EN

VIII Ассамблея Русского мира

Круглый стол «Кавказский пленник: неизвестный Лермонтов» приоткрыл загадку писателя

Всё было так, как и обещала ведущая круглого стола Екатерина Гениева, директор Всероссийской государственной библиотеки иностранной литературы (ВГБИЛ):

— Сегодня мы узнаем Лермонтова, о котором ещё не слышали.

Когда к трибуне подошла Татьяна Юрченко, заместитель директора музея-заповедника Михаила Лермонтова в Пятигорске, ползала перешёптывались. «Я там тоже был/была», — между собой тихо переговаривались участники встречи. Для всех них, как и для тех, кто хоть раз был в Пятигорске «на водах», речь идёт о знаменитом «домике Лермонтова». Так в народе зовут музей в Пятигорске.

— У нас есть книга отзывов, — рассказывает Татьяна Юрченко, — музею 102 года, а ей ещё больше — она живёт на двенадцать лет больше музея. Эта книга — кладезь. В ней есть одна уникальная запись. Во время фашистской оккупации 1942–1943 годов музей по настоянию гитлеровской администрации работал. Его вели три пожилых женщины. В «домик...» приходили в том числе и немецкие солдаты и офицеры. По воспоминаниям тех женщин, как правило, они шли в поисках ценных экспонатов или развлечений. Ничего не найдя, уходили разочарованными. Единственный, кто из фашистов понимал ценность и величие фигуры Лермонтова, — немецкий писатель и переводчик, служивший в Пятигорске, Зигфрид фон Феккензак. Уже после войны он перевёл на немецкий язык стихотворение Лермонтова «Выхожу один я на дорогу...». Однако у нас в стране он неизвестен — его книги не переводились на русский язык, поскольку писатель служил у фашистов. Запись в книге отзывов фон Феккензак всё же оставил, назвав Лермонтова великим. Этот эпизод — посещение крохотного провинциального музея — стал для немецкого писателя судьбоносным. Он изменил его гражданскую позицию. Он оценил войну по-лермонтовски. Он пишет рапорт руководству «Об обращении с населением на восточных территориях», в котором излагает своё категорическое несогласие с отношением к людям на оккупированных землях. Незамедлительно последовали отставка и понижение в должности. Тем не менее он прожил долгую жизнь, умерев в своём замке в Баварии в семидесятые годы. Лермонтов не будет отпускать его всю его земную жизнь. Фон Феккензак напишет более семидесяти книг. Одна из них — автобиографическая — написана в 1965 году и называется «Переводчик на Восточном фронте. Воспоминания 1942–1943 годов». В ней есть глава «Случай в Пятигорске», где он и написал о посещении музея и знакомстве с творчеством великого писателя.

Зал профессионалов-русистов и музейных работников, привыкший и к более экзотичным историям, затих после выступления Татьяны Юрченко. А потом — тихие благодарные аплодисменты.

— Я потрясена, — признаётся Тамара Мельникова, директор знаменитого музея Михаила Лермонтова в Тарханах (Пензенская область). — Этот человек всей своей жизнью отвечал на вопрос: кто такой Лермонтов? Для меня он — это вся моя жизнь. Это не высокие слова. Всё, что с ним у меня связано, начиналось прозаически. Просто приехала в Тарханы в 1968 году по распределению. Но работа, которая меня выбрала, оказалась мне необходимой. Так я поняла: Лермонтова не любить нельзя, если его знаешь, но знать, и особенно понять, его трудно. Легенды вокруг его имени мешают — его надо читать, читать и читать, чтобы понять, чтобы он перестал быть неизвестным...

Ответ на вопрос, почему Лермонтов остаётся многими непонятым, Мельникова нашла у Александра Блока. Он писал: «Многие исследователи сторонятся Лермонтова. Он им не по зубам».

— Вот в чём разгадка, — считает Мельникова, — Лермонтов многим не по зубам, а привлекает к себе внимание. И не понимая писателя и поэта, но прикоснувшись к нему, придумывают о нём то, что сами понимают, а то и вовсе небылицы. Я же хочу пожелать людям не бояться понимать и читать Михаила Лермонтова долгие годы. Иначе его не понять. 

Так круглый стол, посвящённый 200-летию великого русского писателя, превратился в разговор о главной загадке поэта — долгом и трудном пути к сердцам и душам читателей.

— Думаю, Лермонтову сейчас легче и даже хорошо возвращаться, — резюмировала Екатерина Гениева, директор ВГБИЛ, — и не только в Тарханы и к отечественному читателю. Его творчество вышло за пределы Русского мира.


Редакция портала «Русский мир»

Новости VIII Ассамблеи Русского мира