EN

Павлова Анастасия. Слово Олжаса Сулейменова

 / Главная / Фонд / Проекты / 1150-летие славянской письменности / Сочинения / Павлова Анастасия. Слово Олжаса Сулейменова

Павлова Анастасия. Слово Олжаса Сулейменова

Меня зовут Павлова Настя, я учусь в Волгоградской школе № 89, 3 года хожу в Клуб интернациональной дружбы. И слово я вставлю в ваш конкурс особое, интернациональное.

У нашего КИДа есть хорошие друзья в поселке Жанибек Республики Казахстан. Как-то раз они приехали к нам в Волгоград на Форум дружбы и привезли книгу Олжаса Сулейменова «Аз и Я». КИДу Олжас был знаком и раньше, а я познакомилась с его творчеством только в прошлом году.

Олжас Сулейменов – казахский поэт. К стихам его потянуло не сразу, он получил образование геолога, работал в геологических партиях, «протоптал» весь Казахстан. Но со временем он стал печататься в местных газетах, а когда ему исполнилось 23 года – увидел свои стихи в «Литературной газете» - главной писательской газете СССР.

С таким поэтом редакторам было работать просто. С одной стороны, казах, и на лице написано: казах, и тематика стихов казахская, а пишет по-русски. И с переводчиками возиться не нужно, а то они ещё исковеркают смысл.

Так и сложилось: казахский поэт Олжас Сулейменов пишет по-русски. А думает на каком языке? А думает, наверное, на обоих: на казахском и на русском. Читаешь его стихи и понимаешь: у русского бы это было по-другому.

Знаменитым Олжас проснулся 12 апреля 1961 года. Он подрабатывал в газете «Казахстанская правда», и редактор поручил ему написать стихи о полете человека в космос. Страна ещё об этом не догадывалась, а в Казахстане знали государственную тайну: с Байконура ожидается запуск ракеты с человеком на борту. А 12 апреля, когда во всем мире узнали о полете Юрия Гагарина, у Олжаса были готовы стихи, их отпечатали на листовках и сбрасывали с самолета над Алма-Атой и другими городами Казахстана. Позже он превратил эти стихи в поэму «Земля, поклонись человеку!»

Средь невидимых звезд
Ты летишь в тишине,
Мало кто не заметил
Твое отправленье,
Гордость – дочкам оставил,
Тревогу – жене,
Мне – поэту земному –
Своё вдохновенье.

Олжас Сулейменов выступал с чтением своей поэмы в разных аудиториях, поэму печатали в газетах, передавали по радио и телевидению. Поэт читал её в Нью-Йорке и Париже. И сразу все – друзья и недоброжелатели – поняли: родился новый замечательный поэт.
Но Олжас Сулейменов не только поэт, он литератор «широкого профиля»: работает в газете, работает редактором киностудии «Казахфильм», пишет сценарии к фильмам. Олжас – общественный деятель: секретарь правления Союза писателей, председатель комитета по связям с писателями стран Азии и Африки.

Книга «Аз и Я» - собрание стихов Олжаса Сулейменова и его литературоведческих изысканий. В том числе работы, посвященные памятнику древнерусской литературы «Слово о полку Игореве».

«Слово о полку Игореве» занимает ученых не меньше трёх веков, но оно до сих пор не прочитано, не разгадано до конца.

Олжас Сулейменов любовно, вдохновенно, бережно подошел к исследованию шедевра русской средневековой литературы. Получив диплом геолога, он стал студентом Литературного института. Для курсовой работы он взял «Слово о полку Игореве», перечитал горы публикаций, посвященных «Слову», выучил чуть ни наизусть, увлекся им на целых 15 лет! Он сделал наблюдения, которые были не под силу исследователям, рассматривавшим «Слово» как исключительно русскоязычное произведение. Ученые с самого начала изучения «Слова» отыскали в нем тюркские заимствования. Но Олжас Сулейменов усмотрел в этом более глубокий исторический смысл. Традиционно Русь и Орда (Сулейменов называет её «Поле») рассматривались, как две враждующие силы. Считалось, что роль Руси только в том и заключалась, чтобы защитить от Востока Запад. «Историки открещивались от древнейших связей – было легче и лестнее находить связи с Европой. Но контакты Руси и Поля нельзя сводить только к крови, пролитой во вражде. Кровью и породнились». И дальше: «Тюркские включения придают речи «Слова» особый колорит и вкус; как щепотка баскунчакской соли, растворенная в чаше днепровской воды».

Олжас Сулейменов высказал предположение, что автор «Слова» был двуязычным и предполагал он читателя двуязычного. Взаимодействие, взаимопроникновение языков, культур Руси и Поля в 12 веке было очень сильным.

«Красота спасет мир, если мы спасем красоту, - говорит поэт, - Если мы опустим взгляд, то увидим, что корни деревьев сплетаются. Не так ли и наши народы? Русь! Какое песенное слово! Наши песни всегда шли рядом, наши тела лежат рядом во всех братских могилах земли».

Вот какой пример приведу. В тексте «Слова» употреблено выражение «буйтур Всеволод», где «буй» понято как  «дикий», «тур» - вол. Такая метафора: буйный вол. Другой, следующий переписчик забраковал слово «буй» и заменил его словом «яр» (ярый), и теперь Всеволод получил название «яртур Всеволод». В то время как в тюркских языках «буйтур» - устойчивое выражение «высокий господин». «Слово» - единственный памятник, где сохранилась праформа слов «батыр, батур, богатур, богатырь», черта языка волжских тюрков.

Есть в «Слове» такое выражение «до куръ Тмутороканя». Переписчик «Слова» посчитал, что «куръ» - сокращенная форма от «Курскъ». Некогда приняли объяснение Д.С. Лихачева, что «до куръ = до петухов», подразумевая «до пения петухов». Но Сулейменов предлагает снова обратиться к тюркским языкам за объяснением. Есть тюркское слово «кура» - стена, ограда. В «Слове» ещё не употребляется лексема «стена», так как это слово германского происхождения (нем. Stein) пришло в русский язык позже. Её эквивалент – «забрало» («въ Путивле на забрале»). Так, стена русского города Путивля – забрало, а стена половецкого города Тмутороканя – «кура».

Преклоняюсь перед Олжасом Сулейменовым за то, что он воспринял наше «Слово о полку Игореве» как свое. Оно и принадлежит ему как и принадлежит всей мировой культуре. Его двуязычие помогло ему разобраться в тонкостях и глубинах языка «Слова» и разъяснить нам, русским, не умеющим в этих глубинах разобраться.

«Читать «Слово» - пишет Олжас, - мне помогло природное двуязычие, знание культурных взаимоотношений Руси и Поля, увлечение этимологией и, может быть, чувство слова и образа…» Это чувство слова и образа привело его в поэзию и утвердило в ней.

Читая произведения Сулейменова, мы удивляемся: какие это сложные стихи! Его стихи – это публицистика. В ней сложные явления, сложные события жизни. Критические события, политические. В этом Сулейменов, возможно, напоминает Маяковского, он тоже делает предметом поэзии суровую прозу жизни.

Олжас Сулейменов по-восточному очень темпераментный, страсти кипят и выплескиваются. У него нечасто встретишь стройные, отмеренные по размеру строки. Это не от небрежности, неумелости. Стихотворный размер сбивается, как сбивается дыхание человека, бегущего, волнующегося.

Душно. Дождь. Я бреду по колена,
Мне на руки просится мутный ручей.
Ему так одиноко, степному. Средь каменных зданий.
Америка! Это ты затерялась крохотным пламенем
Под ногами теней?

С самого начала Олжас ощутил свою роль как поэта глобального. Поэта пронзило сострадание к убиенным, оно его не отпускало долго и выстроилось в длинный ряд трагедий, пережитых разными народами в разные времена от захватчиков, палачей. И в нем возникло размышление, что он, поэт, должен встать на защиту, реабилитацию убитых, уничтоженных, униженных народов. Он обобщает: «Нет не обиженных, не оскорбленных народов. Я патриот каждого обиженного народа». Этой заповедью он обещал себе руководствоваться в своей поэзии.

В 1963 году написана поэма «От января до апреля». Олжас Сулейменов побывал в Литве, на песчаных карьерах – братской могиле десятков тысяч стариков, женщин и детей, убитых за то, что они евреи. Груды детских башмачков, рваных ботиночек… По пояс в снегу брел он к захоронениям. «Я шел путем, который не увидишь, пока не станешь на него подошвами».

Мы, волгоградцы, заточены на военную тематику. Олжас не увлекался военной темой, но есть у него одно потрясающее стихотворение «Безымянная высота». Это стихотворение обозначено как хроника. В нем несколько эпизодов, написанных так образно, что я их вижу, как кадры кино.

«Взрывом гранаты мне порубило глаза;
командир наш, писарь полка Соломин,
снял с себя мокрый бинт, завязал мне глаза
и сипло сказал: «Посмотрим,
нас еще двое…»

У Сулейменова иллюстрация, как становятся коммунистами на войне. Как бы принижает партийный ритуал, а на самом деле возвышает.

«Я, рядовой Садыков Хамит, из аила № 5 около города Ош, неграмотный по-русски и по-киргизски. Соц.происхождение — трудовой пастух. Имею мать и отца, убитых басмачами. Тяжело ранен в бою за Родину. Умирая, прошу принять в партию ВКП(б), записано с моих слов сержантом Соломиным». Вместо подписи — кровавый отпечаток пальца».

Простым списком имен Олжас передал интернациональность нашей армии. Обреченные, на краю гибели, солдаты думают о высоком.

«Безымянная высота.
Почему безымянная?
Тридцать отдали ей навсегда свои имена.
Четыре Ивана, три Петра, два Ахмета
Хамит и Саша,
Кирилл, Владимир, Исаак
и маленький санинструктор Агаша...
Без вести павшие
Солдаты наши».

Олжас Сулейменов умеет и так.

Пушкин был для Олжаса идеальным героем, образцом в жизни и творчестве. Но в своей суровой манере он говорит о Пушкине без пафоса и сентиментальности.

Поэт красивым должен быть, как бог.

Кто видел бога? Тот, кто видел Пушкина.

О конфликте Пушкина с властью говорит так:
Он отомстил, так отомстить не смог бы
Ни дуэлянт, ни царь и ни бандит,
Он отомстил по-божески…

Азиат Олжас Сулейменов очень зорок. Этой зоркости ему как поэту, я думаю, добавила профессия геолога, когда ему необходимо увидеть не только образ вещи, явления, но и его сущность, внутренность.

Книга Олжаса Сулейменова «Аз и Я» начинается с очерка «Ты – мой герой». Читаешь и погружаешься, тонешь в глубине и широте мысли, в афористичности выражений. Его высказывания, его стихи увлекают, проникают внутрь. Их записываешь, чтобы обдумать, взвесить.

Олжас Сулейменов – мастер поэтических афоризмов. Почти в каждом его стихотворении афоризм.

«Я люблю тебя, как я – тебя…»
«Любовь – моя религия»
«Чтоб быть единственным, не важно – первым или последним быть»
«Мы – не рабы, рабы – не мы, ибо рабы – немы»

Во многих публикациях о творчестве Олжаса Сулейменова цитируется его афоризм «Возвысить степь, не унижая горы». Мне кажется, что в этой фразе заключается главный смысл его мировоззрения. Олжас – гражданин мира, патриот СССР, но его первая задача – выразить любовь к своему казахскому народу, рассказать, какой он талантливый, мудрый, сильный – наряду со всеми другими народами. Олжас в разных проявлениях исследует казахов. В любви, в гневе, в горе, в радости. Он своим народом гордится, удивляется и призывает удивляться!

Люди старого поколения нашей страны жалеют, даже горюют о распаде СССР. Наверное, Олжас Сулейменов горюет больше других: он был известным поэтом большой многонациональной страны, а стал автором одной республики – Казахстан. Несправедливо! Он работал для всех русскоязычных читателей Союза. Да и не только…

Олжас Сулейменов – не кабинетный ученый, не затворник. Он всегда много ездил по миру. В его стихах география всех континентов. И там он был не как любознательный путешественник, а как «посол Советского Союза». Везде выступал от имени СССР, как гражданин СССР, как гражданин мира.

В 2011 году, когда Олжасу Сулейменову исполнилось 75 лет, наш КИД проводил конкурс чтецов его стихотворений. Мы написали ему поздравительные письма и решили отправить. Но адреса Олжаса Омаровича мы не нашли. Когда отправили на сайт поклонников Сулейменова, то нам сказали, что он давно не живет дома. Оказывается, он работал послом Казахстана в Италии, а теперь представляет свою страну в ЮНЕСКО.

Павлова Анастасия

Новости