EN

Бабаева Аида. Буря мглою небо кроет…

 / Главная / Фонд / Проекты / 1150-летие славянской письменности / Эссе / Бабаева Аида. Буря мглою небо кроет…

Бабаева Аида. Буря мглою небо кроет…

Всё начиналось именно так. В маленькой горской сакле, в просторной квартире, за школьной партой – в Дагестане…

Колыбельные, знакомые с детства каждому, сказки Пушкина – всё это было живым русским словом, которое звучало по-особенному в устах горцев. Почему же по-особенному, что здесь такого необычного? Представьте себе край, небольшую территорию, на которой как нигде в мире проживают более ста национальностей. Представьте себе десяток функционирующих письменных языков…

А теперь подумайте, что бы случилось без единого связующего звена?..

Забыв родной язык – я онемею.
Утратив русский – стану я глухой…
Т. Зумакулова

Первое осознание величия и необъятности русского языка приходило во время чтения, во время прослушивания всё тех же колыбельных, сказок. Первый день в школе, первая страница букваря, первый урок – всё это протекало в атмосфере знакомства с русским языком. Быть может, в шесть лет, ты не совсем это осознаёшь, но в процессе обучения, в процессе «прикосновения» к слову, всё больше и больше начинаешь убеждаться в значительной роли русского языка в жизни каждого, кто однажды ступил на путь его изучения, кто на нём говорит. Особенно это важно для Дагестана, для многонационального народа, где каждая этническая группа имеет свои глубокие корни, традиции, а ведь именно русский язык, именно живая русская речь способна пробудить такой сложный механизм как диалог культур, способствует развитию межнационального общения – прочной основы для единства народа.

А теперь вернёмся в маленькую горскую саклю, в просторную квартиру, в школу…

Колыбельные, сказки, стихи… Необъятный мир, познаваемый с раннего детства, предстаёт в воображении как нечто прекрасное, красочное и волшебное – всё благодаря сплетению, «созвучию слов живых». И пусть на первых порах всё сложно, всё кажется таким причудливым и даже слегка непонятным – это начало большого пути в огромный мир, состоящий из десятка национальных культур, в мир, где русский язык является основной частью, сердцем и позволяет нам всем понять друг друга для того, чтобы узнать друг друга. Осознание этого приходит не сразу, а постепенно при знакомстве, общении со сверстниками. Да, мы являемся представителями аварского, лакского, даргинксого, табасаранского, лезгинского, кумыкского и многих других этносов. Да, каждый из нас имеет свой язык, свои исторические национальные корни. И мы говорим на этих языках со своими близкими и родными, односельчанами. Но что такое «мы» и есть ли это самое «мы» без единого общего начала? И есть ли «мы» без знания, без понимания друг друга, без общения друг с другом? Нет. Основа теряется, и остаются десятки языков, остаются национальности: аварцы, лакцы, кумыки, но нет «составной части многонационального народа Российской Федерации, исторически объединившегося в единое государство...», не знали бы мы простую русскую девушку Татьяну, представшую на страницах Евгения Онегина, не узнали бы тысячи сказок и фольклорных преданий и поверий, не узнали бы о легендарной красоте Камалила Башира, не услышали бы в русском звучании романтические порывы аварского поэта Махмуда, не поняли бы и Расула Гамзатова – певца мира и человечности; не знали бы мы истории и культуры своей страны, всё историческое наследие – опыт, накопленный народом и для народа канул бы в неизвестность… Множество культур непознанных, неизвестных – хаос, без диалога, без взаимодействия.

И потому в маленькой горской сакле, в просторной квартире, в светлом школьном кабинете, раздаётся русская речь, русское слово…

Сначала по слогам, иногда без четкого понимания смысла, затем уже смелее, отчётливее, и наконец восторженно и поэтично…

Дивной вязью народ плёл невидимую сеть русского языка: яркого, как радуга вслед весеннему ливню, меткого, как стрелы, задушевного, как песня над колыбелью, певучего и чистого. Он назвал все вещи именами и воспел всё, что видел и о чём думал, и воспел свой труд. И дремучий мир, на который он накинул волшебную сеть слова, покорился ему, как обузданный конь, и стал его достоянием и для потомков его стал родиной – землёй отчич и дедич…
А.Н. Толстой

И кто бы мог подумать, что эта «волшебная сеть» опутает, охватит весь мир – десяток стран, миллионы людей – всех тех, кто будет говорить, писать, читать и думать на русском языке? Мог ли Пушкин в своё время представить, что где-нибудь, в чуждых краях прожурчит русское слово, его слово, что когда-нибудь в двадцатом веке на весь мир прогремит знаменитое русское: «Поехали», что уже в двадцать первом веке немыслимо будет представить себе всевозможные международные коммуникационные системы: космическую связь, авиационную, документы мирового значения без русского языка. Могли ли св. Кирилл и Мефодий в своей далекой древности предположить, какой нерушимый фундамент, какую основу они закладывают в развитие будущего многонационального народа и как это затронет не только государство наше, но и весь мир.
И можем ли мы сейчас догадываться о том, что будет через тысячу лет? Быть может, это сказано совсем наивно… Об этом узнают следующие поколения…

А пока в просторном кабинете, в маленькой горской сакле, в разных уголках планеты раздаётся слово. Русское слово.

Бабаева Аида

Новости