Этническое самочувствие русских за последние двадцать пять пережило заметную динамику. Наравне с формирующейся российской идентичностью, которая постепенно выходит на лидирующие позиции, этническая идентичность русских остаётся актуальной. Правда, её интенсивность заметно ниже, чем среди всех других национальностей страны.

Главная составляющая русской идентичности прослеживается в ответе на вопрос: «О какой из перечисленных групп – людях своей национальности, земляках, людях своей веры, европейцах – Вы можете сказать «Это мы»? Ответы на этот вопрос распределились следующим образом. Среди русских в значительной степени ощущают единство («Это мы») с людьми своей национальности – 27% опрошенных, с земляками – 34%, с людьми своей веры – 24%, с европейцами – 7%. Среди нерусских те же чувства самоидентификации (в значительной степени) переживают: с людьми своей национальности – 38%, с земляками – 49%, с людьми свое веры – 42%, с европейцами – 10%.

Читайте также: «Российское общество в контексте новых реалий» (исследование)

Таким образом, ощущение единства – «Это мы» – с учётом ответов «в значительной степени», «в некоторой степени» и «не ощущаю» с людьми своей национальности переживают 80% русских, россиян иных национальностей – 83-87%. При этом большинство – 50% русских и 45% инонациональных россиян – чувствуют связь с людьми своей национальности «в некоторой степени», а 15% и 8% соответственно этой связи вообще не чувствуют.

Исследование так же установило высокую значимость религиозной идентичности русских и россиян иных национальностей. Близость с людьми своей веры испытывают 69% русских и 75% инонациональных граждан страны. При этом «в значительной степени», 24% и 42% соответственно, признают, что готовы и позитивно относятся к росту влияния традиционных религий и их институтов на жизнь общества.

Россия – большая страна, поэтому фактор земляческой идентичности (34% русских) у русских даже выше, чем этнической (27%), что создаёт предпосылки для формирования фрагментированной социальной консолидации по признаку региональной или территориальной общности. Однако социальное единство строится не на фрагментации, а единении, крепящемся на ценностной общности.

Такая ценностная общность – ощущение себя с людьми своей национальности и веры, поиск оснований для формирования новой русской идентичности – ставят вопрос о роли этнической солидарности. В её основе лежит иррациональная потребность в принадлежности к своей этнической общности. За последних двадцать пять лет русские прошли путь от недифференцированного размытого восприятия собственной этничности к её актуализации, поиску культурных и идеологических основ для формирования и конструирования обновлённого русского самосознания. Именно этническая солидарность русских является, как показывает исследование, ресурсом для оптимистичного восприятия ими перспектив развития России.

Среди оптимистов (выбирают ответ «в перспективе страна будет развиваться успешно») доля тех, кто демонстрирует установку этнической солидарности, вырастает с 72% до 80%. В группе пессимистов, считающих, что жизнь ухудшается и перспектив её улучшения нет, доля, испытывающих потребность в этнической солидарности снижается с 72% и до 60% (в среднем, есть и ниже – 57%).

Таким образом, сегодня русские придерживаются установок этнической солидарности и демонстрируют определённые мировоззренческие установки, в числе, которых – более позитивное, оптимистичное восприятие развития России, установки российского патриотизма и государственнические ориентации как установки российского самосознания, характеризующиеся чувствами исторической общности и духовного единства. Складываясь на основе этнической идентичности и потребности в принадлежности к своей этнической общности, этническая солидарность русских выступает одной из основ общественной консолидации и поддерживает мотивы гражданского участия.

В свете изложенного важно понять, какие содержательные характеристики вкладываются русскими в понятие «русскости», какие критерии являются основными, а какие – второстепенными. При ответе русских на вопрос «Кого Вы могли бы назвать русским?» лишь 7% готовы признать русским любого гражданина России. Среди нерусского населения тенденция к признанию русским любого гражданина России выше – 17%. Для русских их русскость связывается с такими характеристиками, как культура («кто вырос в России и воспитывался в традиции русской культуры»), язык («для кого русский язык является родным или стал им»), труд во благо Родины. Для трети русских важна идентификация по происхождению и по крови. Как правило, в последних представлениях играет роль национальность родителей.

В определении того, кого сегодня можно назвать русским, гражданами всех национальностей чаще всего используется признак культурной принадлежности, и наиболее популярен ответ – «того, кто вырос в России и воспитывался в традициях русской культуры». Среди русских этот признак этнической принадлежности набирает 51% голосов, среди иных национальностей – 43%. Это самый популярный критерий русскости, поэтому есть все основания считать, что русская культура этнического большинства выступает сегодня наиболее востребованным интегратором российского общества. При этом патриотическая ориентация («Труд во благо родины») и русская самоидентификация («кто сам себя считает русским») заметно уступают критерию культуры, набирая в исследовании 21 и 27% голосов среди русских, и 22 и 24% голосов среди инонациональных россиян.

Русский язык, будучи фундаментом русской культуры и русского этнического самосознания, тем не менее, в качестве критерия русскости уступает в популярности культуре. Владение русским языком не воспринимается большинством населения страны как ведущий признак русской идентичности. Лишь треть русских и четверть инонациональных граждан полагают, что общность русских складывается на основе владения русским языком в качестве родного. А поскольку русский является государственным и языком межнационального общения, то его этноопределяющая функция для русских не является ведущей. Возможно, в силу естественности его распространения во всём российском обществе.

Вот и получается, что представление этнического большинства о том, кто такие русские, кого можно считать русским, имеет не только этнокультурное, но и общественно-политическое значение. Идущие в общественных и научных кругах дискуссии о необходимости формирования интегрирующей российской идентичности сталкивается с проблемой содержательного наполнения этого понятия и с оценкой роли этнической идентичности и этнического самосознания в формировании российской нации.

Более того, от содержания этнического самосознания и межэтнических установок русского большинства страны зависит не только климат межэтнических отношений, но и мера поддержки той или иной модели национально-государственного развития страны. Таким образом, сегодня наиболее востребованной остается модель развития России как многонационального государства, скрепленного русским языком и русской культурой.