EN
 / Главная / Публикации / «Имя Пушкина – безусловно, святыня»

«Имя Пушкина – безусловно, святыня»

Анна Генова23.08.2016

Общество русской культуры им. А. С. Пушкина существует в Америке с 1935 года. В нём состояли многие выдающиеся люди, в числе которых авиаконструктор И. И. Сикорский, дирижёр С. А. Кусевицкий, социолог П. А. Сорокин, художник С. Ю. Судейкин, представители дома Романовых. Последние 15 лет славную историю Общества собирает и продолжает историк Виктория Курченко. 

– Виктория, кто сейчас входит в Пушкинское общество?

– К нашему обществу может присоединиться любой человек, вне зависимости от географии проживания. Как правило, к нам приходят творческие люди, которые рады поделиться своими талантами, достижениями или идеями: литераторы, поэты, художники, психологи, учителя, да и просто любители классической русской литературы. 

Виктория Курченко

– А что лично Вас привело в эту организацию?

– Возможность прочесть собственные стихи... Когда я осознала, в какой компании  оказалась, появилась потребность задокументировать, собрать историю «из первых уст», благо к этому моменту у меня был серьёзный опыт исследовательской работы в Харьковском педагогическом университете имени Г. С. Сковороды. 

Перед отъездом с семьей в США в 2000 году я работала доцентом на кафедре новой и новейшей истории. Между прочим, уехала я из профессионального интереса. Будучи преподавателем американской истории, мне не терпелось оказаться в стране изучаемой культуры. И вдруг случай – была выиграна грин-карта. Думала, одним глазочком посмотрю на заморскую жизнь и сразу вернусь, даже книжку трудовую не забирала несколько лет. Первые годы я отправляла объёмные папки для своих коллег, у которых компьютеры только появлялись, отвечала на многочисленные вопросы о реальной жизни на другом побережье...

– Но Вы всё-таки остались, какова была причина такого решения? 

– Кроме глобального интереса к новой реальности, появилось дело жизни, в котором пригодились все мои умения. Постепенно приходило понимание того, что это неслучайное перемещение, что самой судьбой мне уготовлена участь не дать утонуть в небытии целому массиву документов, в которых отражён срез жизни в Америке нескольких поколений образованных, интеллигентных людей, покинувших родину по разным причинам.

–Очень интересны проекты «Пушкин и эмиграция», «Пушкинский комитет». Расскажите о них, пожалуйста, и о других ваших начинаниях.

– Проекты возникли как результат многоплановой работы: запись интервью, прежде всего с младшими представителями первой волны эмиграции – детьми и внуками участников послереволюционных событий, так или иначе связанными с историей Пушкинского общества: Еленой Константиновной Боголюбовой, Татьяной Семёновной Зигерн-Корн, Кирой Николаевной Кузьмин-Полянской, Тамарой и Дмитрием Ивановыми, Григорием Месняевым, Игорем Миклашевским – одним из руководителей Дворянского собрания в Америке. Интересные результаты получились с нашими «американками», которые говорят только по-английски, но, тем не менее, являются хранительницами ценных документальных коллекций: Жаннет Артвэй, Мики Крайдер, Наталией Черни. Список можно продолжать.

– В 2011 Вы создали архив русской и украинской эмиграции им. Е. И. Лодыженской, которая до 2008 года возглавляла Пушкинское общество в Америке…

– Мы познакомились с Екатериной Ивановной в 2001 году. Я просто пришла по объявлению на одно из заседаний, которое проходило в одном из старых особняков Нью-Йорка, «Колпинг-Хаузе». Это была сухонькая пожилая, очень активная пенсионерка, необычайно скромная. Разговаривала она по-русски с легким французским акцентом. В руках у неё все время был фотоаппарат, она любила делать снимки для официального протокола. 

Рекламные стенды Пушкинского общества в Америке и Национального союза писателей США
Во вторую нашу встречу, узнав о том, что я историк, она задала мне вопрос: «А будет ли интересно госпоже Виктории узнать о моих встречах с Бальмонтом в Париже?» Представьте мою реакцию! Скажу честно, я несколько лет пребывала в культурном шоке от того, что те люди, о которых мы читали в книгах, вдруг ожили в воспоминаниях, отголосках, сошли с разворотов газет и книг... Отец Екатерины Ивановны, как выяснилось, был в близких отношениях с А. Ф. Керенским в Нью-Йорке, ведь деятельность меньшевиков и эсеров продолжалась и в послевоенный период. 

В 2003 году мадам Лодыженская (она была 1916 года рождения) и её помощница – на тот момент секретарь – баронесса Елена Михайловна фон Тизенгаузен стали просить меня «взяться за руль», как они говорили. Таким образом, с 2004 года я фактически начала выполнять обязанности вице-президента Пушкинского общества Америки. Кстати, именно это, а не полное название – Общество имени Пушкина – было уже более употребимо по прямой аналогии с английским The Pushkin Society in America.


– Расскажите о наиболее ярких членах Общества, которые в разные годы принимали участие в судьбе организации. 

– В 1935–955 годы директорами Пушкинского фонда, учрежденного при Обществе, были известные деятели русского зарубежья: Михаил Михайлович Карпович, Борис Васильевич Сергиевский, Игорь Иванович Сикорский. В членах и активистах был писатель Георгий Дмитриевич Гребенщиков – создатель русского поселения «Чураевка», а также скульптор Г. В. Дерюжинский. Именно в его студии прошло первое собрание будущих «пушкинистов», о чём стало известно совсем недавно из расшифрованных архивных писем. 

Музыкальным гуру в Пушкинском комитете, из которого затем выросло Общество, был двоюродный брат С. В. Рахманинова – А. И. Зилоти. Поэтому на заседаниях того периода частенько появлялся и сам прославленный композитор. Сохранились свидетельства о том, где Рахманинов сидел, как играл. К слову, Общество организовывало и его концерты тоже. В документах числится и правнучка Пушкина, принадлежащая к британской аристократии, маркиза Милфорд-Хейвен. А с внуком Александра Сергеевича и жившим в Бельгии его правнуком, Николаем и Александром, в 1930–1950-е годы поддерживались по переписке самые тёплые отношения. Сегодня бельгийские Пушкины, чета Александр и Мария, также в контакте с нами. Они были очень благодарны за копии писем, которые мы им отправили. 

Хочу назвать всех председателей Общества, каждый из них – целая эпоха: Борис Бразоль, основатель (1935–1963); Григорий Месняев (1963–1967); Семён Боголюбов (1967–1971); Сергей Войцеховский (1971–1984); Надежда Бакланова-Бозак (1984–1995); Екатерина Лодыженская (1995–2009). 

– А вы контактируете с Пушкиными в Америке? Помню, в начале 2000-х общалась с потомком-тёзкой, поэтом Александром Пушкиным…

– Александр Пушкин сегодня возглавляет журнал «Слово\Word» (который создала и многие годы возглавляла ныне покойная Лариса Шенкер. – А. Г.). Он замечательный поэт и многоопытный редактор. Действительно, по боковой линии он состоит в родственных связях с «солнцем русской поэзии». Время от времени он бывает на наших вечерах, но о своих родственных связях никогда не говорит, хотя мы не раз приглашали его выступить в этом амплуа. 

– Вы организуете различные культурные события, среди которых концерты, литературно-музыкальные программы и так далее. Где проходят эти встречи, какая публика собирается?

– Публика самая разная. Все наши встречи открыты, и о них сообщается в СМИ. Кроме этого, мы рассылаем приглашения всем, кто пожелал нам оставить свои электронные адреса. Собираемся мы в библиотеках: в США очень популярны программы для разных этнических групп, в том числе и для русскоязычной аудитории. Часто для встреч используем клубы, кафе и рестораны, книжные магазины. Ещё мы очень любим нью-йоркский музей Рериха, где нам всегда рады, а своё 80-летие мы отмечали в Колумбийском университете и в престижном «Лидеркранц-холле» на Пятой авеню, буквально напротив Метрополитен-музея. 

В прошлом году провести юбилейный вечер нам помогла Наташа Черни, внучка композитора и пианиста Владимира Дроздова, блистательного музыканта из рахманиновского круга. Владимир также стоял у истоков американской пушкинианы, даже сам пробовал переводить его стихи на английский.

В 2014 году мы начали сотрудничать с Американским писательским союзом (The National Writer Union), который распахнул двери для наших ежемесячных совместных праздников искусства и литературы. Американцы были в восхищении от того, что мы существуем целых восемь десятилетий! Они проявили значительный интерес к огромной работе по популяризации русской культуры в США, к сохранению и умножению наших традиций.

Американский поэт Гарретт Робинсон
После такого общения нередко случаются сюрпризы. Например, к нам обратилась юрист Анни Карсон и сказала, что является родственницей Анны Ахматовой. Мы, конечно, пригласили её рассказать о новых фактах из жизни нашей великой соотечественницы. Безусловно, этому предшествовала большая и кропотливая работа (читайте третью часть материала Виталия Орлова «Анна Ахматова. Американский след»). Иногда архивные расследования сродни детективным... 

– Да, всё это невероятно интересно! Можно ли Вас попросить остановиться подробнее на международной деятельности вашей организации?

– В 1935 году в Париже был создан Центральный Пушкинский комитет, который обратился ко всем русским людям во всём мире с воззванием достойно отметить памятную годовщину – столетие со дня гибели поэта, приходившуюся на 1937 год. В разных странах стали появляться подобные объединения. В США на призыв европейских коллег откликнулся Борис Бразоль, который стал создавать американский Пушкинский комитет, поддерживающий тесную связь – прежде всего с Францией. Ему удалось «построить» разветвлённую всеамериканскую структуру, в которой была солидная англоязычная секция. В ней, кстати, состоял знаменитый поэт Роберт Фрост. 

К 1936 году, кроме Центрального Пушкинского комитета в Нью-Йорке, действовали восемь подкомитетов, в основном под председательством русских профессоров: в Вашингтоне – В. С. Колесникова; в Питтсбурге – А. Н. Авинова; в Кливлинде – О. В. Епанчиной; в Бридж-порте − И. И. Сикорского; в Сиэтле – П. С. Троицкого; в Сан-Франциско – Н. Б. Борзова; в Челси – Г. А. Знаменского; в Монреале – отца Иоанна Морозова. 

По прошествии годовщины комитет стал называться Обществом имени А. С. Пушкина. Таким образом, «международная деятельность» с самого начала была сама собой разумеющейся. Она не имела какой-то специальной стратегии. Все интернациональные контакты были естественными. Из фондов общества выделялись премии и денежные пособия для писателей, поэтов, художников и пересылались им в разные страны. 

В 1941 году была разработана анкета с вопросами для любителей творчества Лермонтова – настала очередь поминовения ещё одного гения. Вопросы были опубликованы во всех русскоязычных газетах, анкета распространялась посредством почты не только в европейских государствах, но и Мексике, Аргентине. Ведь эмигранты того времени могли без труда выписывать и получать периодические издания разных стран, это было единое информационное пространство. Ответы на вопросы присылали на адрес секретаря, нередко они представляли собой развернутые сочинения на 10–15 страниц, штампы на конвертах стояли со всего мира... 

В 2012 году мы открыли своё представительство в Европе, которое возглавляет талантливый филолог и профессиональный фотограф Инна Грубайр, много лет занимающаяся историей русской эмиграции. В этом году появился наш электронный  «Вестник» на двух языках, русскоязычная версия которого только по Европе рассылается на пять тысяч адресов!

– А насколько имя Пушкина в Америке и Европе актуально для молодого поколения эмигрантов из России и местных жителей?

– Из всех вопросов, пожалуй, этот является самым трудным. Я им задаюсь всё время, находясь внутри старейшего пушкинского объединения эмиграции. Если говорить о детях переселенцев всех волн, то имя Пушкина – безусловно, святыня. Вы даже не представляете, насколько это не пустые слова для тех, кто начинал нашу деятельность и унаследовал этот дух. 

Конечно, люди, прибывшие в США в 1970 годы и позже, третья волна, – они жили уже в других исторических условиях, это отдельный разговор. У них были иные ориентиры и опыт советской жизни. Но все без исключения образованные, они передавали своим детям своё знание русской классики. Молодые люди, выросшие в таких семьях, – это наш золотой фонд. Многие из них откликаются на наши проекты, советуют, помогают, создают частные школы, театры.
 
Профессор Колумбийского университета Борис Гаспаров
Хочу назвать  талантливого дирижера Лидию Янковскую, которая выросла в США. В 2013 году она представила оперу «Волшебное зеркало» в театре Flamboyan на нью-йоркском международном фестивале. Автором музыки является молодой композитор Полина Назайкинская, ассистентом директора – пианист международного уровня Kонстантин Суховитский. В основе либретто «Волшебного зеркала» - «Сказка о мёртвой царевне и о семи богатырях» А. С. Пушкина. Американские зрители с интересом воспринимали действо, знакомое им по версии Диснея «Белоснежка и семь гномов». Особо подчеркну: опера звучала на русском языке.

Что касается американцев без русских корней, то, как бы нам ни хотелось фигуру Пушкина поставить на пьедестал мирового уровня, к сожалению, он остаётся непрочитанным, неоцененным и известным только профессионалам в гуманитарных дисциплинах. Именно поэтому мы с таким упоением продолжаем свою просветительскую миссию, делимся счастьем знания о великом создателе русского языка – и не только о нём. 

Но, справедливости ради, надо отдельно упомянуть ещё об одной немногочисленной категории коренных жителей страны – афроамериканцах. Для них фигура Пушкина – предмет гордости. Без всякого скепсиса – наш Александр Сергеевич представляется им представителем негроидной расы. По этой теме защищаются диссертации, пишутся серьёзные книги, организуются лекции. Всё это, конечно, капля в море, и все же в дни чествования поэта в 1937 году, в 1949-м по случаю 150-летия со дня его рождения, в 1999 году по случаю 200-летней годовщины, афроамериканцы проводили свои пышные торжества. Следов пересечения по этим поводам с нашим Обществом мне отыскать пока не удалось. Недавно в американском Союзе писателей мы познакомились с драматургом Алексом Рамси Калвиным, который собирает материал о прадеде Пушкина Ганнибале. Надеюсь, получится современная и интересная пьеса!

Также по теме

Новые публикации

Городок Нерехта Костромской губернии стоит в стороне от главных дорог Золотого кольца России. Туристические автобусы пролетают его небрежно, лишь изредка высаживая шумную толпу путешественников для обзорной экскурсии. Между тем этот старинный городок, основанный в 1214 году, поверьте, достоин более пристального внимания.  
С начала конфликта на Украине русофобия стала составной частью идеологии Запада, пишет Myśl Polska. Из театров выбрасывали русскую классику, исчезли книги русских авторов, устраивалась травля деятелей искусства. Сейчас так же стали поступать с российскими спортсменами. Очень напоминает мрачные страницы истории.
«Муха по полю пошла, Муха денежку нашла…». С недавних пор дети в Греции знают, что было дальше с Мухой из сказки Корнея Чуковского благодаря переводам, сделанным переводчицей Александрой Никольской. Мы поговорили с ней об отличиях русской и греческой литературы для детей, о том, сложно ли переводить «Евгения Онегина» на греческий, и каких российских писателей знают и читают в Греции.
«Нам не/за/чем спорить», «Наблюдать было не/за/чем» – как правильно писать не/за/чем в подобных конструкциях? В первую очередь необходимо понять, какая перед нами часть речи, поскольку от этого и будет зависеть слитное или раздельное написание.
Журналистка Людмила Ларкина из Брисбена более 20 лет занимается изучением старой  русской эмиграции в Австралии. Свои изыскания публикует в книгах и статьях на русском и английском языках. Много лет назад к ее исследовательской работе добавилась розыскная – Людмила находит по всему миру родственников русских австралийцев, связь с которыми была потеряна в историческом круговороте XX века.
Сезон летних овощей и фруктов в полном разгаре. Выбирая спелые и ароматные плоды, необходимо прислушиваться не только к мнению продавцов, но и к рекомендациям лингвистов. Как корректно произнести окончания в названиях даров природы?
8 июля исполняется 130 лет со дня рождения выдающегося советского физика с мировым именем, создателя русской физической школы Петра Леонидовича Капицы. Он прожил долгую жизнь – 90 лет, в течение которой ему несколько раз приходилось всё начинать с нуля. И всё же его вывод после всех испытаний звучит довольно оптимистично: «Не горюй и не печалься, нет таких тяжёлых положений, из которых жизнь не нашла бы выход – надо только дать ей время».