RUS
EN
 / Главная / Публикации / Языки России: сотни лет вместе

Языки России: сотни лет вместе

Редакция портала «Русский мир»20.02.2019

21 февраля весь мир отмечает Международный день родного языка, провозглашённый ЮНЕСКО с целью содействия языковому и культурному разнообразию и многоязычию. С 2018 года Государственный институт русского языка им. А. С. Пушкина реализует научный проект «Параметрическое описание языков РФ». Участники проекта Антон Циммерлинг и Олег Беляев рассказывают о своих исследованиях.

Родной язык ― главный инструмент сохранения национальной идентичности, собственного восприятия окружающего мира, особенного у каждого народа. В России уровень языкового разнообразия очень высок: в нашей стране насчитывается около 150 языков, 37 языков имеют статус государственных, на 18 языках ведётся преподавание в школах.

В поисках «универсальной грамматики»

О сходстве методов биологии и лингвистики, о сложности языков и тенденциях, которым подчиняется любой язык, рассказывает Антон Циммерлинг, профессор кафедры общего языкознания и русского языка Государственного института русского языка им. А. С. Пушкина.

― Антон Владимирович, есть ли что-то общее в языках народов России?

Все языки мира одновременно похожи и непохожи. Сопоставительно-типологическая лингвистика занимается документацией языкового разнообразия и одновременно ищет общие механизмы, реализующиеся в языках, независимо от происхождения и географического расположения этих языков. Академик Владимир Плунгян в своё время написал научно-популярную книгу под названием «Почему языки такие разные?». Многие лингвисты, особенно приверженцы т. н. генеративной грамматики в версии американского лингвиста Ноама Хомского, могли бы написать книгу под названием «Почему языки мира такие одинаковые?». Если быть точным, речь идёт именно об общности грамматики. Грамматика ― это не только написанная людьми книга, свод рекомендаций по построению словосочетания и предложения, но и встроенная в сам язык система правил или принципов порождения предложений.

Читайте также: Владимир Плунгян: Утрата каждого языка — это как гибель большой библиотеки

Грамматики всех языков мира (а их более 6000, согласно таким авторитетным справочным ресурсам, как www.ethnologue.comwww.glottolog.org), то есть встроенные в эти языки системы правил или принципов порождения предложений, имеют общую часть, называемую общей грамматикой (иногда ― «универсальной грамматикой»). Как именно устроена эта общая часть, ядро грамматики любого естественного языка, неизвестно, учёные разных школ спорят о её составе и структуре.


Ясно одно: разные языки мира нельзя описать только в описательных терминах, не апеллирующих к понятиям общей лингвистики, точно так же, как, например, зайцев, кроликов, обезьян, лошадей, кенгуру, коала и прочих млекопитающих нельзя научно описать, ограничиваясь биографическими наблюдениями тех людей, которые когда-либо сталкивались с зайцами, кроликами, коала и кенгуру.

Существуют такие понятия зоологии и общей биологии, как геном, генотип, фенотип, зубная формула и т. п., которые необходимы для научной классификации этих и других млекопитающих. Точно так же у лингвистов есть инструменты ― понятия общей грамматики, представления о возможных и невозможных комбинациях обозначаемых этими понятиями явлений, например, падежа (существительных и других именных частей речи) и согласования (главного и зависимого слова в любой паре элементов предложения или словосочетания, например, существительного и его определения, подлежащего и сказуемого).

Есть языки, где представлен только механизм падежа, но нет согласования, есть языки, где представлен только механизм согласования, есть языки, где оба механизма одновременно. Наконец, есть языки, где нет ни падежа, ни согласования. В этом смысле понятия падежа и согласования или, например, понятие безличного предложения, не универсальны: они опираются на наблюдения лишь над частью языков мира и непосредственно неприменимы к другой части. В то же время, они универсальны в том смысле, что опираются на общие принципы описания всех языков мира, то есть на общую грамматику.

― Можно ли на научной основе говорить о сложности того или иного языка? Как определить, какой язык сложнее?

― Такая лингвистическая оценка, как степень сложности языка, существует. Она учитывает сложность разных звуковых и грамматических систем. Например, финский язык, где имеется большое количество падежей, в плане падежной морфологии сложнее латышского языка и китайского языка (в последнем падежей нет вообще). Зато в китайском языке есть четыре разных тона, которые различают смыслы. В латышском языке тонов, по-видимому, не более двух. А в финском языке тонов нет вообще.

Антон Циммерлинг

Самыми сложными будут языки, сочетающие сложные (по количеству противопоставленных форм и количеству правил) звуковые, морфологические и синтаксические системы. Кроме того, важен объём словаря, но он уже зависит от того, в каких сферах язык используется.

В любом языке есть две противоборствующие тенденции: фактор экономии языковых средств (используй как можно меньше различий, если можно без них, например, без грамматических падежей и без обязательных тонов, обойтись, не употребляй их) и фактор максимальной различительности (если можно при помощи языковых средств отразить некоторые содержательные различия, например, движение к говорящему, движение от говорящего, движение по поверхности предмета, движение вверх, движение вниз и т. п., используй их). Любой естественный язык демонстрирует баланс между этими двумя тенденциями.

Прямой связи между числом людей, говорящих на некотором языке, и степенью его сложности нет. Важно, в каких сферах используется язык и тексты какой логической и культурной сложности на этом языке есть. Если на некоторый малый язык переведены канонические религиозные тексты (например, буддийские, христианские, мусульманские) и/или научно-техническая литература, и этот язык активно используется во всех сферах общения, он может быть столь же сложным, как, например, русский, китайский или английский языки.

Вымирающие языки и языки с ограниченной сферой употребления имеют свои особенности, хотя и здесь возможны разные сценарии.

Засвидетельствовано как упрощение грамматики, так, наоборот, и её чрезмерное усложнение, превращение вымирающего или мёртвого языка в тайное или эзотерическое (то есть доступное избранным) знание. Нормальная и первичная функция языка ― это функция общения, передачи информации. Если некоторый язык перестаёт использоваться как средство устного или письменного общения (например, люди в Древней Руси говорят по-древнерусски, а пишут книги по-церковнославянски), он претерпевает характерные изменения.

Грамматика древнерусского языка, который был средством общения (сейчас мы можем об этом судить с уверенностью благодаря открытию древнерусских памятников бытового письма ― берестяных грамот – и их описанию, предложенному великим русским лингвистом Андреем Зализняком (1935―2018)), относительно более проста, чем грамматика церковнославянского языка памятников, записанных в Древней Руси. Однако носителям древнерусского языка, которые осваивали книжную культуру, всё равно приходилось осваивать и формы уже исчезнувших в их языке прошедших времён ― имперфекта и аориста.

Всё течёт, всё меняется

Почему в России сохранился уровень языкового разнообразия, утраченный во многих других регионах мира? В чём специфика малых языков нашей страны? Рассказывает Олег Беляев, преподаватель кафедры теоретической и прикладной лингвистики филологического факультета МГУ имени М. В. Ломоносова.

Олег Игоревич, с чем связано то, что на территории России возникло такое количество языков?

― Наверное, не очень корректно говорить о «возникновении» каких-то языков именно на территории России. На протяжении всей истории человечества языковая ситуация в конкретном регионе, географическое распределение языков непрерывно менялись под воздействием различных факторов: климата, завоевательных войн, социальных изменений и т. д. К тому же точно установить, где именно «возник» тот или иной язык, как правило, невозможно. В целом у нас нет оснований полагать, что какие-то регионы исходно обладают большим языковым разнообразием, чем другие.

Электронная карта языков Российской Федерации

Например, современная Европа кажется лингвистически достаточно однородным регионом, где доминируют романские и германские языки индоевропейской семьи. Однако в исторической перспективе, до пришествия носителей индоевропейских языков, ситуация была совсем иной. К сожалению, здесь мы вынуждены оперировать лишь косвенными свидетельствами, но одним из реликтов былого языкового разнообразия Европы может служить, например, баскский язык-изолят — есть свидетельства, что родственные ему языки были ранее распространены несколько шире.

Аналогичным образом обстоит дело и на Ближнем Востоке: сегодня там доминируют арабские диалекты, но ещё полтора тысячелетия назад, до распространения ислама, языковое разнообразие этого региона было несравненно выше — международным языком был греческий, в Египте также говорили по-коптски (потомок древнеегипетского, ныне существующий только как богослужебный язык), в Сирии и Палестине доминировал арамейский, в западной части Северной Африки берберские языки были, по-видимому, распространены гораздо шире, чем сейчас.


Скорее я бы поставил вопрос следующим образом: как получилось так, что в России сохранился уровень языкового разнообразия, утраченный во многих других регионах мира? Ответить на такой вопрос непросто: здесь исторические, географические и социальные факторы важнее собственно лингвистических.

Думаю, ключевую роль сыграли следующие обстоятельства.

Во-первых, география. С одной стороны, пространство Северной Евразии с её широкими равнинами располагает как к достаточно высокому уровню мобильности этнических групп, так и к низкой плотности населения и сравнительно автономному существованию носителей различных языков. Собственно говоря, до XX века, пожалуй, и не существовало технических средств для эффективной языковой ассимиляции на таком огромном пространстве. С другой стороны, особый статус имеет самый лингвистически разнообразный регион России — Северный Кавказ. Здесь, напротив, горный ландшафт способствует ускоренной дивергенции языков и диалектов, поскольку контакты между их носителями затруднены по сравнению с равнинными условиями.

Во-вторых, политический фактор — долгое время на территории России просто не было господства какого-то одного политического субъекта. Под властью Российской империи всё это пространство оказалось, в основном, только в XVIII веке — при этом большую часть своего существования это государство не особенно вмешивалось во внутренние дела подвластных ему народов, что также способствовало сохранению местных языков.

Наконец, на раннем этапе существования Советского Союза, в 1920-е годы, официальные языки союзных республик и автономных республик получили невиданную поддержку со стороны государства: было введено обучение на национальных языках, создавались учебники, художественная литература. Впоследствии политика была существенно скорректирована в сторону большей русификации; большую отрицательную роль сыграли и преступные сталинские депортации целых народов, однако поддержка малых языков и национальных культур всё же оставалась важной частью официальной советской идеологии. Как элемент политического фактора я указал бы и на исторически достаточно низкую мобильность населения в нашей стране, вызванную слабым развитием транспортной инфраструктуры.

— Насколько отличаются друг от друга языки народов России?

— Весьма существенно. На территории России сосуществуют самые разные языковые группы: как языки индоевропейской семьи (прежде всего славянской группы, но также существенны и иранские: осетинский, татский), так и языки других семей: уральской, алтайской, абхазо-адыгской, нахско-дагестанской, енисейской, чукотско-камчатской, эскимосско-алеутской, несколько языковых изолятов (юкагирский, нивхский). С точки зрения общепринятых систем генетической классификации все эти семьи не родственны между собой.

Олег Беляев

По своей структуре они также довольно различны: достаточно упомянуть о том, что, например, северокавказские (абхазо-адыгские и нахско-дагестанские) языки относятся к эргативному строю, т. е. в этих языках подлежащее переходного глагола маркируется особым показателем, а подлежащее непереходного глагола оформляется так же как прямое дополнение (представьте себе, если бы по-русски мы всегда говорили только Петей прочитано письмо, но не Письмо прочитал Петя).

При этом нельзя говорить и о том, что отсутствие генетического родства обязательно предполагает радикальные отличия в синтаксическом и морфологическом строе. Многие народы России столетиями и даже тысячелетиями находились в тесном контакте друг с другом, их представители часто пользовались не только своим родным языком, но и языками соседей. Это привело не только к лексическим заимствованиям, но и в ряде случаев к значительному влиянию на грамматику. Так, осетинский язык (который, напомню, относится к иранской группе индоевропейской семьи) испытал большое влияние соседних кавказских и тюркских языков, что отразилось на некоторых аспектах его морфологии и синтаксиса. То же самое относится к взаимодействию уральских и алтайских языков Поволжья, в частности чувашского, татарского и башкирского (тюркские), марийского, мокшанского и удмуртского (уральские) языков — в литературе принято говорить о Волжско-Камском языковом союзе.

— Что можно сказать про взаимовлияние русского и национальных языков?

— Вкратце можно сказать, что, во-первых, многие языки просто находятся под угрозой исчезновения из-за перехода их носителей на русский, во-вторых, даже в случае сохранения языка часто наблюдается массивное заимствование лексического и даже грамматического материала из русского языка.

В некоторых случаях этот процесс идёт уже давно, в частности, в финно-угорских языках нередко заимствованы сочинительные союзы da, no, подчинительный союз što и т. д.

Что касается влияния малых языков на русский, то подобные процессы идут в некоторых национальных республиках. Например, многие своеобразные черты дагестанского варианта русского языка связаны именно с влиянием на него автохтонных языков этого региона.

— Есть ли среди национальных языков нашей страны те, которые используются на общероссийском или международном уровне?

— Фактически единственным из языков нашей страны, имеющим общероссийское значение, является русский. При этом среди языков народов России есть и такие, сфера распространения которых выходит за пределы наших границ. Наверное, самый очевидный пример — осетинский, государственный язык Республики Южная Осетия. Помимо этого за пределами России, в Азербайджане, распространены некоторые языки Дагестана: лезгинский (нахско-дагестанская семья), татский (иранская группа индоевропейской семьи). Подобная ситуация наблюдается также в некоторых других приграничных регионах: так, калмыцкий язык очень близок к другим вариантам западномонгольского (ойратского) языка, распространённым в Монголии. Многие кавказские языки (особенно адыгские, карачаево-балкарский, осетинский) имеют довольно большие диаспоры на территории бывшей Османской империи (в Турции, Сирии, Иордании и т. д.) — это связано с массовым переселением мусульманских представителей этих народов в рамках так называемого мухаджирского движения в XIX веке. Не следует забывать и о том, что в число языков коренных народов России с полным правом можно включить немецкий и идиш, хотя число их носителей в нашей стране сегодня невелико; идиш даже обладает официальным статусом в Еврейской автономной области, хотя сегодня это уже скорее исторический курьёз. Наконец, с 2014 года официальным статусом в России обладает украинский как государственный язык Республики Крым.

Какое будущее ждёт национальные языки?

— К сожалению, в условиях глобализации многие малые языки без дополнительной поддержки обречены на вымирание. В целом мало что угрожает крупным официальным языкам субъектов федерации с богатой литературной традицией, таким как татарский, осетинский или аварский, хотя и в этом случае наблюдается некоторое падение языковой компетенции среди молодого поколения. Однако миноритарные языки, не имеющие официального статуса, к сожалению, спасти очень сложно: урбанизация уничтожает традиционные формы существования этих языков в малых сельских обществах. Лингвистами предпринимаются попытки замедлить этот процесс, но, к сожалению, реалистичный рецепт полноценного сохранения таких языков в современном обществе нам только предстоит найти.


Проблемы, с которыми сталкиваются малые языки России, схожи с проблемами малых языков в других странах. Специфика нашей страны, может быть, в том, что многие языки со сравнительно небольшим числом носителей имеют, тем не менее, определённые официальные культурные институты, литературную традицию, регулярную прессу и т. д.

Это связано прежде всего с советской языковой политикой. Иногда эти формальные атрибуты выглядят сегодня несколько искусственно, однако определённый вклад в поддержку малых языков они вносят.​

Пресс-служба Государственного института русского языка им. А. С. Пушкина

Также по теме

Новые публикации

До Нового года совсем чуть-чуть. Время в декабре воспринимается по-особенному: оно словно меняет свой привычный ритм и начинает ускоряться, концентрироваться, прессоваться. В магазинах ажиотаж (от франц. agitation возбуждение), и даже пешеходы на улицах пребывают в радостной ажитации.
Общество преподавателей русского языка в Швейцарии (ОПРЯШ) отметило полувековой юбилей. На праздник в Цюрихе в конце ноября собрались русисты из разных уголков страны. И среди них – Мария Александровна Банкул. Более 50 лет она живёт в Швейцарии, в окружении русской литературы: в доме богатая домашняя библиотека – почти семь тысяч томов.
В апреле 2019 года экспедиция «Современный этномир» Пензенского отделения Русского географического общества побывала в крупных городах Казахстана – Нур-Султане, Караганде, Темиртау, Алма-Ате и Киргизии – Караколе и Бишкеке. Члены экспедиции выясняли, как живёт русскоязычное население региона, что происходит там с русским языком и с русским культурным наследием. «Современный этномир» стала первой этнографической экспедицией РГО в Казахстан и Киргизию в постсоветский период.
15 лет работы и более 150 авторов – вышло третье издание энциклопедии «Русский язык», подготовленное Институтом русского языка им. В. В. Виноградова РАН. Впрочем, создатели энциклопедии уверены, что её можно считать новым отдельным изданием – настолько сильно энциклопедия отличается от двух предыдущих редакций. И вообще, мало у каких языков в мире есть такого рода энциклопедии.
В конце ноября Конституционный суд Латвии отказал русскоязычным детям в праве учиться на родном языке даже в частных школах. Такое решение, уверен председатель правления фонда «Русский мир», глава Комитета Госдумы по образованию и науке Вячеслав Никонов, противоречит нормам Евросоюза, приведёт к ухудшению качества образования русскоязычных детей и обострению межнациональных конфликтов.
В преддверии зимних холодов поговорим о тёплой одежде. Да не осудят нас гринписовцы, начнём с мехов, ибо без них в России в морозы не прожить. Самой распространённой на Руси зимней одеждой был, пожалуй, тулуп из овчины – длиннополая, мехом внутрь шуба с большим воротником.
Если вы до сих пор думаете, что русский стиль – это нечто из бабушкиного сундука, значит, вам срочно пора на выставку «Трын*трава» во Всероссийском музее декоративно-прикладного искусства. 18 российских дизайнеров объединили свои усилия, чтобы доказать: русский стиль – это актуально, практично и просто красиво.
В Финляндии есть место, где рассказывают об истории России ежедневно на 15 языках без перерыва на обед. Крепость Свеаборг (финское название – Суоменлинна), ныне входящая в городскую черту Хельсинки, была основана в XVIII веке Швецией, завоёвана и реконструирована  Россией, владевшей крепостью более ста лет, и перешла к Финляндии в 1917 году с обретением страной независимости.