RUS
EN
 / Главная / Публикации / Кавказ в российско-турецких отношениях: проблемы и перспективы

Кавказ в российско-турецких отношениях: проблемы и перспективы

Андрей Арешев, эксперт Фонда стратегической культуры24.03.2016

Южный Кавказ является одним из наиболее конфликтных регионов на постсоветском пространстве. Постоянным фоном происходящих здесь событий являются перманентная эскалация напряжённости в Нагорном Карабахе и на армяно-азербайджанской границе; значительный уровень военных расходов в бюджетах стран. Какова роль России в этом регионе и к каким вызовам ей нужно быть готовой?
 

Обострение российско-турецких отношений из-за ситуации в Сирии назревало с самого начала гражданской войны в арабской стране, достигнув пика после уничтожения турецкими ВВС российского бомбардировщика 24 ноября 2015 года. Негативная динамика российско-турецких отношений последних месяцев не может не оказывать влияния на регионы, являющиеся предметом традиционного соперничества и диалога Москвы и Анкары.

Цели политико-дипломатической экспансии Турции на территории бывшего советского Закавказья реализовывались самыми разными способами: политико-дипломатическими, экономическими, культурно-идеологическими, военными. Примечательно, что первым субъектом СССР, объявившим о выходе из его состава, стала в январе 1990 года Нахичеванская АССР, традиционно являющаяся объектом турецких притязаний на Кавказе.
 
 
Границы Турции согласно Национальному Обету. 1920 г.
 
По оценке сотрудника Университета Кадир Хаса в Стамбуле М. Челикпала, на рубеже 1980-х – 1990-х годов впервые за новейшую историю республиканской Турции с её политикой невмешательства страна получила шанс для расширения своей собственной сферы влияния. Развал Советского Союза и появление новых тюрко-мусульманских республик открыли для Турции новые возможности для того, чтобы играть важную роль на Кавказе и в Центральной Азии.

Оперативное признание новых государств после развала СССР следует рассматривать в общей логике геополитического противоборства, характеризовавшего российско-турецкие отношения на протяжении нескольких веков. Спустя 15–20 лет, несмотря на реализацию амбициозных энергетических и коммуникационных проектов, цели турецкой политики если и были достигнуты, то не в полной мере. В частности, Россия была вытеснена из региона лишь частично, сохранив влияние в Армении и отчасти в Азербайджане, в то время как самой Турции не удалось добиться значительных успехов в экспансии на постсоветском тюркоязычном ареале, за исключением Азербайджана. Налаживание конструктивных отношений с Москвой, крупные подряды, туризм и челночная торговля обеспечивали турецкой стороне не только подъём национальной экономики после кризиса 1990-х годов, но и более легкий и эффективный доступ к Закавказью и Центральной Азии.

Несмотря на частичный вывод российского воинского контингента из Сирии после 14 марта 2016 года, вряд ли российско-турецкие отношения будут нормализованы в среднесрочной перспективе

Несмотря на обозначившийся в этот период бурный рост российско-турецких торгово-экономических связей, турецкую внешнюю политику на постсоветском пространстве вряд ли можно рассматривать вне контекста её членства в НАТО и тесных связей с США и Европейским Союзом. Начало «арабской весны» и затяжной сирийский кризис стали последовательно разводить Москву и Анкару, в то время как сформированные ранее механизмы двустороннего сотрудничества оказались недостаточно эффективны.
 
 
Анкара укрепляет связи с Баку

Задействование кавказских конфликтов как фактора отвлечения внимания Москвы с ближневосточного направления вполне вероятно и имеет свою ещё в полной мере не изученную историю. Так, согласно некоторым сведениям, поставки вооружений и военной техники сирийским боевикам могли осуществляться в том числе через склады турецкой армии. Подобные случаи имели место в середине 1990-х – начале 2000-х годов в Азербайджане и Грузии, куда через Турцию поставлялось бывшее советское оружие армии бывшей ГДР, подпитывая эскалацию враждебных действий против Нагорного Карабаха, Южной Осетии и Абхазии.

Наибольшую опасность на Южном Кавказе представляет возможное возобновление активной фазы нагорно-карабахского конфликта

Стратегическое партнёрство с Турцией по различным направлениям остаётся приоритетом внешнеполитического курса Азербайджана. В Анкаре и Баку высказывались мнения о недостаточности заключённого в августе 2010 года азербайджано-турецкого Договора о стратегическом партнёрстве и взаимопомощи и о необходимости более глубоких форм военной интеграции. Многочисленные визиты армейского командования Турции в Баку, проработка «большого договора» между двумя странами, в котором были бы прописаны нормы о гарантиях безопасности и взаимопомощи в случае войны, подкрепляются совместными военными маневрами на азербайджанской территории.

Август 2014 года был отмечен резкой активизацией вооружённых провокаций вокруг Нагорного Карабаха, совпавших по времени с попытками украинских формирований разгромить республики Донбасса. Очередной всплеск напряжённости имел место в декабре 2015 года – непосредственно после уничтожения турецкими ВВС российского самолёта, когда даже обычно сдержанные представители министерства обороны Армении заговорили о войне как о реальности. Следует отметить, что турецко-азербайджанские военные контакты развиваются не только на двусторонней основе, но и под эгидой НАТО, что не может не остаться не замеченным российской стороной, заключившей недавно с Ереваном ряд соглашений, направленных на углубление двустороннего военно-технического сотрудничества (включая предотвращение чрезвычайных ситуаций и охрану границ).

После относительного затишья, обусловленного, возможно, социально-экономическими проблемами Азербайджана, сообщения об эскалации напряжённости в регионе нагорно-карабахского конфликта вновь участились. Очередные провокации имели место 8–9 марта и 17–18 марта.

Членство Армении в военно-политическом блоке ОДКБ, укрепление связей с Россией будут оставаться важнейшими компонентами внешней безопасности, с учетом как неурегулированных отношений Еревана с Анкарой, так и ближневосточной нестабильности

Обострение ситуации в регионе нагорно-карабахского конфликта многие в Армении часто связывают с наличием на противоположной стороне турецких военных советников и инструкторов. Достаточно тревожно выглядит информация и о якобы санкционированной турецкими властями операции с активной фазой в марте – апреле, главной целью которой стало бы возобновление военных действий, что создало бы Москве дополнительные проблемы. К сожалению, не исключён сценарий, при котором спорадические столкновения вокруг Нагорного Карабаха могли бы перерасти в крупномасштабный конфликт, что соответствовало бы интересам Анкары, полностью подорвав усилия российской дипломатии, последовательно выступающей за исключительно политическое урегулирование конфликта и при этом прилагающей усилия для поддержания баланса между сторонами.

Отдельно можно указать на «нахичеванский фактор» роста напряжённости в регионе. 12–16 мая 2015 года состоялись совместные (Баку – Нахичевань) военно-тактические учения Азербайджана и Турции. Нахичеванская автономия, имеющая общий участок границы с Турцией и отделённая от «материкового» Азербайджана», может стать местом концентрации различных вооружённых формирований, в том числе с сирийским опытом, и стать прямым каналом экспорта ближневосточной нестабильности на Кавказ. Нельзя исключать дальнейших нарушений воздушного пространства Армении, подобно имевшим место 6 и 7 октября 2015 года. Не исключено, что действия турецкой стороны имели целью оценить возможности объединённой российско-армянской системы ПВО и её готовность к решительным действиям.

Можно также отметить вероятность приграничных провокаций (например перенаправление на Армению небольших потоков «беженцев», которых Анкара использует как орудие своей внешней политики и инструмент шантажа европейских партнёров). Появление у армянской границы столь специфического контингента поставило бы перед российскими пограничниками новые задачи.

 
Пограничный переход на границе между Турцией и Нахичеваном

Политико-правовые диверсии могут принимать разные формы, принимая, в том числе, непрямой характер. Чаще всего упоминают формирующийся антироссийский альянс Анкары с режимом официального Киева и беглыми лидерами Крымско-татарского меджлиса, имеющий явную антироссийскую направленность. Однако можно предположить также использование более тонких приёмов, связанных с попытками выставить Россию стороной, стремящейся к одностороннему пересмотру границ в Европе.

Тут стоило бы упомянуть о месячной давности инициативе двух депутатов ГД РФ о денонсации Московского и Карсского договоров с Турцией 1921 года, устанавливающих границы на Южном Кавказе. Это недальновидное предложение уже прокомментировали представители российского МИДа. В частности, в российском внешнеполитическом ведомстве заявили, что мирные договоры и договоры, устанавливающие государственные границы, в сложившейся международной практике не подлежат денонсации. Кроме того, подобное действие дестабилизировало бы и без того нестабильную обстановку в регионе. Ответ исчерпывающий и вполне красноречиво говорящий о настоящих целях России в регионе Южного Кавказа.

Справка: Карсский договор 1921 года – договор о дружбе и границе между Армянской, Азербайджанской и Грузинской ССР, с одной стороны, и Турцией – с другой, заключенный при участии РСФСР во исполнение Московского договора между РСФСР и Турцией 1921 года. Карсский договор, в частности, отдавал Турции Карс, Ардаган и гору Арарат, а также подтверждал создание Нахичеванской автономии под протекторатом Азербайджана
 
В этом контексте внешнеполитическая активность Москвы на Закавказском направлении становится более понятной. В течение короткого времени состоялись визиты в Баку вице-премьера Дмитрия Рогозина (ранее не запланированный) и заместителя министра иностранных дел Григория Карасина, где отдельно обсуждалась карабахская проблематика.

В ходе гипотетического возобновления боевых действий российско-армянское партнёрство неизбежно подвергнется серьёзному испытанию на прочность, в связи с чем меры по довооружению российской военной базы в Армении выглядят вполне обоснованными.

В контексте актуальных задач российской политики на Кавказе немаловажное значение имеет российско-грузинский диалог в сферах, представляющих взаимный интерес

16 марта состоялась очередная встреча спецпредставителей двух стран: Зураба Абашидзе и Григория Карасина, и даже такие политики, как министр обороны Грузии Тинатин Хидашели, признают принципиальную важность диалога с Россией.

В условиях последовательного ухудшения российско-грузинских отношений на протяжении всего постсоветского периода основными торгово-экономическими, а затем и военно-политическими партнёрами кавказского государства стали соседние Турция и её основной кавказский союзник Азербайджан, что приводит к определённым издержкам – экономическим и не только. Согласно данным грузинской прессы, загрузка как морских портов, так и действующих железных дорог снижается; интересен и вопрос о роли Грузии и Азербайджана в качестве каналов поступления в Россию турецкой контрабанды. Помимо поддержанных США линий энергетических и иных коммуникаций по линии «Восток – Запад», в Анкаре и Баку не скрывают своей заинтересованности в налаживании взаимной сухопутной связи через грузинскую территорию, а также в максимальном ослаблении и блокировании Армении.
  
Министры обороны Азербайджана, Турции и Грузии, декабрь 2015 г.
 
Помимо этого, военно-техническое сотрудничество между Турцией и Грузией (в том числе и в трёхстороннем формате, включающем Азербайджан), способно негативно сказаться на ситуации вокруг Абхазии и Южной Осетии. Поводом для наращивания военной активности сомнительного характера может стать необходимость «охраны» коммуникационных линий, включая железную дорогу Баку – Тбилиси – Ахалкалаки – Карс, начало работы которой планируется на 2017 год. 

Наличие на территории Грузии мигрантов с Ближнего Востока (пусть пока и в относительно небольшом количестве) также ставит перед Тбилиси и Москвой некоторые общие вопросы. В публикациях западных авторов отмечается важное значение диалога между Турцией и другими членами НАТО по вопросам региональной безопасности на Южном Кавказе, что предполагает дальнейшую де-факто интеграцию Грузии в структуры альянса. Высказываются идеи об организации под эгидой Анкары (по образцу Форума гражданского общества стран Восточного партнерства) диалоговой площадки с участием  властей и представителей НПО Грузии, Абхазии, а также турецких абхазов.

 
Несмотря на низкую вероятность прямого военного столкновения между Россией и Турцией, почва для опосредованных конфликтов, в том числе на Чёрном море и на Кавказе, никуда не исчезнет. Поводов к их активизации извне более чем достаточно, включая стремление определённых кругов в Анкаре отомстить за российские экономические санкции, приведшие к чувствительным потерям для ряда отраслей экономики этой ближневосточной страны. 

Возвращение к эре «реальной политики», затрагивающей не только Ближний Восток, но и Закавказье, – вряд ли скорая перспектива для российско-турецких отношений. Геополитическая конкуренция традиционно была для совместной истории наших стран скорее правилом, чем исключением, и сегодня прогноз на среднесрочную перспективу – скорее неблагоприятный. Роль Турции в «сдерживании» России обусловлена также её фактическим кураторством стран Южного Кавказа в НАТО. 

В свою очередь, политико-дипломатические усилия Москвы направлены на мирное урегулирование региональных конфликтов и создание надёжной системы безопасности в регионе, в том числе путём вовлечения кавказских государств в региональные структуры, такие, как ШОС и ЕАЭС. Экономическое развитие региона получит дополнительный импульс в случае реализации крупных совместных двусторонних и многосторонних трансграничных проектов, в частности, в сфере энергетики и коммуникаций. 

Хрупкая государственность постсоветских стран подвергается серьёзным вызовам, и политика России направлена на предотвращение негативных сценариев, чреватых, как показывает пример саакашвилевской Грузии и нынешней Украины, серьёзными вызовами и для нашей страны.

Также по теме



Новые публикации

В программе освоения Дальнего Востока государство придаёт большое значение переезду семей старообрядцев из Южной Америки. Первые попытки сложились не слишком удачно. Но теперь власти на самом высоком уровне намерены сделать всё, чтобы возвращение староверов на свои исконные дальневосточные земли стало как можно более массовым.
История России и пути православия в России неотделимы от истории многочисленных ересей. Почему такое широкое распространение получали секты? Очевидно, людей не удовлетворяла та духовная жизнь, которую им предлагала официальная церковь. По своей простоте и неучёности или наоборот – из-за слишком высоких духовных запросов, но люди искали своего бога – и своих путей к нему. Иногда эти пути были нелепыми, иногда – чудовищными.
Изучать гаммы или бегать по поляне с сачком, слушая птиц, – что лучше для приобщения ребёнка к музыке? Эта проблема стала основной темой шестой сессии Научного совета, который собрался в музее-усадьбе Петра Ильича Чайковского в Воткинске (Удмуртия). Сессия собрала ведущих исследователей в области теории и преподавания музыки из более чем тридцати регионов России.  
Ни для кого не секрет, что в наши дни в вузах Италии в области преподавания русского языка как иностранного существует ряд трудностей: в группах очень много студентов, посещение занятий для них свободно, а количество аудиторных часов невелико. В таких условиях необходимо давать учебный материал в короткие сроки, в максимально концентрированном виде и в занимательной форме.
Очень часто приходится слышать то про одно, то про другое: не женское это дело. Тем не менее даже в патриархальной дореволюционной России жили женщины, которых не останавливало непонимание близких, неприятие общества, невозможность получить хорошее образование и нормально заниматься любимым делом.
Мы привыкли, что Аляска — это где-то далеко. Очень далеко, другой край света – и географически, и исторически. Без малого полтора столетия прошло с тех пор, как над Ново-Архангельском, впоследствии ставшим Ситкой, взвился флаг Северо-Американских Соединённых Штатов. Но есть люди, которые сохраняют добрую память о русском присутствии в Америке.
В Год экологии Московский зоопарк разработал необычный проект – экокультурный маршрут с посещением уникального в России Центра воспроизводства редких животных. Идея оказалась настолько востребованной, что на первый тестовый тур пришло почти триста заявок от желающих. Зачем зоопарку заниматься туризмом, рассказывает заместитель генерального директора Московского зоопарка Евгения Пономарёва.
История взаимоотношений Швейцарии с Россией исчисляется столетиями, и её поворотным моментом принято считать Венский конгресс 1814–1815 годов, на котором Александр I принял для России решение стать одним из государств – гарантов постоянного нейтралитета Швейцарии. Особенно важную главу в отношении двух стран составила история небольшого, но активного сообщества русских эмигрантов-марксистов.