EN
 / Главная / Публикации / За нашу победу

За нашу победу

19.05.2008

Итак, мы чемпионы мира. Чемпионы мира по хоккею. Такого с Россией не случалось 15 лет. Последний раз триумф нашей сборной по хоккею мы видели в 1993 году. Видели – по крайней мере, большинство из ныне живущих и запомнивших чемпионат пятнадцатилетней давности – по телевизору. Просто потому, что средствами на поездку в Германию в 1993 году обладали считанные счастливчики, не представлявшие статистически учитываемую величину. Смотрели дома по телевизору, потому что такое явление как спортивный бар – ну и вообще бар, в который будет нормально пойти посмотреть спортивный матч – в России (да и вообще на постсоветском пространстве) не существовало. Многие – не все, но многие смотрели его еще по дорабатывающему свое советскому ламповому телевизору. Некоторые уже заменили старый советский телевизор на новый – несоветский. Для многих заменивших это было главным показателем благосостояния их дома.

1993 год был, пожалуй, одним из самых неприятных лет в политической истории России. Расстрел из танков Белого дома, референдум по ельцинской конституции, воспринимаемой ныне как святыня, а в те годы не без сложностей одобренной всенародным голосованием – уже полузабытый референдум «да-да-нет-да» (сами вспомните, на какие вопросы, согласно правительственной пропаганде надо было ответить именно так – в октябре этого года, после расстрела мятежного Белого дома эти ответы потеряли всяческий смысл). И тем не менее, у нас в том году была победа в чемпионате мира по хоккею. Правда, тогда она воспринималась, скорее, как привет из погружающегося в прошлое, но еще подающего признаки жизни в общественном сознании Советского Союза. То есть той страны, которая без особых сложностей одерживала победы в чемпионатах по хоккею. Те победы, которые мы действительно могли смотреть только по телевизору – как правило, по советскому телевизору. Потому что иных возможностей стиль жизни в Советском Союзе не предоставлял.

С тех прошло 15 лет. Многие уже забыли о советских телевизорах. Они не ушли в прошлое окончательно, однако их наличие в чьем-либо хозяйстве воспринимается как признак показательного неблагополучия. Поездка за океан в Канаду, чтобы поболеть за сборную, уже не воспринимается  как несбыточная мечта. Сборная России уже столько раз демонстрировала, что, в отличие от сборной СССР, не дает оснований для уверенности в завоевании даже бронзовой медали. Она решительно приучила нас к мысли, что прежняя советская сборная – это одно, а российская – совсем другое. Зато смотреть матчи в барах стало вполне распространенным заведением. Русскоязычная эмиграция стала ощущать себя вполне связанной с Россией. В том числе и в отношении спортивных состязаний. Во всяком случае, фраза «наши нашим гол забили» из анекдота про игру российской и израильской команды кажется вполне жизненной. Да и поболеть «за наших» при игре российской сборной в стране пребывания могут очень многие.

Иными словами, смотреть на игру  российской сборной по хоккею в финале чемпионата мира по хоккею в спортивном баре, обращая внимание на внушительное количество российских болельщиков на канадских трибунах или смотреть игру непосредственно в Канаде, сидя на трибуне и размахивая российским флагом или болея за Россию, сидя дома в Англии, Америке и где угодно еще – явление, имеющее отношение именно к современной российской действительности. Нынешнюю победу просто не понять без 15-летия поражений российских сборных и уже сложно ощутить без сигналящих по российским городам многочисленных водителей, разъезжающих ночью (трудно поверить, но даже таких водителей сложно было представить в 1993 году, а тем более – в советское время), без воодушевленных компаний, выходящих из спортбаров, и даже без уверенности, что в самых разных точках мира за сборную России болели «наши» – все, какие есть.

Так что  – с победой нашей сборной по хоккею! С российской победой. Поздравляем всех, для кого это важно.

Рубрика:
Тема:
Метки:

Также по теме

Новые публикации

Русскоязычные байкеры, открывающие клубы и объединяющиеся в ассоциации в разных странах мира, меняют неприязненное отношение к людям на мотоциклах. Они ухаживают за могилами советских воинов, проводят мотопробеги в честь памятных военных дат и даже помогают властям в охране порядка.
300 лет назад, 22 октября (2 ноября) 1721 года, по окончании победоносной Северной войны со Швецией Русское (Российское) царство было провозглашено империей. Это случилось, когда царь Пётр I по просьбе сенаторов принял титул Императора и Самодержца Всероссийского, Петра Великого и Отца Отечества.
В российском ресторанном бизнесе произошло важное событие: девять московских заведений получили звёзды Michelin – впервые в истории. До недавнего времени ни один из ресторанов на территории России и СНГ не числился в этом самом престижном путеводителе по миру высокой и вкусной кухни.
Общественные организации России и Германии продолжают диалог. Участники конференции «Задачи и возможности структур гражданского общества и НПО в развитии российско-германских отношений» уверены, что даже в нынешние непростые времена необходимо искать пути для восстановления сотрудничества между нашими странами.
Одно из самых популярных блюд в славянской кухне – борщ. Повара расскажут о нём много интересного, но и с точки зрения лингвистики этот объект тоже заслуживает внимания. Откуда взялось такое название кушанья и что оно означает?
Дом русского зарубежья им. Александра Солженицына отмечает юбилей. Музей, культурный и научный центр изучения русской эмиграции в одном флаконе – эта уникальная площадка была создана в Москве 25 лет назад. На торжества приехали соотечественники из 43 стран.
Глава голландского фонда «Советское поле Славы» Ремко Рейдинг уже больше двадцати пяти лет занимается военным мемориалом около Лесдена и Амерсфорта. Там на военном кладбище «Рюстхоф» покоятся 865 советских военнопленных и жертв фашистских концлагерей. Более 700 из них до сих пор числятся без вести пропавшими.
«Евгения Онегина» перевели на итальянский ещё в XIX веке, а общее количество переводов пушкинского романа в стихах на языке Данте превышает десяток. Правда, самый распространённый из них – прозаический. В своём новом переводе итальянский славист Джузеппе Гини постарался передать музыкальность и ритмику онегинской строфы.