EN
 / Главная / Публикации / Зачем Украине АТО или что она будет со всем этим делать?

Зачем Украине АТО или что она будет со всем этим делать?

Денис Татарченко19.08.2015

В своё время мне часто приходится общаться с самыми разными жителями Киева на разные темы, в том числе политические и околополитические. Я не буду вдаваться в подробности этих дискуссий, но лично для себя я определил очень показательную тенденцию: абсолютно никто не понимает, зачем нужна эта антитеррористическая операция, в просторечье именуемая войной, и в чём будет заключаться победа Украины при её успешном завершении. Есть, конечно, в Киеве и совсем дикие персонажи, видящие в гражданском противостоянии некую закономерную последовательность в формировании украинской нации. Их аргумент прост: кто не станет украинцем по национальности, тот пусть уедет или умрёт.

Зачем Украине эта война?

Но ормальных людей в украинской столице всё же большинство, и на прямой и недвусмысленный вопрос, зачем Украине эта война, одни из них мнутся, другие неуверенно говорят о российской агрессии (и тут же замолкают, услышав вопрос о реальном отношении населения Донбасса к Украине), третьи чётко и прямо утверждают, что война не нужна, но вот что нужно — они ответить затрудняются.

Оставим сейчас за скобками всё чаще звучащие заявления, что Киев готов отказаться от Донбасса. Пока задачи восстановления полного контроля над мятежными областями никто не отменял. Давайте представим, что украинская армия взяла под свой контроль Донецк и  Луганск, окончательно деморализовала ополченцев, разбила их  остатки и поставила к стенке всех, кто хоть раз поднимал против Украины оружие. Не это ли цель АТО? Представим, что так случилось. Представили? А теперь зададимся простым вопросом: дальше что? Вот тут-то и открывается широкое поле для фантазии. 

Окончательно покончив с сопротивлением, Украина получит в своём составе две крупные области (одна из них вообще крупнейшая) с обозлённым, недоверчивым, голодным населением, с распространённой идеей реваншизма, катастрофической ситуацией в экономике и промышленности.

На этой территории Украину ожидают партизанская война и разгул бандитизма. Достаточно вспомнить сопротивление украинских националистов в Галиции в период с 1945 по 1952 год. Тогда, по разным данным, от их рук погибло до тридцати пяти тысяч советских граждан, в том числе и прибывших туда из Донбасса врачей, учителей, партийных работников и прежде всего военных.

Нечто подобное Украину ждёт в Донбассе в случае победы над ополчением. Также существенно возрастут расходы государственного бюджета: на содержание ветеранов АТО, семей погибших и раненых, на хотя бы косметическое восстановление разрушенной инфраструктуры. Социальная напряжённость будет расти, и не только в Донбассе. Что Украина будет со всем этим делать? Есть два варианта, и оба проигрышные: придушить всех недовольных репрессиями и установить жёсткую диктатуру или обеспечить такой уровень жизни, который как минимум был бы не хуже среднероссийского. Разберём оба.

Вариант диктатуры

Жёсткая диктатура в Донбассе не может обойтись без дерусификации, контроля над информационным пространством, сети осведомителей и карательных бригад.

Первая будет осуществляться в образовательных учреждениях. Украине крайне важно вырастить поколение пусть даже не украинцев, но как минимум убеждённых русофобов. История знает примеры, когда это удавалось: в Австро-Венгрии конца XIX — начала ХХ века. Тогда из русских, живших в восточных землях, успешно создавали тех самых украинцев, потомки которых сейчас играют первую скрипку в национальном вопросе нашего государства.

Но Австро-Венгрия не ограничивалась только лишь учебными заведениями: дерусификация происходила также через террор и вполне реальную физическую ликвидацию тех, кто не хотел становиться украинцем. Достаточно вспомнить первые концлагеря Европы — Талергоф и Терезин. Созданные в 1914 году и просуществовавшие до 1917 года, они приняли на «перевоспитание» более ста тысяч выступавших за единение с Россией галичан. Сколько человек там погибло — загадка до сих пор. Вполне реальными стоит считать цифры в пределах от двадцати до сорока тысяч человек.

Однако не все русофилы попадали в концлагеря, многих убивали прямо на месте. Так, «в Каменке Струмиловой один священник расстрелян и один арестован, повешено и расстреляно десять крестьян и арестовано свыше ста двадцати крестьян — все по доносу местного униатского священника Михаила Цегельского». В селе Устьи Жидачивского уезда австрийцы арестовали десять крестьян и настойчиво их спрашивали: русские они или поляки? Крестьянина Фёдора Горака, назвавшего себя русским, тут же убили. Остальных взяли с собой и во время боя держали впереди боевой линии. Напор русских войск заставил австрийцев бежать. Только это спасло арестованных от смерти. Всё это свидетельства из внушительного по своим размерам «Талерговского альманаха», изданного уцелевшими жертвами этого террора во Львове в двадцатые-тридцатые годы. Подлинность его содержания не вызывает сомнений у историков.

Как видим, здесь есть и террор, и осведомители. Однако в современном мире геноцид такого масштаба скрыть будет не так просто, к тому же количество населения в современном Донбассе несопоставимо с количеством населения восточной Австро-Венгрии времён Первой мировой. Соответственно, нужен совершенно другой масштаб. Скрыть его будет невозможно, и это существенно усложнит процесс дерусификации Донбасса.

Жёсткий контроль над информационным пространством в современном мире также установить довольно сложно, но, в принципе, возможно. Глушить спутниковые сигналы и ограничивать доступ к определённым неугодным интернет-ресурсам, учитывая опять-таки масштабы действа, слишком дорого. Да и подобная политика снова приведёт только к усилению недовольства, пусть даже скрытого. К этому также можно добавить ещё один важный момент.

Недавно я читал воспоминания человека, бывавшего в семидесятые-восьмидесятые годы на Западной Украине. В своей статье он писал о том, что маленькие дети во Львове называли Бандеру героем и чертили на асфальте чёрно-красные оуновские флаги. И это во времена такого контроля над информацией и такого уровня пропаганды, какой современной Украине даже в страшном сне присниться не может. Это называется зов предков и народная память, а ещё ненависть и жажда мести. Из этих детей сейчас выросли те самые украинские националисты, которые сейчас заживо сжигают людей и стирают в пыль мой родной Донбасс.

Там, к слову сказать, современные дети героем считают Моторолу и рисуют на асфальте уже другие, чёрно-сине-красные флаги ДНР и бирюзово-сине-красные ЛНР. Кого эти пережившие войну дети будут жечь и стирать в пыль лет через двадцать? Вопрос риторический. Но есть ещё один очень важный и тоже риторический вопрос: а оно вам надо, украинцы?..

Вариант «подкупа»

Второй возможный путь Украины после её победы над народным ополчением — это существенное повышение уровня жизни населения Донбасса. Своеобразный подкуп, если так можно сказать. Создание сотен тысяч рабочих мест, появление мощной социалки, снижение цен и повышение зарплат — словом, всё то, что не было сделано за двадцать три года и без войны. А ещё необходимо восстанавливать за счёт государства разрушенные этим государством дома, школы, больницы, детсады, дороги, предприятия и так далее.

Если люди увидят не просто вербальную заботу украинской власти, а реальное многократное повышение уровня жизни, градус накала заметно упадёт, и даже украинизация, чего уж греха таить, будет вызывать совсем другие реакции. Однако готова ли Украина, став победителем, с барского, как говорится, плеча выдать из себя то, что не выдавала в мирное время и при совсем других внешнеполитических раскладах? Негативный ответ на это дадут банальная экономика и общественное мнение в «материковой» части Украины.

Преддефолтное состояние украинской экономики не позволит ей совершить стремительный рывок вперёд даже в среднесрочной перспективе, не говоря уже о ближайших нескольких годах, которые и будут наиболее жаркими даже после ликвидации сопротивления. А сколько вообще нужно денег, чтобы подкупить Донбасс и тем самым его умиротворить? Здесь стоит вспомнить опыт Российской Федерации, на территории которой в двухтысячных была хоть и не аналогичная, но очень похожая ситуация в Северо-Кавказском федеральном округе.

Для восстановления тамошней инфраструктуры и повышения уровня жизни населения потребовались миллиарды долларов. И здесь не стоит упоминать всякие субсидии и дотации, поскольку эти средства возвратные, то есть такие, которые частично возвращаются с перечисленных в центр этим же регионом средств. А вот невозвратные вложения по одной только целевой программе и только в одну Чечню составили около 3,7 миллиарда долларов. А теперь простая арифметика: в Чечне проживает 1,5 миллиона человек, а в Донецкой и Луганской областях (в условиях мира) — около 6,5 миллиона.

То есть для сопоставимого эффекта Украине необходимо найти не меньше пятнадцати миллиардов долларов. Наверное, не стоит говорить о том, что в нынешних условиях это просто невозможно, особенно учитывая огромный дефицит бюджета. То есть у Украины просто не получится в короткие сроки повысить уровень жизни населения Донбасса настолько, чтобы пропорционально ему упал уровень недоверия и агрессии. А ведь, помимо этого населения, есть ещё тридцать три миллиона голодных ртов, которых надо будет кормить соответствующе. И они-то и объединятся под лозунгом «Хватит кормить Донбасс», порождая тем самым новые витки неприятия и ненависти. Для Украины это будет новый тупик, для её народа — новый уровень несчастья.

Очевидно, что победа Украины в войне с Новороссией невозможна в принципе. Война не закончится взятием Донецка и Луганска, не закончится она и со смертью последнего сепаратиста. Эта война породила много проблем для простых украинцев, много горя и разочарований. И до тех пор, пока простой украинец из Киева или Львова будет полагать, что он лучше кого бы то ни было в Луганске или Донецке знает, как там надо жить, что это его земля и её надо «защитить» от проживающего там населения, эта война будет продолжаться.

Не Путин, не Россия и даже не  являются врагами Украины. Этим врагом является общеукраинский подход, который очень точно изложил военнослужащий из Львова на одном из блокпостов ВСУ в Лисичанске: «Що я тут роблю? Захищаю свою землю!» Добавить к этому просто нечего.

Также по теме

Новые публикации

Пандемия коронавируса самым неожиданным образом повлияла на жизнь финна Ханну Лаурикайнена. Благодаря ей он сумел осуществить свою давнюю мечту – сменить работу в офисе на свободное плавание бизнес-предпринимателя. Причём для своего стартапа он выбрал очень неожиданный проект – открыл фирму по прокату старых «Жигулей».
130-летие Михаила Булгакова отмечается 15 мая. Настоящая слава, и в России, и за рубежом, пришла к писателю уже после смерти, и последние десятилетия в продвижении русской литературы за рубежом стали во многом булгаковскими. Согласно апрельскому опросу «Яндекса», Михаил Булгаков – и сейчас самый любимый писатель у россиян.
Министерство культуры РФ объявило о создании к 350-летию Петра Великого Ассамблеи «петровских музеев», в которую войдут федеральные и региональные музеи – петродворцы и домики Петра I. В Европе, где первого российского императора помнят и почитают, тоже не первый год обсуждают объединение мест, связанных с пребыванием русского царя, в туристических, культурных и научных целях.
Образ Александра Невского, древнерусского князя и православного святого, 800 лет со дня рождения которого отмечается в эти дни, оказался неожиданно актуальным и востребованным в обществе. Его имя постоянно на слуху, а в рейтингах героев России он неизменно оказывается в первой тройке, с лёгкостью обходя более современных исторических персонажей.
Госархив РФ представил книжную новинку – сборник «А. В. Колчак. 1874 – 1920». В двухтомнике впервые публикуются 482 архивных документа, касающиеся жизни лидера Белого движения. Не так давно выкупленные на аукционе в Париже более чем за 3 миллиона евро эти документы проливают особый свет на природу Гражданской войны и роль в ней мятежного адмирала.
В начале этого года эстонская национальная Партия реформ, вернувшись в правящую коалицию, оседлала своего любимого, хотя и основательно заезженного конька – план о полном переводе школьного образования на эстонский язык.
О событиях Великой Отечественной войны, об испытаниях, выпавших на долю народа, очевидцами сказано и написано немало. В каждой семье найдётся хоть одна история из этого трагического периода в жизни нашей страны. В преддверии праздника Победы обратим внимание на воспоминания тех, кто руководил военными действиями, и почитаем маршальские мемуары.
Ассамблея народов Евразии продолжает изучение геноцида мирных советских граждан в Великую Отечественную войну. По данным военных историков, гражданских погибло 13 до 18 миллионов человек – это больше, чем солдат и офицеров Красной армии.