EN
 / Главная / Публикации / Русские туристы: от паломников до отпускников

Русские туристы: от паломников до отпускников

Тамара Скок27.09.2020

Всемирный день туризма в этом году омрачён пандемией, но «охота к перемене мест» у людей неистребима. Об этом свидетельствуют письма, дневники, заметки отважных и наблюдательных людей, в разное время и с разными целями рискнувших отправиться в далёкое путешествие.

Василий Перов. «Паломники. На богомолье», 1867 г.

Руссо туристо – облико морале

Самыми первыми, при том высокодуховными и нравственными, русскими путешественниками были паломники, устремлявшиеся в Святые земли. Эти богомольцы по обычаю привозили из Иерусалима пальмовую ветвь (отсюда и их название, ибо лат. Palma – пальма –> паломник).

Религиозный туризм средневековья – это по-настоящему опасное приключение, пуститься в которое мог только отважный и одержимый верой человек. Судите сами: картография слабо развита, нормальных дорог и надежного транспорта нет, того и гляди погибнешь от рук воинственных кочевников или лишишься всего имущества, попав в лапы к грабителям или мошенникам. Скорость передвижения крайне низкая – около 20 километров в день, и расстояние от Киева до Константинополя, к примеру, занимало более 70 дней. А ведь ещё из Константинополя на кораблях надо было плыть через Мраморное и Эгейское моря в Палестину, рискуя попасть в шторм и погибнуть в пучине морской.

Ясно, что у переживших всё это было что порассказать. Кроме того, паломник, если он истинный, вёл большую работу над собой: самосовершенствовался духовно, боролся со своими пороками, каялся, если нарушал заповеди и поддавался искушению. Самый известный русский пример паломнического повествования – «Житие и хождение игумена Даниила из Русской земли», содержащее рассказ о путешествии в начале XII в. в Иерусалим, Вифлеем, Иерихон и Галилею отважного черниговского игумена.

Даниилу повезло: он в святых землях находился шестнадцать месяцев и успел приобщиться в полной мере к тому, что у «торопливых», как он их называет, паломников было лишь на бегу, а потому они «многа добра не видевши», ибо «сего пути нельзя вскоре сотворити». Лишь прожив почти полтора года в Иерусалиме, Даниил смог в достаточной степени «походити и испытати» все святые места.

Хождение игумена Даниила, список первой половины XVII века. Фото: Лапоть \ ru.wikipedia.org

Даниил честно каялся «во всякой лености, и слабости, и во пьянстве», и что жил порой, «неподобная дела творя», просил прощения за «худоумие» и простоту, но всё искупается стараниями игумена самым основательным образом познакомиться со Святой землёй и подробно, со всей тщательностью запечатлеть увиденное.

Специалисты считают, что «Хождение» Даниила выгодно выделяется среди других подобных описаний Святой земли именно обстоятельностью наблюдений. Вот краткий пример одного из таких описаний: «Гроб же Господен собою таков: это как бы маленькая пещерка, высеченная в камне, с небольшими дверцами, через которые может, став на колени, войти человек. В высоту она мала, а в длину и в ширину одинаково четыре локтя. И когда входишь в эту пещерку через маленькие дверцы, по правую руку — как бы скамья, высеченная в том же пещерном камне: на той скамье лежало тело Господа нашего Иисуса Христа. Сейчас та святая скамья покрыта мраморными плитами. Сбоку проделаны три круглых оконца, и через эти оконца виден этот святой камень, и туда целуют все христиане. Пять больших лампад с маслом висят в Гробе Господнем, и горят беспрестанно лампады святые день и ночь. Скамья ж та святая, где лежало тело Христово, в длину четыре локтя, в ширину два локтя, а по высоте пол-локтя. Перед дверьми пещеры лежит камень — на расстоянии трех стоп от тех пещерных дверец: на том камне, сидя, ангел явился женам и благовестовал им о воскресении Христовом».

До сих пор «Хождение» Даниила вызывает интерес у читателя и знакомит его с уникальными впечатлениями очевидца, побывавшего в Палестине и Иерусалиме начала XII века.

Странствие Афанасия Никтина

Для литературного произведения, где сюжетообразующую роль играет путешествие, существует специальное жанровое определение – травелог. Знаменитое «Хожение за три моря» тверского купца Афанасия Никитина (1466 – 1472 гг.) можно отнести к этому жанру, поскольку это не просто «путевой журнал», а своеобразный «дневник наблюдений» отважного русского путешественника, посетившего Кавказ, Персию, Индию и Крым и оставившего заметки об обычаях, манере общаться и одеваться, особенностях ведения торговли и сельского хозяйства, быте, верованиях и традициях разных народов.

Но довольно часто звучит тоска по родине, переживание о её судьбе: «В Сивасской округе и в Грузинской земле всего в изобилии. И Турецкая земля всем обильна. И Молдавская земля обильна, и дешево там все съестное. Да и Подольская земля всем обильна. А Русь (бог да сохранит! Боже, сохрани ее! Господи, храни ее! На этом свете нет страны, подобной ей, хотя эмиры Русской земли несправедливы. Да устроится Русская земля и да будет в ней справедливость! Боже, боже, боже, боже!)». Интересно, что это четырехкратное обращение к Богу написано у Никитина на арабском, персидском, русском и тюркском языках.

Джованни Баттиста Дамон Ортолани. Портрет Н. М. Карамзина, 1805 г.

Н. М. Карамзин и его дневник русского путешественника

В путешествие по Европе конца XVIII века Николай Карамзин отправился в возрасте двадцати трёх лет. Выехав из Твери в середине мая 1789 года, проехав через Петербург, Нарву, Дерпт и Ригу, молодой писатель устремился в Пруссию, Саксонию, Швейцарию, Францию и Англию. Вернулся он на родину осенью 1790 года и тут же взялся за оформление своих дорожных заметок, которые включали в себя впечатления от увиденного и услышанного, вольные размышления, записи бесед с писателями и философами, даже зарисовки ландшафтов.

В 1791 году в «Московском журнале» Карамзин начал публиковать свои «Письма русского путешественника», и в течение двух лет читающая публика с удовольствием знакомилась с ними, черпая впечатления из этого увлекательного описания молодым человеком своего большого путешествия. «Письма» принесли Карамзину популярность и уважение искушённого читателя, и это не удивительно: авторский стиль отличался эмоциональностью, картины и характеры нарисованы так ярко, с любовью и вниманием к деталям.

Вот характерный пример: самое начало путешествия было омрачено поломкой кибитки и плохой погодой, но отчаяние в душе Карамзина сменилось радостью, когда он неожиданно получил не только помощь, но и доброе напутствие для дальнейшей дороги. «…и в самый тот миг, как сердце мое стало полно, явился хорошо одетый мальчик, лет тринадцати, и с милою, сердечною улыбкою сказал мне по-немецки: ″У вас изломалась кибитка? Жаль, очень жаль! Пожалуйте к нам — вот наш дом — батюшка и матушка приказали вас просить к себе″. — ″Благодарю вас, государь мой! Только мне нельзя отойти от своей кибитки; к тому же я одет слишком по-дорожному и весь мокр″. — ″К кибитке приставим мы человека; а на платье дорожных кто смотрит? Пожалуйте, сударь, пожалуйте!″ … Мы взялись за руки и побежали бегом в большой каменный дом, где в зале первого этажа нашел я многочисленную семью, сидящую вокруг стола; хозяйка разливала чай и кофе. Меня приняли так ласково, потчевали так сердечно, что я забыл все свое горе… Я пробыл у них около часа. Между тем привезли ось, и все было готово. ″Нет, еще постойте! ″ — сказали мне, и хозяйка принесла на блюде три хлеба. ″Наш хлеб, говорят, хорош: возьмите его″. — ″Бог с вами! — примолвил хозяин, пожав мою руку, — бог с вами!″. Я сквозь слезы благодарил его и желал, чтобы он и впредь своим гостеприимством утешал печальных странников, расставшихся с милыми друзьями. Гостеприимство, священная добродетель, обыкновенная во дни юности рода человеческого и столь редкая во дни наши!».

Обаяние и смелость молодого русского дворянина открывали перед ним двери не только гостеприимных обывателей, но и весьма именитых персон. Так, запись от 19 июня 1789 г. фиксирует один из таких приятных и познавательных визитов в Кёнигсберге: «Вчерась же после обеда был я у славного Канта, глубокомысленного, тонкого метафизика. Я не имел к нему писем, но смелость города берет, — и мне отворились двери в кабинет его. Меня встретил маленький, худенький старичок, отменно белый и нежный. Первые слова мои были: ″Я русский дворянин, люблю великих мужей и желаю изъявить мое почтение Канту″. Он тотчас попросил меня сесть, говоря: ″Я писал такое, что не может нравиться всем; не многие любят метафизические тонкости″. С полчаса говорили мы о разных вещах: о путешествиях, о Китае, об открытии новых земель…»

Карамзин в своем насыщенном событиями вояже находил время для посещения театров и даже, как непредвзятый рецензент, отражал в своем путевом дневнике впечатления от увиденного на сцене. Он беседовал с завсегдатаями кабачков, знакомился с купцами и офицерами, учёными и писателями, интересовался укладом жизни горожан и сельских жителей. Повествование его подчас довольно лирично и наполнено тоской по родным местам и людям: «Пришедши в свою комнату, почувствовал я великую грусть и, чтобы не дать ей усилиться в моем сердце, сел писать к вам, любезные, милые друзья мои! Для того чтобы узнать всю привязанность нашу к отечеству, надобно из него выехать; чтобы узнать всю любовь нашу к друзьям, надобно с ними расстаться».

Фланёры-наблюдатели

С середины XIX века путешествующих не по делу, а в поисках новых впечатлений, во всём мире прибавилось. Россия не стала исключением. Появилось определение фланёр (Flaneur, фр.) – странник, наблюдатель, интересующийся жизнью разных городов, их достопримечательностями, изучением архитектуры, культурного пространства. А к концу XIX в. в Российской империи появились новые типы путешественников. Туристы-экскурсанты – их время и денежные ресурсы были ограничены, а потому они за границей вынуждены были подчиняться экскурсоводу, принадлежать к группе таких же несамостоятельных вояжёров и соотносить свой маршрут с путеводителем. Но были и туристы-транжиры, богатые посетители всевозможных выставок, сорящие деньгами и оставляющие о себе не лучшее впечатление как у соотечественников, так и у иностранцев.

Пётр Петрович Мигулин, российский экономист, издатель и редактор, доктор финансового права, профессор Харьковского и Петербургского университетов, действительный статский советник в своем труде «Настоящее и будущее русских финансов» горько сетовал: «Ничего не может быть противнее русского, развлекающегося за границей. Огромное большинство таких русских совершенно не владеет или владеет крайне плохо иностранными языками, не имеет определенного плана путешествий, не имеет представления о чужих порядках, вечно попадает не туда, куда направляется, - вечно в столкновении с иностранными кондукторами и гарсонами, - надоедает своими расспросами и непониманием ответа».

Советский туристический плакат. Фото: sev.gov.ru

Тури-тура-туристы и натуралисты

Возникновение советского туристского движения относится к началу 20-х гг. ХХ века. В 1929 году появилось знаменитое акционерное общество «Интурист». Однако по понятным причинам туризм не носил массового характера. К середине столетия ситуация стала исправляться, государство выделяло немалые средства на развитие материальной базы туризма, открытие турбаз, гостиниц, кемпингов, и скоро по размаху туристского движения СССР стал занимать одно из первых мест в мире.

Статистика 70-х потрясает: в 1975 году число лиц, проводивших отпуск и каникулы за пределами постоянного места жительства, достигло 140 – 150 миллионов человек (включая поездки в дома отдыха, пансионаты, санатории, пионерские лагеря и др.), что составило около 20% от всего числа туристов в мире.

Правда, в СССР вплоть до 80-х годов ХХ века туристами чаще называли тех, кто предпочитал походы с рюкзаком за спиной пассивному времяпрепровождению. Турпоходы были очень популярны среди школьников и студентов. Самые активные начинающие походники мечтали о том, чтобы получить значок «Юный турист» и удостоверение, подтверждающее, что его обладатель умеет ставить палатку, разводить костёр, фильтровать речную воду, оказывать первую медицинскую помощь и т. д. Курортники и прочие вяло отдыхающие к настоящим туристам не относились. Даже в мультфильме про Чебурашку и крокодила Гену молодые люди с рюкзаками за спиной распевают, пропагандируя активный отдых вблизи больших городов:

Солнце светит ярким светом над Москвою и вокруг.

Почему же люди летом отправляются на юг?

А в Подмосковье ловятся лещи, возятся грибы, ягоды, цветы.

Лучше места даже не ищи, только время зря потратишь ты.

В туристской среде был свой сленг, свой фольклор, рождалось множество анекдотов, примет, суеверий, шуточных песен. В одном из советских фильмов середины 60-х забавную туристскую песню исполняют даже ресторанные музыканты во время ужина гостей:

Земля, друзья, поката, и сколько ни иди,

Всегда идешь куда-то и что-то впереди,

Шагай с утра, ни пуха ни пера,

Тури-тура, тури-тура-туристы.

На особый уровень туристскую песню вывел Юрий Визбор, сделав её лиричнее и тоньше. Новый жанр появился и в публицистике – заметки путешествующих натуралистов, любителей и ценителей природы. Одним из самых талантливых журналистов-натуралистов в СССР был Василий Песков, которому под увлекательные очерки из цикла «Окно в природу» популярнейшая тогда «Комсомольская правда» отдавала несколько полос.

Василий Песков. Фото: bryansk.kp.ru

Просто, наглядно, свежо, вдохновляюще – так говорил и писал В. М. Песков. Кроме того, его публикации сопровождались очень качественными авторскими фотографиями, так что можно сказать, что он иллюстрировал собственные заметки натуралиста. Фотограф он был отменный и даже, опередив время, создал прекрасную галерею снимков «Широка страна моя», сфотографировав с воздуха весь СССР от Бреста до Камчатки.

Коллеги называют Василия Михайловича основателем российской экологической журналистики. В его очерке «Средняя полоса» есть такое наблюдение: «Каждому особенно дорог тот уголок на земле, где рос, где стал человеком. И все-таки на вопрос о «лучшем месте на шарике» я всегда говорю: средняя полоса.

Рязанские поля и березы возле Оки, калужские и тульские перелески с тихой водой в маленьких речках, Подмосковье, владимирские проселки, земли тамбовские и воронежские, где леса иссякают и начинаются степи, это все в обиходе мы зовем средней полосой, имея в виду широкий пояс России, идущий с запада до Урала.

Я очень люблю этот пояс земли. Догадываюсь, что он так же хорош и по другую сторону глобуса – в Канаде и в северных землях Америки. И объяснения в этой любви должны быть понятны всем, кто сумел приглядеться к неброской, но тонкой красоте Средней России, до самых глубин понятой Левитаном, Нестеровым, Чайковским, Тютчевым, Фетом, Есениным, Паустовским».

Подводя же итог, вспомним ёмкое утверждение Н. М. Пржевальского: «Жизнь прекрасна тем, что в ней можно путешествовать».

Также по теме

Новые публикации

У российских врачей и служб, которые используются для контроля за больными коронавирусом, похоже, скоро появятся новые и очень неожиданные помощники – собаки. Как сообщается, кинологическая служба «Аэрофлота», самолёты которого базируются в московском аэропорту «Шереметьево», начала тренировку новой породы на выявление больных Covid-19.  
Стоянка Почеканска, известный болгарский русист, недавно была награждена медалью Пушкина за большой личный вклад в популяризацию русского языка. Государственный эксперт Департамента дошкольного и школьного образования Минобрнауки Болгарии рассказала «Русскому миру» о выстроенной в Болгарии системе преподавания русского языка и культуры.
Осень заставляет утепляться. Во многих регионах России без шапки на улицу уже и не выйдешь. А какую надеть – решайте сами. Может быть, вам захочется чего-то экзотического, не как у всех? Тогда обратимся к русским головным уборам прошлого.
В этом году знаменитый Гнесинский дом отмечает своё 125-летие. Арам Хачатурян, Тихон Хренников, Людмила Зыкина, Микаэл Таривердиев, Иосиф Кобзон и множество других выдающихся музыкантов вышли из стен Гнесинки, а многие вернулись туда же преподавать. Российская академия музыки (РАМ) имени Гнесиных – одна из визитных карточек российского музыкального искусства.
Сварщики, металлурги, комбайнёры и другие люди труда вернулись в выставочные залы. Экспозиция второго Фестиваля позитивного идейного искусства «Время, вперёд!» открылась в Новой Третьяковке. По её итогам будут определены финалисты, которые разделят между собой призовой фонд в размере двух миллионов рублей.
В минувшие выходные в рижском Доме Москвы состоялась 13-я конференция российских соотечественников Латвии, на которую прибыло более 200 делегатов от региональных общественных организаций со всей страны. В этом году встреча была посвящена 75-летию Победы.
12 октября исполнилось 670 лет со дня рождения князя Дмитрия Донского, почитаемого Русской церковью святым. Мало кто помнит, что ещё за пять веков до канонизации князя святой была признана его супруга – княгиня Евдокия Московская. Она была одной из самых образованных женщин своего времени, построила много храмов и монастырей, но главное – была любимой и любящей женой.
Среди наших соотечественниц немало активных людей, которые не только смогли реализовать себя в другой стране, но и оказывают помощь тем, кто столкнулся с трудностями. О своей работе рассказывают адвокат из Ирландии Елизавета Доннери, семейный психолог из Финляндии Наталья Жукова и Анастасия Тихонова, член Russian Women Association в Малайзии, на волонтёрской основе помогающая женщинам, столкнувшимся с проблемой домашнего насилия.