EN
 / Главная / Публикации / Ничего не возразишь

Ничего не возразишь

13.02.2009

«Р. А. Быков, сделавшись в 1989 году народным депутатом СССР, распорядился своим мандатом едва ли не разумнее всех, – вспоминает в своём блоге Максим Соколов, двадцать лет назад работавший парламентским корреспондентом. – Не обращая внимания на то, как мятутся народы и князья замышляют тщетное, как рушатся троны и восстаёт свобода, артист весь период действия мандата методически использовал для проедания плеши всем, не выключая парламентских корреспондентов, рассказами о необходимости развивать детскую духовность посредством специальных художественных центров. В отличие от многих других героев перестройки Ролан Антоньевич, благодаря педантической целеустремлённости, добился своего, получив прекрасный многоэтажный дом на Чистых прудах». Дальше Соколов сетует на то, как сильно Ролан Быков утомил журналистов своими разговорами на тему художественных центров, но, даже если оставить радикальные оценки на совести публициста, факт остаётся фактом – последние годы своей жизни Ролан Быков (не считая, конечно, роли Хрущёва в триллере «Серые волки» – фильм был, прямо скажем, так себе, а роль, может быть, лучшая у Быкова) полностью посвятил яростной и трогательной борьбе за сохранение детского кинематографа и – сколь бы ироничны ни были слова Максима Соколова, – ну да, именно развитию детской духовности.

На фоне большинства коллег, которые кто в потасканной бабочке фотографировался на модных в девяностые «презентациях», кто снимал беспомощнейшие фильмы, относясь к ним с гораздо большей нежностью, чем к собственным шедеврам советского периода, кто заседал в Союзе кинематографистов с самозабвением, не позволявшим заниматься творчеством, – на этом фоне Быков выглядел почти романтическим героем. Сейчас русский кинематограф девяностых принято ассоциировать с «чернухой» (подразумевается, очевидно, что «Самый лучший фильм», не возможный тогда, – вершина кинематографического прогресса), и по формальным признакам Быкова эта волна тоже не миновала. В девяностом году он снял душераздирающую короткометражку «Я сюда больше никогда не вернусь» про избиваемую пьющими родителями до смерти маленькую девочку. Но, право же, если бы весь кинематограф девяностых был таким (а не условно «эйрамджановским»), может быть, наше общество вышло бы из той десятилетки более здоровым и честным, чем это получилось на практике.

Шестидесятник Быков (наряду, может быть, только с Элемом Климовым – но Климов-то просто отошёл от дел, ему, как ни цинично, было в этом смысле проще) с его зацикленностью на «детской духовности» оказался, может быть, последним настоящим романтиком советского кино, искренне верившим, что и в России девяностых может найтись место «замечательной ненастоящей обезьянке» из «Айболита-66» и сугубо некоммерческому Буратино с бумажными кудряшками. И – сошлёмся снова на свидетеля Максима Соколова – долбя в одну точку, Быков выдолбил себе вполне материальный кинотеатр на Чистых прудах – один из лучших и в нынешней, пережившей Ролана Быкова Москве.

Теперь его отбирают. Росимущество, недовольное тем, что кроме шести кинозалов в здании «Ролана» есть кафе и рестораны, доход от которых достаётся Фонду Ролана Быкова (то есть, собственно, той самой «детской духовности»), наслало на «Ролан» судебных приставов с серыми волками из какого-то ЧОПа. И ничего ему не возразишь, потому что и решение суда есть, и сдавать помещения в субаренду не имели права, ну и вообще, осенённые именами медиаперсон, живых или мёртвых, фонды и прочие полукоммерческие структуры в большинстве случаев оказываются самыми бессовестными «рогами и копытами». Всё так. А что борьба за всё хорошее против всего плохого в очередной раз начинается с чего-то, по крайней мере, не совсем плохого – так к этому мы уже привыкли.

Ролан Быков в девяностые – маленький герой, противостоявший своему времени, – только отсрочил наступление девяностых для одного отдельно взятого фонда своего имени. Но время безжалостно – в кинотеатре (который, конечно, так и останется кинотеатром, но уже с новыми, гораздо менее романтическими хозяевами) новая охрана, а сам Быков для выросших его зрителей – не более чем герой модной книги «Похороните меня за плинтусом». Некого винить, не на что жаловаться. Люба из короткометражки 1990 года никогда сюда больше не вернётся.

Рубрика:
Тема:
Метки:

Также по теме

Новые публикации

Известный венгерский поэт Ласло Секей перевёл на венгерский все самые популярные и любимые русские песни знаменитого поэта-песенника Алексея Фатьянова. И благодаря  знакомству с его творчеством он увлёкся переводами других современных российских поэтов-песенников. А венгерская публика с удовольствием слушает эти песни в исполнении Ласло Секея.
Со времён Петра I русская морская терминология складывалась на основе голландской, сказалось на ней и мощное английское, немецкое и итальянское влияние. Благодаря расшифровке этих специфических терминов можно реконструировать события, связанные со славой русского флота, например, ход Чесменской битвы.
В сентябре 2020 г. в Российском университете дружбы народов начнёт работу Цифровой подготовительный факультет. Это современный образовательный проект, благодаря которому иностранные студенты смогут удалённо подготовиться к обучению в различных российских вузах.
«Я считаю, что чем реже мы меняем Конституцию, тем лучше. Это придаёт устойчивость государственной системе. Каждая смена Конституции – серьёзный удар по стабильности политической. Поэтому Путин не пошёл по пути принятия новой», – сказал В. Никонов.
В период пандемии российские соотечественники в Малайзии организовали гуманитарную миссию, которая стала помогать аборигенам, живущим в джунглях. О том, как возникла такая идея, и живут русские в Малайзии, рассказывает учредитель ассоциации «Женщины России в Малайзии» Катерина Чулкова.
Как-то раз в адрес службы экстренной лингвистической помощи международного проекта «Современный русский» пришло такое сообщение: «Прочитала у Набокова: "на круглой площадке, до смешного плевелистой..." Не могу найти в сети значение слова плевелистый. У Даля нашла: плевелистый – тот, в котором много плевел. Плева – это оболочка. Почему тогда "до смешного плевелистой" площадке?». Попробуем разобраться.
Русский язык не знает выходных, не боится пандемий, а самоизоляция тех, кто стремится им овладеть, иногда идёт ему на пользу. После месяцев работы в режиме онлайн курсы русского языка по всему миру начинают активно набирать офлайн-группы.