EN
 / Главная / Публикации / Александр Чачия: «В ЕАЭС никого не ждут с распростёртыми объятиями. Есть экономический прагматизм»

Александр Чачия: «В ЕАЭС никого не ждут с распростёртыми объятиями. Есть экономический прагматизм»

Владимир Емельяненко10.11.2020

Фото: m.sputnik-ossetia.ru

Грузия ищет выходы на ЕАЭС – Евразийский экономический союз. О том, почему у постсоветских стран нет перспектив в Евросоюзе, и почему они заглядываются на ЕАЭС, в интервью «Русскому миру» рассказал вице-президент Академии социальных и национальных отношений Грузии Александр Чачия.

Даже в гуманитарных проектах СНГ Грузия участвует неохотно, и вдруг вы приехали изучить возможности её партнерства с ЕАЭС. Это поворот?

– Это факт. На постсоветском пространстве зреют силы, которые разделяют ценности ЕАЭС. Они прицениваются к новым экономическим условиям. Молодые независимые государства вкусили экономических свобод, которые для многих оборачиваются кризисами и снижением уровня жизни граждан, а то и крахом экономик. Теперь многие ищут экономической кооперации.

Но ведь Грузия или страны Балтии, например, взяли курс на интеграцию с Евросоюзом.

– А вы присмотритесь к статистике: население Литвы за тридцать лет сократилось на треть, из Латвии на заработки в ЕС уехали 300 тысяч человек, и там сейчас не живут и два миллиона человек. По тому же пути идет Молдова, где почти половина населения «вахтами» работает за границей. В Эстонии ситуация получше, но там тоже безработица колеблется от 25 до 30 процентов. Вот такое «счастье» евроинтеграции. Разумеется, молодые независимые государства начали переоценивать свои отношения с соседями.

А Грузия?

– Страна, в которой импорт в четыре раза превышает экспорт, не может считать, что у неё есть экономика. Мы продаём в четыре раза меньше, чем покупаем. Половина населения живёт за счёт денег, которые присылают родные из-за границы, в основном из России и Турции. Именно эта наличная валюта существенно обеспечивает денежный оборот в стране. Этими деньгами мы оплачиваем ввозимую продукцию, и они опять уходят за границу. Схема простая: на деньги, присланные России, грузины покупают товары, ввезённые из Турции, деньги опять уходят в Турцию, часть остаётся у посредника. В этой схеме нет места грузинской экономике. В Грузии реальной экономики почти нет. Страна существует на иностранные гранты и кредиты. Мы стали страной антуража, страной, ориентированной на получение похвалы от иностранцев. Такая модель развития превращает Грузию в Кубу времён Батисты.

У Грузии сохраняются шансы стать членом ЕС, куда она так стремится?

– Нам туда вход закрыт. Мы не станем частью единого европейского пространства, это понятно любому человеку, знакомому с географией, я уж не говорю о культуре и геополитике. В своё время обещание Эдуарда Шеварднадзе, а потом его преемника Михаила Саакашвили ввести Грузию в Евросоюз было блефом. Теперь это настолько очевидно, что даже одиозные личности наподобие Саакашвили предпочитают на эту тему не распространяться. Вот ещё почему новые грузинские власти осторожно, но ищут пути выхода на рынки СНГ – на европейский рынок нас по факту не пускают.

Как вы относитесь к тому, что часть национальных элит стран СНГ, понимая, что Евросоюз для них закрыт, всё же опасается воссоздания эрзац-СССР в лице Евразийского экономического союза?

– Очень много воды с тех пор утекло. А, как известно, в одну реку нельзя войти дважды. Да и многие страны – Азербайджан, Казахстан, Беларусь, Туркменистан – строят с миром разновекторные отношения. Кто-то успешнее, кто-то спотыкаясь, но выстраивают здравую и прагматичную политику. И к участию или к сотрудничеству с ЕАЭС эти страны подходят взвешенно. Все понимают – работающий союз возможен исключительно на основе прагматичных интересов своего народа и их совпадения с интересами соседей.

Почему, например, Казахстан не боится возвращения Советского Союза? Казахстан – страна дерзкая, провёл мощную экономическую и образовательную реформы. Имея, надо признать, базу – углеводороды, Казахстан с 1993 года капитально вложился в образование и получает дивиденды. Оставаясь открытым миру, Казахстан получил колоссальный банк образованных людей – свыше 54 тысяч человек, обучавшихся в ЕС, США, России и в арабских странах. И заметьте, до 90 процентов казахстанских студентов, уехавших на учёбу за границу, возвращаются. Есть работа, люди востребованы дома.

В рамках ЕАЭС, генерирующего экономическую кооперацию, есть шанс появления новых рабочих мест, модернизации экономик стран-членов. Поэтому я убеждён, что надо говорить не о возвращении СССР, а поднимать те вопросы, которые могут сближать – экономику, науку, образование и культуру. Они могут избавить людей и от болезненной политизированности, и от фантомов советского прошлого.

Тогда почему Евразийский экономический союз складывается с трудом?

– Одна из ключевых причин – власть олигархий. Олигархиям СНГ интереснее и выгоднее иметь дело с западными бизнес-структурами. Проще и технологичнее привозить испанские или турецкие фрукты, кстати, даже в Грузию и на Украину, где их и так в избытке, чем поднимать своё производство. На него МВФ кредитов не даёт и не даст, кредиты выдаются на обслуживание иностранных экономик.

Евразийский экономический союз может сломать этот механизм, он запускает свой механизм кредитования перспективных отраслей экономики, но ничего не делается сразу. Посмотрите на экономические споры внутри ЕАЭС, например, между Москвой и Минском. Союзники не хотят уступать друг другу, когда делят дивиденды, например, от углеводородов или сбыта хорошо продаваемой продукции, – молока, сыра, хлеба, мяса. Что уж говорить про нефтепереработку…

– Зачем тогда ЕАЭС потенциальные «бедные родственники»», которые будут просить о преференциях, но упрекать союз в замашках СССР?

– В Тбилиси, в Кишинёве, в других столицах молодых государств, думаю, наконец, поняли: в ЕАЭС никого не ждут с распростёртыми объятиями. Есть экономический прагматизм – Грузия могла давать бы ЕАЭС то же вино и апельсины – больше и по доступным ценам в обмен на льготы. Но есть и прагматизм союзников. Ни Казахстан, ни Россия, ни один член ЕАЭС не хотят повторять ошибок Евросоюза, а тем более – СССР. Отсюда – осторожность и внутренняя конкуренция – за рынки сбыта, за экономические преференции, за интеллектуальные ресурсы – людей. Например, между Россией и Беларусью. Есть экономические условия, есть конкуренция, есть рынок, наконец. И, например, той же Грузии или Молдове, если они захотят просто сотрудничать с ЕАЭС или развивать локальные экономические связи, будет трудно убедить союз в предоставлении им выгодных условий или льгот для поставок их продукции на рынок стан ЕАЭС. Но пробовать надо: кооперация – она спасает.

Также по теме

Новые публикации

Русскоязычные байкеры, открывающие клубы и объединяющиеся в ассоциации в разных странах мира, меняют неприязненное отношение к людям на мотоциклах. Они ухаживают за могилами советских воинов, проводят мотопробеги в честь памятных военных дат и даже помогают властям в охране порядка.
300 лет назад, 22 октября (2 ноября) 1721 года, по окончании победоносной Северной войны со Швецией Русское (Российское) царство было провозглашено империей. Это случилось, когда царь Пётр I по просьбе сенаторов принял титул Императора и Самодержца Всероссийского, Петра Великого и Отца Отечества.
В российском ресторанном бизнесе произошло важное событие: девять московских заведений получили звёзды Michelin – впервые в истории. До недавнего времени ни один из ресторанов на территории России и СНГ не числился в этом самом престижном путеводителе по миру высокой и вкусной кухни.
Общественные организации России и Германии продолжают диалог. Участники конференции «Задачи и возможности структур гражданского общества и НПО в развитии российско-германских отношений» уверены, что даже в нынешние непростые времена необходимо искать пути для восстановления сотрудничества между нашими странами.
Одно из самых популярных блюд в славянской кухне – борщ. Повара расскажут о нём много интересного, но и с точки зрения лингвистики этот объект тоже заслуживает внимания. Откуда взялось такое название кушанья и что оно означает?
Дом русского зарубежья им. Александра Солженицына отмечает юбилей. Музей, культурный и научный центр изучения русской эмиграции в одном флаконе – эта уникальная площадка была создана в Москве 25 лет назад. На торжества приехали соотечественники из 43 стран.
Глава голландского фонда «Советское поле Славы» Ремко Рейдинг уже больше двадцати пяти лет занимается военным мемориалом около Лесдена и Амерсфорта. Там на военном кладбище «Рюстхоф» покоятся 865 советских военнопленных и жертв фашистских концлагерей. Более 700 из них до сих пор числятся без вести пропавшими.
«Евгения Онегина» перевели на итальянский ещё в XIX веке, а общее количество переводов пушкинского романа в стихах на языке Данте превышает десяток. Правда, самый распространённый из них – прозаический. В своём новом переводе итальянский славист Джузеппе Гини постарался передать музыкальность и ритмику онегинской строфы.