EN
 / Главная / Публикации / Искусство перевода: как перевоплотиться и стать невидимым

Искусство перевода: как перевоплотиться и стать невидимым

Тамара Скок30.09.2020

Фото: trivala.ru

Профессия переводчика, помимо знания языков, требует от человека наличия таких качеств, как внимательность, ответственность и даже самоотверженность. В Международный день переводчика предлагаем вам рассмотреть разные стороны талантов тех, кто стирает границы между странами и людьми.

«Толмачи и прочая сволочь»

Виктор Суходрев, знаменитый кремлёвский переводчик, объездивший с первыми лицами советского государства весь мир, в своей книге «Язык мой – друг мой» пишет: «В Госдепартаменте США на двери кабинета, где размещается группа русскоязычных переводчиков, висит листок с надписью: “Толмачи и прочая сволочь”. Это известная цитата из указа Петра Великого, изданного им перед Азовским походом, один из пунктов которого гласит: “толмачи и прочая обозная сволочь должны идти в самом конце». Очевидно, для того, чтобы своим видом и словом не вредить боевому духу солдат. Но деятельность самого Суходрева совсем иного рода. Имея прекрасное образование и владея несколькими иностранными языками, он понимал, что уровень его ответственности куда выше, чем у простого переводчика.

Не раз его такт и языковое чутьё, внимательность, предусмотрительность и высокий профессионализм выручали и Хрущёва, и Брежнева, и Косыгина во время их международных визитов и важных переговоров. При этом, по мнению В. Суходрева, «высший пилотаж профессии: стать как бы невидимым, но присутствующим» и всегда быть на подхвате, даже если беседа практически угасла или приняла неформальный характер. В его книге есть описание неловкого эпизода, когда один из переводчиков, присутствовавших на банкете, проголодавшись, решил подкрепиться во время общей трапезы. И только он отправил в рот какой-то кусок, как важная персона, к которой он был приставлен, решила высказаться и очень была недовольна, что переводчик с набитым ртом не в состоянии вымолвить ни слова. Важное лицо страшно прошипело: «Вы что, есть сюда пришли?». Карьера переводчика на этом закончилась.

«Деятельность переводчика многогранна, – пишет В. Суходрев. – Много часов приходится высиживать за столом переговоров, сопровождать высоких лиц в поездках, на встречах, так сказать, неформального характера, во время посещения ими самых разных объектов — университетов, фабрик, заводов, ферм, исторических достопримечательностей. Это и работа в том же качестве на шикарных, изысканных банкетах, завтраках и обедах, когда эти трапезы становятся удовольствием для кого угодно, но только не для переводчика, которому подчас и кусок в горло не лезет, поскольку и за обеденным столом приходится играть ту же роль. Какую? Быть единственным посредником, дающим возможность не понимающим языка друг друга людям общаться, причем так, чтобы забыли о самом присутствии переводчика».

Виктор Суходрев преуспел в своей деятельности и выстроил впечатляющую карьеру: в 80-е годы он работал в МИД СССР в должности заместителя завотделом США и Канады, а также был специальным помощником Генерального секретаря ООН, на пенсию вышел в ранге Чрезвычайного и Полномочного Посланника I класса, а в 2012 году стал лауреатом национальной премии «Переводчик года» за выдающийся вклад в укрепление международного авторитета страны и высокий профессионализм.

Тонкости перевода

Иную картину переводческой деятельности рисует Николай Толмачёв. В книге «Толмачи и прочая сволочь» автор, досадуя и посмеиваясь, приводит немалое количество курьёзных и забавных ситуаций, связанных с низкой квалификацией переводчиков, недостаточной эрудицией, незнанием специальной терминологии. Такие горе-толмачи переводят с английского название catgut как «кошачьи кишки», в то время как кетгут – это рассасывающийся материал для наложения внутренних швов при хирургических операциях. Перламутровая рукоятка пистолета в их переводе становится покрытой жемчугом (а что, ведь pearl – «жемчужина»), нежная женская кожа уподобляется вельвету в рубчик (им невдомёк, что слово velvet может означать «бархат»). «Приходилось встречать в романах и описание элегантной дамы в изящном сатиновом платье, хотя шикарные наряды из сатина обычно не шьют (раньше из него шили, в основном, "семейные" трусы). Налицо обычная лень переводчика, встретившего знакомое слово, а, заглянув в словарь, он бы узнал, что satin означает "атла́с", и платье было атласным».

Нередко неопытный переводчик попадает в ловушки привычных слов и не утруждает себя поиском других оттенков смысла, не таких явных. Так, в каком-то произведении один из героев – «дядя-бакалавр» – обещал оставить племяннику своё состояние. Вопрос: почему автору было важно указать, что богатый дядюшка имел низшую учёную степень? Переводчик этим вопросом не озадачился. Редактор тоже не обратил внимания на этот нюанс. А дело было в том, что bachelor – это не только «бакалавр», но и «холостяк, бобыль».

И в обыденной речи многозначность иностранных слов тоже, по мнению автора, может привести к курьёзным ситуациям: «Порой down town (центр города) переводят как Нижний город, буквально используя первое значение слова down. Впрочем, есть и анекдот, связанный ещё с одним его значением: Российский турист вызывает на этаже лифт. Лифтёр спрашивает: ”Down?” (Вниз?). Наш отвечает: “Сам ты даун!”».

«Высокое искусство»

О сложнейшем искусстве художественного перевода рассуждает в своей книге Корней Чуковский. Как же это сложно – переключиться полностью на иное мировосприятие, иной стиль, иные чувства и проникнуться ими настолько, чтобы оригинальный авторский текст не проиграл от переложения на другой язык, сохранил свою значительность и ценность. В книге «Высокое искусство. Принципы художественного перевода» читаем: «Я понял, что хороший переводчик заслуживает почёта в нашей литературной среде, потому что он не ремесленник, не копиист, но художник… Текст подлинника служит ему материалом для сложного и часто вдохновенного творчества. Переводчик — раньше всего талант. Для того чтобы переводить Бальзака, ему нужно хоть отчасти перевоплотиться в Бальзака, усвоить себе его темперамент, заразиться его пафосом, его поэтическим ощущением жизни».

Теории и практике художественного перевода посвящено немало книг, но почти во всех прослеживаются основные темы, которые можно представить в виде цитат: «Переводчик от творца только что именем рознится» (Василий Тредиаковский); «Переводчик в прозе – раб, переводчик в стихах – соперник» (В. А. Жуковский); «Подобно оригиналу, перевод должен производить впечатление жизни, а не словесности» (Б. Л. Пастернак).

Вслед за В. Г. Белинским, который отмечал, что благодаря Жуковскому «немецкая поэзия – нам родная», и А. С. Пушкиным, называвшим Василия Андреевича «гением перевода», который «в бореньях с трудностью силач необычайный», Чуковский восхищается умением Жуковского так переложить стихи на русский язык, чтобы они сохранили изначальный авторский стиль и самые тонкие оттенки смысла. Однако и этот великий мастер художественного перевода не избежал упрёка от коллег то в излишней сентиментальности, то в морализаторстве, то в пуританстве, то в неуместных романтических раздумьях. Что уж говорить о менее именитых и талантливых коллегах, про которых Пушкин сказал так: «Переводчики – почтовые лошади просвещения».

Кстати, А. С. Пушкину с переводчиками как раньше не везло, так и сейчас не везёт, и такой любимый на родине, он остаётся непонятым и недооценённым за её пределами. Известный французский славист Жорж Нива пишет о переводных стихах поэта: «Все переводы его поэзии просто ужасны: и сухие, и с грубейшими ошибками», а его «парадоксальную простоту и естественность» просто невозможно без потерь «перенести в чужую культуру». Ранее ученый Ш. Корбе, давая оценку переводу «Руслана и Людмилы», сказал, что «переводчик растворил живость и непринуждённость подлинника в тумане элегантной классической высокопарности; из пенящегося, искрящегося пушкинского вина получился лишь пресный лимонад».

Поэт Николай Заболоцкий, чей переводческий талант высоко ценился коллегами, выдвигал такое требование: «Если перевод с иностранного языка не читается как хорошее русское произведение, — это перевод или посредственный, или неудачный».

Однако иногда творческое Я переводчика прорывается наружу и, вопреки гоголевскому сравнению толмача с прозрачным стеклом, которого «как бы нет», поэт-переводчик вдруг начинает бунтовать:

Я не могу дословно и буквально

как попугай вам вторить какаду!

Пусть созданное вами гениально,

по-своему я все переведу,

и на меня жестокую облаву

затеет ополченье толмачей:

мол, тать в ночи, он исказил лукаво

значение классических речей.

Чуковский в своей книге приводит эти строчки из стихотворения Леонида Мартынова «Проблема перевода», чтобы показать, как порой трудно одному талантливому и самобытному поэту перевоплощаться в другого, становиться «прозрачным стеклом» или «попугаем какаду», попирая своё мировидение и самость. Так что перевод – это не только высокое искусство, но и большое испытание. 

Рубрика:
Тема:
Метки:

Также по теме

Новые публикации

У российских врачей и служб, которые используются для контроля за больными коронавирусом, похоже, скоро появятся новые и очень неожиданные помощники – собаки. Как сообщается, кинологическая служба «Аэрофлота», самолёты которого базируются в московском аэропорту «Шереметьево», начала тренировку новой породы на выявление больных Covid-19.  
Стоянка Почеканска, известный болгарский русист, недавно была награждена медалью Пушкина за большой личный вклад в популяризацию русского языка. Государственный эксперт Департамента дошкольного и школьного образования Минобрнауки Болгарии рассказала «Русскому миру» о выстроенной в Болгарии системе преподавания русского языка и культуры.
Осень заставляет утепляться. Во многих регионах России без шапки на улицу уже и не выйдешь. А какую надеть – решайте сами. Может быть, вам захочется чего-то экзотического, не как у всех? Тогда обратимся к русским головным уборам прошлого.
В этом году знаменитый Гнесинский дом отмечает своё 125-летие. Арам Хачатурян, Тихон Хренников, Людмила Зыкина, Микаэл Таривердиев, Иосиф Кобзон и множество других выдающихся музыкантов вышли из стен Гнесинки, а многие вернулись туда же преподавать. Российская академия музыки (РАМ) имени Гнесиных – одна из визитных карточек российского музыкального искусства.
Сварщики, металлурги, комбайнёры и другие люди труда вернулись в выставочные залы. Экспозиция второго Фестиваля позитивного идейного искусства «Время, вперёд!» открылась в Новой Третьяковке. По её итогам будут определены финалисты, которые разделят между собой призовой фонд в размере двух миллионов рублей.
В минувшие выходные в рижском Доме Москвы состоялась 13-я конференция российских соотечественников Латвии, на которую прибыло более 200 делегатов от региональных общественных организаций со всей страны. В этом году встреча была посвящена 75-летию Победы.
12 октября исполнилось 670 лет со дня рождения князя Дмитрия Донского, почитаемого Русской церковью святым. Мало кто помнит, что ещё за пять веков до канонизации князя святой была признана его супруга – княгиня Евдокия Московская. Она была одной из самых образованных женщин своего времени, построила много храмов и монастырей, но главное – была любимой и любящей женой.
Среди наших соотечественниц немало активных людей, которые не только смогли реализовать себя в другой стране, но и оказывают помощь тем, кто столкнулся с трудностями. О своей работе рассказывают адвокат из Ирландии Елизавета Доннери, семейный психолог из Финляндии Наталья Жукова и Анастасия Тихонова, член Russian Women Association в Малайзии, на волонтёрской основе помогающая женщинам, столкнувшимся с проблемой домашнего насилия.