EN

Полякова Наталия. Рассказ «Она видела Сталина, Рузвельта, Черчилля».

 / Главная / Фонд / Проекты / 1150-летие славянской письменности / Сочинения / Полякова Наталия. Рассказ «Она видела Сталина, Рузвельта, Черчилля».

Полякова Наталия. Рассказ «Она видела Сталина, Рузвельта, Черчилля».

Я хочу рассказать о женщине с удивительной судьбой. О ней мы узнали, ещё учась в средней школе №6 (бывшая железнодорожная школа № 27). Я была членом военно-патриотического клуба «Мужество», руководила которым замечательный педагог и человек – Худокормова Ольга Васильевна. У нас в школе была комната боевой славы, где был собран богатейший материал об учениках и учителях железнодорожной школы - участниках войны.

Однажды, разбирая старые газеты вместе с Ольгой Васильевной, мы натолкнулись на старый снимок из газеты. На нём была изображена пожилая женщина. Лицо её мне показалось знакомым. Ольга Васильевна поручила мне узнать всё об этой женщине. Я живу на улице Кисловского, и у нас на улице живёт много пожилых людей.

Я обратилась к одной моей соседке, бабушке Тоне, которая узнала на снимке свою соседку, которая жила до войны в угловом доме, как раз на пересечении улиц Кисловского и Комсомольской. Это Кочуева Нина Ивановна. Бабушка Тоня сказала, что Нина Ивановна умерла, а её родные живут на улице Новоприборной. Всё это я рассказала руководителю клуба. А ещё мы узнали, что у нас в школе во 2 классе учится правнук Нины Ивановны – Саша Загаринский.

Мы связались с семьёй Загаринских. Оказалось, что жива дочь Нины Ивановны – Раиса Александровна, но она сильно болеет. Она согласилась встретиться с нами и рассказала о своей матери. Ещё она нам подарила газету «Мценский край» со статьёй о Нине Ивановне и фотографию.

Кочуева Нина Ивановна родилась в 1924 году. Семья Кочуевых была большая – мать, отец и 7 человек детей. Нина была самая старшая в семье. Жили ли на Комсомольской улице. Нина закончила 7 классов железнодорожной школы № 27. Когда началась война, ей было 17 лет. Радио в семье не было, о войне узнали, когда пошли в воскресенье 22 июня на рынок - там вовсю гремел репродуктор.

Молодёжь сразу же забрали рыть окопы под Смоленск. Работали, вспоминала Н.И. Алёшина (тогда ещё Кочуева), по 18 часов в сутки  с перерывом на обед. Нина работала добросовестно, нормы перевыполняла, получала благодарности. В барак приходила  уставшая, сразу же валилась с ног.

Осенью вернулись в Мценск. Ещё успела немного поучиться в школе, как на Орловщину  пришли фашисты. Почти сразу же стали выгонять местных жителей с насиженных мест. Семья Кочуевых скиталась по разным деревням Мценского и соседнего района. Сполна пришлось им изведать и бесприютность, и холод, и голод. Чтобы как-то прокормиться, ходили по покинутым деревням, забирались в брошенные погреба, выбирали там картошку, капусту. Копались на полях: авось, несколько картошин отыщется. Просили милостыню. Не все немцы были поголовно зверьми. Попадались и  жалостливые. Однажды пришли в одно село проситься на ночлег, хозяин как увидел нашу ораву наотрез отказался пускать в дом. Тогда немец, что привёл нас, пригрозил ему тем, что выгонит его самого на улицу. Только тогда пустил на ночлег. Были и жестокие оккупанты, настоящие фашисты. Хватали, избивали, вешали, расстреливали людей за малейшие провинности. После того, как в округе партизаны устроили диверсию, немцы согнали всех оставшихся мужчин  и увезли их в Германию. Эта участь постигла и Нининого отца. Только после войны они узнали, что отец погиб в каком-то из концлагерей.

Нину и её сестру Марию тоже чуть было не угнали в Германию. Марию забрали, а Нину нет. У Нины на ноге выскочил какой-то чирей и её забраковали.

Когда Мценск и Мценский район освободили, семья Кочуевых вернулась в Мценск. Дома практически не было. От него остались одни стены. Из последних сил строили, восстанавливали. Осенью 1943 года власти предложили молодёжи из оккупированных местностей пойти добровольцами в армию. Нина решилась.

Сначала она училась на курсах военных связистов в Брянске, а затем служила в секретных войсках НКВД. Соединяла телефонной связью командование с линией фронта. Непосредственно на линии огня Нине бывать не приходилось, но и за фронтовой полосой немало горя и страха пришлось хлебнуть. Особенно частыми и мучительными были бомбёжки. От страха молились богу.

Войну Нина закончила в Берлине. Но сразу её не демобилизовали. Пришлось обслуживать Потсдамскую конференцию. Там же работала телефонисткой, соединяла наших и западных военачальников, слышала правительственные разговоры (о которых давала подписку не разглашать). Видела своими глазами Сталина, Черчилля, Рузвельта.

После войны молодая фронтовичка вернулась на родину. В вещмешке она бережно хранила благодарственное письмо, подписанное Главнокомандующим  советских оккупационных войск в Германии, Маршалом Советского Союза Г.К.Жуковым. Там были такие слова: «По решению 12-ой сессии Верховного Совета СССР вы демобилизуетесь из действующей армии… Вы прошли большой и тяжёлый путь по дорогам войны… На вашу долю выпала великая честь добить врага в центре его звериного логова и водрузить над Берлином Знамя Победы… За честную службу на благо Родины объявляю вам благодарность… Под руководством нашей славной партии большевиков, под руководством великого вождя товарища  Сталина отдавайте мирному труду все свои знания и опыт, как отдавали их делу Победы».

Нина Ивановна бережно хранила это письмо, но, к большому сожалению, при переезде оно не сохранилось.

После войны судьба у Нины Ивановны сложилась, как и у многих её сверстниц. В 1947 году вышла замуж, стала Алёшиной, родила двух дочерей. На работу устроилась санитаркой в больницу, затем работала сестрой-хозяйкой. 45 лет она отдала этому труду, заслужила немало благодарностей. У неё трое внуков, трое правнуков. Нины Ивановны уже нет в живых, но память о ней жива. Недавно умерла и её дочь.

Нина Ивановна не заслужила на фронте ни воинских званий, ни каких – то особых наград. Она была просто красноармейцем. Но именно такие, как она, простые бойцы ковали Победу, именно они принесли нашему народу, да и всей Европе тоже, освобождение от коричневой чумы.

Полякова Наталия

Новости