EN
 / Главная / Публикации / Как Трумэн пугал Сталина атомной бомбой

Как Трумэн пугал Сталина атомной бомбой

Александр Гамов17.07.2020

Фото: albumwar2.com

75 лет назад под Берлином открылась Потсдамская конференция победителей во Второй мировой войне – Советского Союза, США и Великобритании. Ради неё Сталин второй раз за всё время выехал за границы СССР (в первый раз – в Тегеран в 1943-м).

Историк, депутат Госдумы Вячеслав Никонов, внук сталинского соратника, главы МИДа СССР Вячеслава Молотова, написал об этом в своём новом проекте «Горячее лето 1945-го». И рассказал, как готовилась эта конференция и о чём на ней говорили Сталин и президент США Трумэн.

Горничные из Москвы

Провести конференцию союзников-победителей в поверженном Берлине – идея смелая. Но нужно было ещё найти хоть какое-то целое место в германской столице летом 1945-го. Такую задачу поставили перед маршалом Жуковым, который вспоминал: «Я объяснил, что в Берлине нет условий для конференции, и предложил Потсдам. Он тоже сильно разрушен. Единственное большое здание, которое уцелело, – дворец кронпринца… Москва санкционировала предложение. Дали согласие и англичане с американцами».

Потсдам был в советской зоне оккупации, и все заботы по организации конференции лежали на СССР. 6 июня Берия подписал приказ «Об обеспечении спецмероприятий по объектам "Пальма"».

На восстановление дорог и мостов в районе конференции направили сапёрные части Красной армии. Ко 2 июля были отремонтированы и запущены электростанции в Потсдаме, восстановлены аэродромы.

Трумэну подготовили жёлто-красный особняк во французском стиле, который американцы назвали Маленьким Белым домом. Британскому премьеру Черчиллю – розовую виллу в тосканском стиле.

Помещения для делегаций были оборудованы всем, включая скрытые микрофоны. Обслуживающий персонал – официанты, истопники, швейцары, горничные, парикмахеры и даже чистильщики обуви – был привезён из Москвы. Их отбирали из сотрудников «Интуриста» оперативники II Управления НКГБ.

«Со вкусом поработали над Берлином»

Берия информировал Сталина: «Подготовлено 62 виллы (и один двухэтажный особняк для товарища Сталина: 15 комнат, открытая веранда, мансарда, 400 кв. м). Для охраны доставлено 7 полков войск НКВД и 1500 человек оперативного состава. Охрана в 3 кольца».

Железнодорожная колея от границы СССР до Потсдама была «перешита» по советскому стандарту (шире). Для путешествия Сталина сформировали три литерных состава. Первым шёл контрольный состав с 40 оперативниками. Далее – поезд Сталина с охраной из 90 офицеров. Машинисты также были офицерами госбезопасности. Замыкающим шёл поезд с 70 сотрудниками охраны.

Железную дорогу охраняли 17 140 бойцов войск НКВД: от Москвы до Бреста по 4-6 солдат на километр пути, а в Польше и Германии – до 10 человек. На подозрительных участках курсировали бронепоезда.

...Сталин приехал в Потсдам 16 июля 1945 года – с задержкой на один день. В воспоминаниях Трумэна читаем: «Приезд маршала Сталина из Москвы задержался из-за перенесённого им сердечного приступа – это был хорошо охраняемый секрет». Если это было так, то секрет был настолько хорошо охраняемым, что о нём не знал никто из ближайшего окружения Сталина и не узнали историки. На самом деле задержка Сталина была вызвана переговорами с китайским руководством, которые продолжались до последней минуты, вплоть до отъезда.

Жуков был среди встречавших генсека. «Мне позвонил Сталин и сказал: "Не вздумайте для встречи строить всякие там почётные караулы с оркестрами. Приезжайте на вокзал сами и захватите с собой тех, кого считаете нужным"».

Жуков встретил Сталина у вагона. «Он был в хорошем расположении духа и, поздоровавшись, сказал: "Чувствуется, наши войска со вкусом поработали над Берлином. Проездом я видел лишь десяток уцелевших домов". А затем добавил: "Так будет и впредь со всеми любителями авантюр"».

Сталина и Молотова привезли в их особняк. «Сталин обошёл виллу и спросил, кому она принадлежала. Ему ответили, что это вилла генерала Людендорфа. Сталин не любил излишеств в обстановке. Он попросил убрать ковры и лишнюю мебель», –писал Жуков.

«Хотели нас ошарашить»

Конференция в Потсдаме продолжалась необычайно долго – с 17 июля по 2 августа. И об этом марафоне уже много написано. Поэтому о самом ярком эпизоде – как отреагировал Сталин на слова Трумэна о том, что американцы испытали атомную бомбу... Итак!

...Главным «именинником» в тот вечер (16 июля) был президент США Трумэн. Он дождался момента, ради которого откладывал открытие конференции союзников на середину июля.

В 5.30 утра на полигоне Аламогордо в США испытали ядерную бомбу. Приехавший в Потсдам министр обороны США Генри Симпсон получил из Вашингтона телеграмму: «Больного оперировали. Диагноз не вполне ясен, но результаты более чем удовлетворительны и уже превосходят ожидания».

Трумэн в мемуарах напишет: «Мы теперь обладали оружием, которое изменит курс истории и цивилизации...»

Трумэн, ехавший в Потсдам, чтобы добиться вступления СССР в войну с Японией, теперь думал о том, как бы минимизировать советское участие. «Думаю, япошки сдадутся прежде, чем туда придёт Россия, – пометил он в дневнике. – Уверен, так оно и будет, когда над их родиной возникнет Манхэттен». (Проект создания бомбы так и назывался – «Манхэттен»)

О том, что испытание будет, Сталин и Молотов знали – им заранее сообщила разведка.

Теперь в самый раз воспоминание Черчилля:

«…Я увидел, как Трумэн подошёл к Сталину и внимательно наблюдал за ними. Я знал, что собирается сказать Трумэн. Важно было, какое впечатление это произведет на Сталина… Я был уверен, что он не представляет значения того, что произошло. В его тяжёлых заботах атомной бомбе не было места. Иначе это сразу было бы заметно… Но на его лице сохранилось благодушное выражение. Я подошёл к Трумэну.

– Ну, как сошло? – спросил я.

– Он не задал мне ни одного вопроса, – ответил Трумэн».

Итак, Трумэн и Черчилль были уверены, что Сталин не понял всей серьезности того, что у США появилась ядерная бомба.

Но это было не так. Как свидетельствовал Павел Судоплатов, возглавлявший внешнюю разведку, в марте 1945-го был подготовлен доклад о ядерной программе США, в апреле академику Игорю Курчатову передали все характеристики взрывного устройства, а через 12 дней после сборки первой ядерной бомбы в Лос-Аламосе было получено описание её устройства.

Молотов, с самого начала курировавший советский ядерный проект, тоже вспоминал беседу президента США со Сталиным: «Трумэн решил нас удивить. Он с секретным видом отвёл нас со Сталиным в сторону и сообщил, что у них есть такое сверхоружие, которого ещё никогда не было. Мне казалось, он хотел нас ошарашить. А Сталин спокойно к этому отнёсся. И Трумэн решил, что тот ничего не понял. Не было сказано "атомная бомба", но мы сразу догадались. И понимали, что развязать войну они пока не в состоянии, у них одна или две бомбы всего. Они их потом взорвали над Хиросимой и Нагасаки, а больше не осталось».

Молотов соглашался с изображением этой сцены в фильме «Освобождение», где Сталин после разговора с Трумэном подошел к Молотову:

– Надо сказать Курчатову, чтобы ускорил работу.

По справедливому замечанию историка из США Джона Гэддиса, Сталин и Молотов «узнали о бомбе задолго до американского президента».

КСТАТИ

Вождь не пошёл в бункер Гитлера

...Сталину предложили осмотреть центр Берлина, то, что осталось от имперской канцелярии. Он ответил:

– Пусть Молотов и Берия едут.

Ну, они и поехали. Им показали бункер Гитлера, где он покончил с собой. Молотов спросил, где трупы. Им ответили, что захоронили в военном городке вне Берлина. И знают о точном месте только три человека...

Источник: KP.RU

Также по теме

Новые публикации

В 2022 году Русско-венгерское общество в венгерском Пече отмечает 25-летие. Нынешний руководитель общества,  возглавивший его  в 2010-м, наш соотечественник Борис Якшов, – не только организатор самых разных мероприятий, но и прекрасный пианист, аккомпаниатор балетной труппы Печского национального театра.
Врать не буду – лететь не очень хотели, всё-таки мы любим погорячее. А что зимой на Кипре делать? Ни позагорать, ни в море поплавать. Но дети задумали именно там, на острове Афродиты, встретить всей нашей разлетевшейся по миру семьёй  Новый год.
Драматические события в Казахстане привлекли самое пристальное внимание к этой стране, особенно в России, поскольку именно в Казахстане проживает одна из самых больших диаспор российских соотечественников. Как они оценивают произошедшее, рассказывает член Всемирного координационного совета российских соотечественников, проживающих за рубежом, Максим Крамаренко (Астана, Казахстан).
В конце декабря были подведены итоги I Ибероамериканской онлайн-олимпиады по русскому языку, организованной Государственным институтом русского языка им. А. С. Пушкина при поддержке фонда «Русский мир». В олимпиаде приняли участие 15 университетов и 17 языковых центров многих стран Латинской Америки, Испании и Португалии.
Волнения в Казахстане, о которых очень много пишут российские СМИ, выявили одну проблему. Как писать правильно: Алма-Ата или Алматы (Алмааты), Чикмент или Шыкмент? Кыргызстан или Киргизия, в конце концов?.. При взгляде на пёструю от разных написаний ленту новостей появляется ощущение, что в каждой редакции собственные взгляды на правила.
11 января во многих странах, в том числе и в России, отмечается Международный день спасибо. Идея отмечать такой праздник была принята ООН и ЮНЕСКО, чтобы напомнить миру, как важно быть вежливым, добрым и отзывчивым.
Наступивший год станет юбилейным для Ивана Гончарова. Многим жителям  немецкоговорящих стран творчество Гончарова известно в переводах Веры Бишицки, которая в наступившем году отметит 10-летие выхода первого издания своего «Обломова», ставшего настоящим бестселлером в Германии, Австрии и Швейцарии.
Марину Неёлову, отмечающую 8 января свой юбилей, можно смело назвать «лицом эпохи». Её хрупкие, беззащитные, иногда чрезмерно эмоциональные, но при этом невероятно притягательные героини стали символом новой женственности, востребованной на излёте советской эпохи.