RUS
EN
 / Главная / Публикации / «Мы работаем, а рядом медведь своими делами занимается, и в этом – гармония»

«Мы работаем, а рядом медведь своими делами занимается, и в этом – гармония»

Светлана Сметанина06.09.2018

Уже четвёртый год подряд молодой соотечественник из Израиля Иван Бодров проводит свой отпуск весьма необычным образом – он расчищает от мусора арктические острова. В течение месяца его ждёт тяжёлый физический труд – с утра до вечера при нуле градусов. Но без этого, говорит Иван, он теперь не представляет свою дальнейшую жизнь.

– Иван, недавно Вы вернулись из необычного путешествия. Расскажите, как вы оказались в Арктике и чем там занимались?

– Об экспедициях в Арктику я впервые услышал на международном молодёжном форуме «Мы за мир во всём мире!»,  который проходит в болгарском Китене при поддержке департамента международных связей Ямало-Ненецкого автономного округа. Я был там в 2012 году, и нам рассказали, что готовится такая экспедиция, в которой можно принять участие. 


Я заинтересовался, но, как и большинство людей, нашёл какие-то отговорки – почему я не могу туда поехать. В 2013 году я опять поехал на фестиваль в Болгарию – там уже были ребята, которые побывали в Арктике. Они рассказали об экспедиции и я решил, что если сейчас не поеду, то всю жизнь буду жалеть об этом. 

И в 2014 году я впервые оказался в Арктике на острове Белый. А затем я приезжал туда в 2015 и в 2016 годах. 

– И что вы там делали?

Когда я приехал туда впервые в 2014 году, я посмотрел вдаль и увидел как будто город в километре от нашего места. А когда мы подошли ближе, оказалось, что это буквально горы мусора, оставшиеся от воинской части, - разрушенные здания, техника
– Во времена Советского Союза там располагались воинская часть и метеорологическая станция. Также на острове было небольшое поселение – домов пять-шесть. В 90-х годах воинская часть оттуда выехала и остров оказался заброшен. У людей не было денег, чтобы вывезти оттуда своё имущество, поэтому оно тоже оказалось брошенным. К примеру, там очень много 200-литровых бочек из-под солярки, масла – и все они разбросаны на большой территории. Половина уже ушли под землю, потому что почва их засасывает. Множество брошенной техники – грузовики, которые всего 60 километров проехали. 

Когда я приехал туда впервые в 2014 году, я посмотрел вдаль и увидел как будто город в километре от нашего места. А когда мы подошли ближе, оказалось, что это буквально горы мусора, оставшиеся от воинской части – разрушенные здания, техника. А в 2016, когда мы уже покидали остров Белый, я смотрел на то же самое место и видел зелёное поле. Вот это результат нашей работы, которую мы проделали за четыре года. 


– Много ли вас там было? Кто там находится вместе с волонтёрами?

– Нас забрасывают туда на вертолёте, который вмещает 20 человек – 18 человек наша группа и два спасателя из МЧС. Бывает такое, что волонтёров меньше, потому что с нами в вертолёте летят учёные.  

– Сколько длится эта экспедиция? Вы как-то к ней готовитесь?

– В основном 21 день. А до этого ещё неделя подготовительных сборов, которые проходят на Ямале. Мы ходим в походы, во время которых проверяется каждый человек. Потому что если человек попадёт на арктический остров и он не подготовлен к тому, что его там ждёт, оттуда так просто не выберешься. Заказать специально вертолёт стоит дорого, да и не всегда он сможет прилететь. 

Поэтому заранее стараются отобрать таких людей, чтобы мы уже были командой. И действительно, когда мы попадаем на остров, такое чувство, что мы друг с другом уже годами знакомы, хотя до этого общались всего неделю. 


– Насколько я понимаю, расчистка арктических островов от мусора - это тяжёлый физический труд, которым вы занимаетесь в экспедиции с утра и до вечера?

– Да, самое сложное – каждое утро выйти из домика, в котором тепло, а на улице при этом ноль градусов, постоянный туман, дождь и ветер. Нужно много сил и энергии, чтобы просто выйти из дома. Ну а потом работаем до обеда – таскаем бочки, вытаскиваем замёрзшие двигатели из земли. В основном вся работа проходит вручную, потому что, например, на острове Белый техника не может проехать. Там очень нежный травяной покров – даже когда человек пройдёт туда и обратно, трава уже превращается в грязь. А техника там просто тонет. 

Поэтому мы всё вытаскиваем вручную, ставим на деревянные поддоны, складируем. А когда земля замерзает, уже приезжают профессиональные специалисты и готовят этот мусор к тому, чтобы баржа смогла его вывезти на большую землю – что-то распиливают, ГСМ сжигают. 

Вечером работаем до шести или семи – в зависимости от погодных условий. Но вообще в это время там постоянно светит солнце – полярный день, и ты вообще не понимаешь, сколько времени прошло. 


– За эти три года, что вы расчищали остров Белый, состав экспедиции волонтёров менялся или в основном были одни и те же люди?

– Организаторы стараются менять состав, включать новых волонтёров, чтобы как можно больше людей побывали на арктических островах. Весь смысл наших экспедиций – показать, как было – до чего люди могут довести природу, и как в результате это можно изменить.

Но вместе с новыми волонтёрами остаётся и костяк из старых участников, потому что ребят всё время нужно учить. Например, неопытный человек будет пытаться бочку поднять, а она весит килограмм двести. Поэтому её нужно раскачивать, толкать вбок. 

В 2017 году, когда мы впервые поехали на остров Вилькицкого, весь состав экспедиции был из старых, хорошо подготовленных ребят. Потому что там практически не было условий. Нас вертолёт оставил, и мы сами должны были подготовить себе жильё, взять пробы грунта, оценить объём работы. 


Для волонтёра сгущёнка – это, наверное, самое дорогое: из-за климата и тяжёлой работы очень хочется сладкого. В обычной жизни я сладкое ем мало, но в Арктике буквально килограммами заливаю в себя сгущёнку
У нас с собой был только рацион питания на 4-5 дней. Мы ждали, когда придёт судно «Сомов» – оно заходит в летний период на обитаемые арктические острова и оставляет там еду метеорологам на весь год. Судно подходит к берегу, с него поднимается вертолёт и доставляет груз. Мы ждали его четыре дня. Но это Арктика и нужно быть готовым к тому, что корабля не будет и две недели, если погода не позволит. Наконец, он доставил нам генератор и все необходимые вещи. А до этого мы четыре дня готовили на костре. 

– А спали вы где?

– Там годов с 70-х остался жилой модуль – комнаты, кухня. Но его просто нужно было привести в порядок, потому что он был совершенно заброшен. Первую ночь нам даже не на чем было спать. Но потом мы всё привели в порядок. И ждали уже вертолёт с «Сомова». Особенно, конечно, сгущёнку. Потому что для волонтёра сгущёнка – это, наверное, самое дорогое: из-за климата и тяжёлой работы очень хочется сладкого. В обычной жизни я сладкое ем мало, но в Арктике буквально килограммами заливаю в себя сгущёнку. 


– На острове Вилькицкого была такая же ситуация с мусором, как и на Белом?

– Да, такая ситуация во многих местах Арктики. Это горы металлолома, самое опасное – бочки с ГСМ, которые гниют, а их содержимое выливается в землю. Всё это попадает в море, а там на побережье гнездятся большие стаи полярных птиц – гусей, уток; медведи ходят.

На острове Вилькицкого почва песчаная, поэтому там можно использовать технику. В этом году нам доставили маленький трактор, и мы собрали 2100 бочек, из них 750 были с ГСМ. Надеемся, что за пару лет мы остров полностью очистим.

– Вы же ездите туда в собственный отпуск? Расскажите, чем Вы занимаетесь в обычной жизни?

– Уже 20 лет живу в Израиле. Я студент – изучаю политологию и международные отношения. Но также работаю в службе безопасности. В Арктику я езжу во время своего отпуска. Причём в Израиле за год можно накопить от силы 12 дней оплачиваемого отпуска. Поэтому приходится брать неоплачиваемый отпуск. И это, конечно, проблема – уехать на целый месяц. Я просто ставлю перед фактом, что я уезжаю.


– Почему это для вас так важно? Что это вам даёт?

– Наверное, для всех по-разному. Первый раз я ехал с чувством, что увижу Арктику – место, куда просто так не попадёшь. Но вся романтика заканчивается в первый же день. И ты понимаешь – вот он, основный смысл твоего приезда сюда. 

Многие люди, которые едут туда во второй, в третий раз, едут затем, чтобы что-то менять. Они уже просто не могут без того, чтобы это не менять. Мы хотим очистить этот остров, потом ещё один, потому что мы можем – это в наших силах
История, которая проходила на этом острове лет 50-60, на твоих глазах меняется. Ты очищаешь то, что люди загрязняли годами и главное – ты видишь результат. Поработал месяц и видишь, что всё изменилось кардинально. Человек может всю жизнь прожить и не заметить каких-либо изменений. А мы поработали три года на Белом, уехали – и остров чистый. Мы что-то изменили для природы, для человечества и для себя, поэтому люди очень меняются на острове и немного по-другому смотрят на мир. 

У нас был интересный случай в этом году. С нами всегда едут два спасателя из МЧС, и в этом году один из них приехал в экспедицию уже в третий раз, а другой был новенький. И вот в перерыв он покурил и бросил окурок на землю. Мы сразу все обратили на это внимание. А потом уже в доме другой спасатель меня спросил: «Тебя тоже задел этот окурок?» Понимаете, человек изменился настолько, что просто брошенный на землю окурок для него – как ножом по сердцу. 


Многие люди, которые едут туда во второй, в третий раз, едут затем, чтобы что-то менять. Они уже просто не могут без того, чтобы это не менять. Мы хотим очистить этот остров, потом ещё один, потому что мы можем – это в наших силах. И это благодаря России – она нам даёт шанс это сделать. Я думаю, это основная цель – менять что-то в своей жизни и показывать другим, что можно жить в чистоте, жить в гармонии с природой. Не убивать белых медведей, как было на Вилькицком до нашего приезда – мы наши там семь трупов белых медведей, убитых браконьерами. А мы работаем на острове, а рядом медведь своими делами занимается, и в этом – гармония.

– Случались ли какие-либо психологические проблемы у людей, впервые попавших в такую необычную обстановку?

– Нет, такого не было. С нами очень хорошо работают профессионалы – за 4-5 дней они делают из нас сплочённую команду. Поэтому конфликтов там не бывает. Во-первых, там люди не пьют: там запрещён алкоголь и там не те ребята, для которых алкоголь будет иметь значение. 

На самом деле, там очень классные ребята. И это тоже одна из причин, почему я столько лет подряд езжу в Арктику – таких людей, как там, очень сложно встретить в обычной жизни. Понимаете, это человек, который всё бросает и едет работать в Арктику в свой отпуск. Многие этого не понимают – считают сумасшедшим. А ты приезжаешь туда и оказываешься в своей среде – среди таких же «сумасшедших» людей, как и ты. И всем хорошо!


– Там работают молодые люди из разных стран?

– Большинство из разных регионов России и также обязательно соотечественники из других стран – Китай, Чили, Украина, Болгария, Германия, Израиль, Киргизия, Казахстан. Я считаю, что это очень нужная вещь – привлекать иностранцев. Потому что когда я в Израиле рассказываю, что благодаря правительству России мы начинаем чистить Арктику, они вообще оказываются в шоке из-за того, что государство старается заниматься Арктикой и много вкладывает в это. 

В принципе, очистку Арктики начал Путин – просто сказав, что её нужно очищать. Губернатор Ямала очень много сил  вкладывает в нашу работу, следит за ней. Его заместитель Александр Викторович Можаров постоянно прилетает к нам на остров. И когда иностранцы приезжают и рассказывают в своих странах об этом, для местных это шок. 

– Иван, Вы уже с самого детства живёте в Израиле, Ваша жизнь там. Почему Вам стали интересны встречи с российскими соотечественниками, участие в мероприятиях, которые они проводят?

ЦИТАТА: Чем дальше мы от России, тем больше нас туда тянет

– Знаете, это всё русская кровь виновата… Чем дальше мы от России, тем больше нас туда тянет. Тем больше мы понимаем, насколько наша культура, наша история сильные. 

Отличия очень заметны. У меня где-то с десяти лет появилась большая тяга к России, и по сути я живу Россией – физически я нахожусь в Израиле, но у меня всегда голова в России. Я смотрю русское телевидение, у меня русскоязычные друзья. Я не знаю, что происходит в сфере политики в Израиле, но я знаю, кто в России стал министром. 


Поэтому я и стараюсь чаще бывать в России – нахожу там людей себе подобных. И когда я говорю – о, Россия выиграла в футбол, все рады. Все думают так же, как ты. Когда в России плохо, то всем плохо вместе с тобой, а когда хорошо, то все вместе с тобой радуются. В Израиле я этого не ощущаю.

– Как к этому относятся Ваши родители? Поддерживают?

– Да, они очень хорошо относятся к России и даже рады, что я могу себе позволить туда поехать, общаться, впитывать культуру. В каждый мой приезд в Россию я культурно развиваюсь – в Израиле мне этого не хватает. Я приезжаю в Россию и на меня столько информации обрушивается со всех сторон! Поэтому родители поддерживают моё увлечение. 

– Как по Вашему, молодёжное движение соотечественников – оно развивается?

– Оно продолжается. И это очень важно. Человек мог жить у себя в стране и не иметь какого-либо отношения к России. Но вдруг он попал на этот форум и всё меняется: Россия приобрела друга и он для себя заново открыл Россию. 

С соотечественниками обязательно нужно работать. Тем более сейчас, когда идёт такая мощная информационная война против России. Во время войны в Сирии в израильских СМИ про террористов почти не говорили. Но зато всё время подчёркивали, что сирийская армия при поддержке России нанесла удар по местному населению.

Молодое поколение соотечественников обязательно должно бывать в России – восстанавливать свои корни, начинать опять говорить по-русски, учиться писать. Такие мероприятия, как Чемпионат мира по футболу или Всемирный фестиваль молодёжи и студентов, который проходил в прошлом году в Сочи, – это отличные площадки, чтобы люди поехали в Россию и увидели её доброту, открытость и мощь – культуры и истории. Я был на Всемирном фестивале молодёжи и студентов и своими глазами видел, как у иностранцев меняется взгляд на Россию – меня это очень радовало. Я видел, что Россия обрела ещё одного друга. А друзья для нас очень важны. 

Также по теме

Новые публикации

О сохранении национальной идентичности живущих в Европе русских, об особенностях русского характера, а также о взгляде из Франции на настоящее и будущее Евросоюза и России рассказала публицист и главный редактор альманаха «Глаголъ» Елена Кондратьева-Сальгеро.
«Комсомольская правда» и фонд «Русский мир» подвели итоги спецпроекта: читателям сайта «Комсомолки» предложили ответить на несколько вопросов, посвящённых новостям о России. В ходе опроса посетителей сайта спрашивали, как они узнают новости о России, новостям из каких источников доверяют, а также дополнительно задавали вопросы, позволяющие лучше понять аудиторию.
От автора. Ниже публикуемый текст является расширенной версией выступления на XI Европейском русском форуме «Евросоюз-2017 и Русская революция — 1917: невыученные уроки», прошедшем 3 – 4 декабря 2017 г. в Европейском парламенте. Отмеченная Россией совсем недавно годовщина революции вновь в полной мере подтвердила, на мой взгляд, актуальность высказанных тогда идей. Дискуссии вокруг этой темы не должны носить «юбилейный» характер, поскольку касаются вопросов жизни и смерти.
В Киргизии должно быть полноценное российское образование, уверен председатель Центра поддержки русского языка и культурного наследия «Русское достояние» Сергей Перемышлин. Тем более что спрос на него есть, и именно со стороны титульной нации.
Архиепископ Венский и Будапештский Антоний в интервью «Русскому миру» рассказал о деятельности Управления Московской патриархии по зарубежным учреждениям и о том, как приходы Русской православной церкви помогают соотечественникам за рубежом сохранять свои язык и культуру.
11 ноября мир отмечает 100-летие окончания Первой мировой войны. Накануне известные российские историки, принявшие участие в пресс-конференции, посвящённой этому событию, сошлись во мнении, что та война стала важнейшим, переломным событием, во многом предопределившим судьбы всего XX века.
Двухсотлетие Ивана Тургенева широко празднуют не только в Москве, Париже и Баден-Бадене. Лебедянь, Щигры и Топки, а также другие городки и сёла Орловской и Курской областей, прославленные писателем в «Записках охотника», тоже готовятся к его юбилею. В здешних местах, которые называют тургеневским полесьем исследователи творчества писателя и орловские егеря, многое изменилось, но охота до сих пор отменная.
В начале ноября в Киеве и Киевской области прошёл форум «Помнит мир спасённый», посвящённый 75-летию освобождения Киева от немецко-фашистских захватчиков. Форум был организован общественной организацией «Русское национально-культурное сообщество» при поддержке фонда «Русский мир».