Содержание памятников – штука дорогостоящая. Требующая, с одной стороны, вывода зданий и участков земли из активной экономической жизни, а с другой – серьёзных ежегодных вливаний из казны.
Такую роскошь может позволить себе не всякое государство.
Но если страна не тратит серьёзные средства на объекты собственной истории, говорить об её величии не приходится. Хотя финансисты при виде сумм, которые требуется отдавать на поддержание исторических объектов в должном (по закону об охране памятников) состоянии, хватаются за голову.
Случай на «Динамо»
Головотяпства и случайностей, граничащих с преступлением, в России, кажется, более чем где-либо. Но порой даже продуманные, казалось бы, действия властей приводят к утере исторических мест.
Взять хотя бы историю со стадионом «Динамо». С одной стороны, это место культмассовых мероприятий, требующее соблюдения соответственных технических регламентов (аварийные выходы, современные системы пожаротушения и пр.) В то же время «Динамо» – памятник архитектуры первой половины ХХ века. В соответствии с законом и логикой. Тем более что подобных сооружений эпохи социализма в первозданном виде в Москве не сохранилось. Те же «Лужники» и построили позже (к фестивалю молодёжи 1957 года), и перестраивали капитально не раз. А «Динамо» сохраняло свою аутентичность.
Пока не решили его приспособить под нужды грядущего чемпионата мира 2018 года. И первым делом стадион… разрушили. Оставив лишь кусок стены. Объяснение звучало логично: ФИФА требует, чтобы трибуны вмещали не менее 50 тысяч. Поэтому проект перестройки главной арены спланировали так, что футбольное поле нужно было разворачивать на 180 градусов. А значит, старые трибуны и стены пришлось ломать.
Возможно, многие помнят пиар-акцию «Забери с "Динамо" кресло». Кресла растащили, стадион сломали. Но в список арен, на которых пройдут матчи чемпионата мира в Москве, «Динамо» не попал – играть будут на новом стадионе «Спартака» в Тушине и в «Лужниках».
В итоге недавно строители динамовской арены на встрече с руководством Москвы заявили, что проект будет пересмотрен – число мест сокращено до 27 тысяч, высота арены понизится на 12 метров. И поле вертеть не надо, так что последняя, историческая, стена сохранится для потомства.
Возможно, кто-то и останется удовлетворён подобной логикой событий. Вот только возникает вопрос: а почему снос старого стадиона нельзя было осуществить после утверждения окончательного списка арен чемпионата мира?...
Церковный оброк Москвы
История со стадионом «Динамо» – случай, скажем, нетипичный. Более характерны примеры содержания в достойном виде традиционных для России, и Москвы в частности, памятников-храмов.
Вот пример из другой архитектурной сферы. В Москве 312 церквей и храмов причислены к объектам культурного наследия. Как считает глава Москомнаследия Александр Кибовский, в реставрации нуждаются 112 из них. Церковные специалисты полагают, что срочного ремонта с соблюдением всех реставрационных технологий требуют более полусотни культовых зданий.
При этом сама Церковь, ещё несколько лет назад боровшаяся за возвращение себе всех церковных ценностей, в том числе и храмов, не в состоянии финансировать реставрацию в подобных масштабах.
По информации газеты «Труд», общий реставрационный бюджет программы «Культура Москвы» в прошлом году составил 2,316 млрд рублей, включив 49 позиций. На долю объектов религиозного назначения пришлось больше половины этой суммы − 1,428 млрд. В 2013 году из казны на реставрацию деньги получат 23 храма, считающихся памятниками. Вообще, на реставрацию в этом году будет выделено (по программе «Культура Москвы») на 60 млн рублей больше, чем в прошлом.
РПЦ очень рассчитывала на воссоздание храма – памятника Отечественной войны 1812 года в честь Усекновения главы Иоанна Предтечи у стен Новодевичьего монастыря за счёт города. «Но после проведения тщательных археологических раскопок стало ясно: практически полная степень утраты этого здания не позволяет говорить о его реставрации, – объяснил глава комиссии Александр Кибовский. – Речь можно вести лишь о новом строительстве, к чему обсуждаемые нами субсидии, как вы понимаете, отношения не имеют…»
В деле сохранения объектов истории сталкиваются многочисленные интересы. Как уже было сказано, слишком аппетитны исторические места для бизнеса. Земли под памятниками могут приносить существенный доход, если на месте храма или стадиона появится торговый центр или элитная многоэтажка. И с этой точки зрения тратить миллиарды на старину – расточительство.
Но тем и отличается великое государство от обыкновенной страны. Оно должно тратить сегодня в память о прошлом. Чтобы в будущем знали о том, какая она была всегда – Россия.
Андрей Морозов
Десять студентов из Нигера приступили в сентябре к обучению в вузах Сибири – технических университетах Новосибирска и Томска. В рамках целевого набора их направила в Россию местная нефтяная компания. Перед отъездом они прошли 10-месячную подготовку в партнёрском Русском доме в Нигере, получили знания по русскому языку и российской культуре. 
Имя Александра Михайловича Василевского зачастую оказывается несколько в тени «звёзд» Великой Отечественной: Жукова, Рокоссовского, Конева... Между тем без его глубоких знаний, смекалки, решимости и личного участия не обошлась ни одна масштабная боевая операция Великой Отечественной войны. 
Ранджана Саксена – выдающаяся индийская переводчица современной русскоязычной и английской литературы на хинди. Одна из её последних работ, особо отмеченная на международных книжных ярмарках в Дели и Москве – роман «Лавр» Евгения Водолазкина. 
Русский культурный хаб DACHA в столице Малайзии Куала-Лумпуре - доброжелательная среда для шести тысяч русскоязычных жителей Малайзии, живущих в основном в столице страны. Его хозяйка – учёный-востоковед Полина Погадаева – старается сделать атмосферу центра аполитичной и дружелюбной для всех, кому важно сохранять русский язык и культуру. 
«Можно пропустить ту или иную заметку, не обратить внимание на фото, проглядеть статью, но не заметить карикатуру невозможно», – писал в своих воспоминаниях Борис Ефимов. Под его пером карикатура стала не просто рисунком на злобу дня, а настоящим оружием. Особенно оценили это наши бойцы на фронтах Великой Отечественной, писавшие Ефимову: «Рисуйте побольше! Бейте фашистов оружием сатиры». 
