RUS
EN
 / Главная / Все новости / О загадках «перевода ритма» в русской поэзии рассказали в Будапеште

О загадках «перевода ритма» в русской поэзии рассказали в Будапеште

Жужанна Димеши, Будапешт
12.02.2019


5 февраля 2019 года лауреат Пушкинской премии и премии им. Йожефа Аттила, писатель и переводчик русской классики Арпад Гальгоци посетил будапештский Русский центр.

Арпаду Гальгоци уже 90 лет, но он обладает хорошим физическим и духовным здоровьем. В своей лекции он изложил важнейшие моменты своей жизни и профессиональной деятельности. Аудитория с удивлением слушала, как Гальгоци декламировал наизусть целые произведения А. Пушкина и М. Лермонтова – и на русском языке, и в разных вариантах на венгерском, включая свои переводы. Он говорил о загадках «перевода ритма», ударения и звука, и с гордостью рассказывал про случай, когда идеальный перевод одной поэтической строки подбирался в течение 40 лет.

Жизненный путь Арпада Гальгоци служит доказательством человеческой мудрости и эмоциональной зрелости переводчика. Он рассказал, как попал в СССР в 1948 г. из-за партизанской деятельности, и как он влюбился в классическую русскую поэзию, находясь в ГУЛАГе. Не смотря на семь лет в лагере и ещё шесть лет вынужденного пребывания в СССР, он остался способным отличать репрессивную политическую систему от простых русских людей, и понимал, что русский – это не язык Ленина, а язык Пушкина, Лермонтова и всех выдающихся русских поэтов. Переводы он всегда писал и будет писать с глубокой преданностью к русской поэзии.
Рубрика:
Тема:
Метки:
Русский центр в Будапеште, перевод, поэзия, русский язык

Новости по теме

Новые публикации

За последние 30 лет произошла коренная ломка речевого этикета деловой коммуникации: от привычной схемы «руководитель – подчинённый» она переходит на модель, когда нужно завоевать внимание и уважение своего адресата. О том, как иногда это непросто приживается, рассказывает доцент кафедры русского языка Института лингвистики РГГУ Наталья Гурьева.
Третья волна эмиграции из СССР, также как и вторая, проходила в условиях «холодной войны», что предопределило ее роль в формировании образа России за рубежом. При этом данная волна имела весьма существенную специфику, поскольку основной её поток состоял из национальной еврейской эмиграции, лишь дополнявшейся незначительной по численности, но значимой с точки зрения пропагандистского эффекта второй составляющей – т. н. «диссидентской», впрочем, также имевшей свою, и достаточно значительную, еврейскую составляющую.