей сайта – их уже около 75 тысяч; в Интернете существуют сообщества любителей мультсериала. Во всяком случае, сериал уже перерос статус просто мультика для детей (в отличие, например, от «Лунтика»), превратившись в определённое общественное явление.

Что примечательно, среди почитателей этого сериала для дошкольников есть изрядное количество взрослых. Причиной тому, по-видимому, достаточная продуманность, «психологичность» героев и сериала в целом. Каждый персонаж – будь это Крош, Ёжик, Нюша, Совунья или кто-то из их друзей – у всех есть свой темперамент, определяющий поступки в различных ситуациях, свои привычки и круг общения, свои атрибуты, наконец. Но самое главное в этом феномене – то, что сериал не скучный и не глупый. Психологические задачи, которые решают смешарики, не примитивны, в каждой серии есть драматическая линия – конфликт, который получает то или иное разрешение.

Всё это не случайно: по словам создателя сериала Анатолия Прохорова, подготовительная работа, в течение которой разрабатывались дизайн и характеры персонажей, была весьма длительной. Словом, сериал продуман и «выстроен», видно, что им занимались профессионалы. Тут, однако, возможно и кроется самый главный недостаток сериала – его слишком заметная рассудочность. Речь не о рассудительности героев или излишнем морализаторстве авторов, нет. Слишком много заложено в этот сериал «заботы о детях» – пожалуй, вот о чём хочется сказать, слишком много социологии и психологии.

В одном из своих интервью, рассуждая о героях сериала, Прохоров сказал следующее: «Да, в наших фильмах логика «Винни-Пуха», а именно – когда все не черное и белое, а есть мир с его сложностью. Вот в китайской философии и поэзии это называется «пусть расцветают сто цветов, пусть соревнуется сто школ». В европейской мысли это – логика открытости, терпимости и понимания другого». Впрочем, скорее всего, маленькие дети, а в первую очередь именно на них рассчитаны «Смешарики», всё равно останутся невосприимчивы к столь благородным, но несколько отвлечённым интенциям авторов.

Вот ещё пример из того же интервью. Прохоров описывает серию «Радуга»: «Наши герои-смешарики стали издавать свою газету. Это – о современных СМИ. Конечно, в четыре года дети ещё не читают, но телевизор уже, к сожалению, смотрят. Так вот, в этой серии речь идёт о сенсационных заголовках. Главный редактор Крош начинает тонуть. И когда у Совуньи и Лосяша просят помощи, они думают об очередной сенсации и спрашивают, на какой странице тонет Крош. А когда выясняется, что Крош тонет не на странице, а в жизни, они отвечают, что тогда прочтут об этом завтра. Вот ситуация, когда мир информации, мир телевидения заслоняет реальный мир. И в каждой серии у нас обыгрывается та или иная проблема человеческих отношений, это для нас самое важное». «Они прочтут об этом завтра» – это действительно забавная сценка. Но при желании можно задаться вопросом: а возможно ли вообще «научить» подобным различениям, особенно в таком возрасте? Не должно ли это быть следствием самостоятельного и общего гуманитарного развития личности? Не пустая ли это затея? На этот вопрос, впрочем, есть и такой ответ: во-первых, сериал популярен, во-вторых, если что-то из «Смешариков» окажется интересным не только «мальчишкам и девчонкам», но «также их родителям», то с учётом популярности сериала среди детей, это лишь довод в его пользу – не важно почему и зачем, его всё равно будут смотреть.

Но можно задаться и более общим вопросом – об идеологии сериала и о том, не ведёт ли она к отрицанию значительных пластов предыдущей культуры.

«Чтобы… агрессивного отношения к другим в нашей жизни было поменьше, человека, особенно в детстве, нужно учить другому типу отношений. А значит, нужны книги, фильмы, которые бы этому учили. Учили бы видеть не только друга и врага, но и другого человека», – утверждает Прохоров. Но как тогда быть, к примеру, Маугли, Фродо Сумкинсом и массой других персонажей нашего детства? Как быть с нами – так ли уж мы плохи? Сколько нетолерантных поступков совершил Маугли при помощи железного зуба – и кто скажет, что он был неправ?! Человек должен творить добро и преследовать зло – не этому ли должно учить?

Впрочем, едва ли стоит говорить о том, что взаимопонимание и сосуществование вряд ли противоречат, к примеру, рыцарственности и борьбе. В разных ситуациях в жизни могут пригодиться разные уроки. То, что создатели «Смешариков» специализируются лишь на одной из дисциплин, – их выбор. Главное, чтобы уроки преподавались талантливо и убедительно. Когда и как их применять, зрители – и большие, и маленькие – смогут решить сами.

Может быть, если бы изобретатель Пин переоборудовал бы свой гидроплан для прицельного бомбометания (чтобы защитить милую родину от возможных агрессоров), сериал не потерял бы в зрелищности и дал детям понятие о патриотизме? На уроках патриотического воспитания, да и не только там, это пришлось бы кстати. Впрочем, тогда сериал просто бы перестал быть самим собой, и исчез бы сам повод для разговора.

Смешанное ощущение остаётся и от эстетики «Смешариков». С одной стороны, мир мультфильма – яркий, даже слишком яркий, не вызывает отторжения и порой даже «радует глаз». С другой – и это довольно распространённая претензия к его создателям – она достаточно примитивна. Причиной тому, как ни странно, всё та же «продуманность» сериала. Как доказывает Анатолий Прохоров, выбор формы персонажей (у всех в основе кружок – Сме-шарики), как и кислотный цвет («пастельная кислотность», по его выражению), не случаен: именно это нравится малышам, это то, что им понятно, то, что они могут сами воспроизвести, если мама, к примеру, предложит им нарисовать любимого персонажа. Возможно, что и так, во всяком случае, именно это говорят современные психологи, но всегда ли им стоит верить?

У Прохорова есть весьма серьезные оппоненты. По мнению Юрия Норштейна, вполне отдающего себе отчёт в том, что мультфильм рассчитан на младшую детскую аудиторию, «если речь идёт о воспитании цветом, формой, то почему дети должны смотреть фильмы с такой усечённой эстетикой? Я имею в виду сам цвет. Я не увидел там гармонии — просто цветовое смешение».

«Лично меня «Смешарики» эстетически не радуют. Можно, конечно, их оправдывать с «научной» точки зрения: мол, дети любят яркое, дети любят круглое, им не понять сложносочинённых персонажей... Я в этом не уверен. Дети ведь принимают практически всё, что им даёшь, всё впитывают. Потому и лежит на взрослых огромная ответственность. Если ребенку всё время впихивать «Смешариков», он и не поднимется в своем эстетическом развитии выше этого уровня… Если кормить ребенка только сладостями, чипсами и лимонадом, то он просто через пару месяцев сожжёт себе желудок. То же самое можно сказать и о духовной пище…», – таково мнение ещё одного классика отечественной мультипликации, автора м/ф «Жил был пёс» и одного из создателей «Винни-Пуха» Эдуарда Назарова.

Прохоров и сам признаёт, что утрированная форма и перенасыщенность цвета ведёт к потере «взрослой стильности» персонажей, его, правда, это не пугает. Но, как видим, речь идёт не о цвете и форме самих по себе, а о воспитании детей, об эстетических ориентирах. Создатели «Смешариков» достаточно амбициозны. Сам Прохоров уже предлагает считать своё детище классикой российской анимации. Его оппоненты, отдавая должное драматургическим достоинствам сериала, признают, что опасаются господства столь примитивной эстетики.

Здесь, в сущности, сталкиваются не только две эстетические концепции, но и два подхода к воспитанию детей в целом. Что правильнее: тянуть ребёнка к чему-то, пусть в данный момент и не вполне ему доступному, но объективно прекрасному, или примеряться к его уровню и потребностям? Наконец, что важнее – развитое эстетическое чувство или социальная адаптация? «В эпоху быстрых скоростей художник должен думать медленно», – повторяет Норштейн слова Юрия Олеши, напоминая, что основное эстетическое развитие ребёнка происходит до пяти лет. Скорость – норма нашей жизни, и нужно уметь к ней приспособиться, словно отвечает Прохоров.

Тут мы снова подходим к рассуждению из разряда уроков толерантности. Вероятно, обществу нужны оба подхода – художников-идеалистов и воспитателей-практиков. Задача первых – дать идеал, вторых – обучить массы... Впрочем, борьба схожих эстетических концепций уже была в нашей истории. И, как видим, спор, затеянный в России в середине XIX века, всё еще не закончен.

Остаётся уповать, что появление такого проекта, как «Смешарики», оживит нашу всё ещё находящуюся в полуобморочном состоянии мультипликацию – хотя бы тем, что послужит воодушевляющим примером, продемонстрировав возможность коммерческой успешности и нашей анимации на международном рынке детской продукции. Во всяком случае, для России это проект новый, амбициозный и – дискуссионный. А дискуссия нам не помешает. В конце концов, нам есть что обсудить: от наследия мультипликации советской до будущего – российской.

Рубрика:
Тема:
Метки:

Также по теме

Новые публикации

В феврале Дом русского зарубежья запустил цикл публичных лекций «Женские портреты русского научного зарубежья в XX веке». Накануне Международного женского дня мы поговорили с автором цикла Натальей Масоликовой о том, как русские женщины-эмигрантки пробивались на научные высоты, и что их объединяло, при всей разнице характеров и судеб.
Алла Баркан (Швейцария) – профессор психологии, педагог, писатель и президент Международного союза русскоязычных и двуязычных родителей – рассказала об особенностях развития детей-билингвов и дала несколько советов, как помочь детям, оказавшимся за рубежом, сохранить родной язык.
Мы публикуем перевод заметки “Język „wroga” trzeba znać!” («Язык «врага» надо знать!»), вышедшей в польском издании Obserwator polityczny. «В чём виноват Фёдор Достоевский? Может быть, творчество Александра Пушкина представляет угрозу для умов молодых польских студентов?» - так комментирует её автор недавнее закрытие Русского центра в Кракове.
В 70-е в Тбилиси Роберт Стуруа поставил спектакли «Кавказский меловой круг» и «Ричард III», которые прославили и их создателя, и грузинский театр как явление. Кто бы тогда мог подумать, что в начале ХХI века в театр превратится вся Грузия, переживающая трагедию «В поисках демократии».
Роза Новикова родилась в 1929 году в Ленинграде и подростком пережила страшную блокаду. Теперь она живёт в венгерском городе Печ, где действует Русский центр. Своей семейной историей Роза Аввакумовна поделилась с «Русским миром», эту краткую хронику местами невозможно читать без слёз.  
«Мы на развилке – или Россия находит систему способов цивилизованной защиты своих граждан и соотечественников, или число нарушения их прав и свобод в мире будет расти в геометрической прогрессии», – уверен автор доклада «О нарушении прав россиян и соотечественников за рубежом в 2020 году» Александр Брод.
Крупнейшая русская школа Сиднея отмечает в этом году 50-летие. Ещё в 1971 году школа святого Александра Невского выделилась из присоборной одноимённой школы. За годы существования это учебное заведение воспитало в русском духе несколько поколений жителей города.
Российскому кукольному искусству не так много лет, но сегодня именно в нашей стране существует крупнейшее сообщество художников-кукольников. И самая большая в мире тематическая выставка – «Искусство куклы» – тоже проходит в России. В этом году в ней приняли участие более 1000 мастеров из 26 стран. Почему же авторские куклы стали так популярны?