Кто такие – черносотенцы? Мрачные ребята из торговых рядов, активно пьющие мастеровые из ремесленных слобод, угрюмые иереи мелких православных приходов. Все – объединённые ненавистью к иноверцам и патологически приверженные Домострою, чуть что хватающиеся за хоругви и кастеты.

Стоит где-то в России кому-то вспомнить о правах государствообразующего этноса, заговорить об уваровской триаде «православие, самодержавие, народность», поддержать правоконсервативную идею, как мастера СМИ немедленно извлекают из запасников памяти рождённое после 1917 года клише – и ну штамповать! «Черносотенцы поднимают голову!», «Завтра жди погромов!», «Тёмные силы нас снова гнетут!!!»…

Уверен, многие коллеги даже не пытались хотя бы экскурсионно ознакомиться с тем политическим движением, что охватило Россию в начале ХХ века. И уж тем более – вникнуть в причины его появления.

Есть другие властители дум, представляющие откровенно либеральный лагерь. И для них обвинения политических соперников, а порой и проявивших организованное недовольство простых людей  в «черносотенстве» – отличный способ напугать и так основательно напуганное общество с помощью технологий, столь умело созданных их дореволюционными предшественниками. А позже – политтехнологами ВКП(б)-КПСС. Кстати, о главном технологе партии большевиков. Некто Ульянов-Ленин в 1913 году писал о черносотенном движении: «Это тёмный мужицкий демократизм, самый грубый, но и самый глубокий». Странно, верно?   

21 ноября 1905 года в Петербурге, в квартире врача Александра Дубровина, был создан главный совет Союза русского народа. Сегодня, спустя сто с лишним лет, большинству граждан России это не говорит ровно ни о чём. Но если упомянуть «Чёрную сотню», эмоций, без сомнения, прибавится. Сработает ещё один историко-политический стереотип, умело навязанный нам за минувший век. И вновь привидятся толпы лавочников, идущих по улицам русских городов громить еврейские кварталы и квартиры вечно думающих о России интеллигентов.

Попробуем хоть немного разобраться. Помимо Союза русского народа (СРН) с конца 1905-го по 1917 год работало много общественных организаций правоконсервативного толка: Русская монархическая партия, Союз Михаила Архангела, Союз русских людей, Русское собрание и другие. В 1907 году только СРН имел более 900 отделений по всей стране и свыше 400 тысяч членов. Без всякого преувеличения можно сказать, что «чёрная сотня» крайне правых, стоявших на позициях национализма и монархизма, превратилась в «чёрный миллион». Если не больше.

Некоторые организации призывали к радикальной форме политической борьбы, но в большинстве своём черносотенцы вели легальную работу. Съезды, газеты, митинги, думские мандаты и т.д.

В «чёрных сотнях» числились не только лавочники и другие мелкие собственники. Хотя кто сказал, что лавочник – это обязательно негодяй? Козьма Минин тоже был из их числа, держал мясную лавку и скотобойню в Нижнем Новгороде. И сформированное им народное ополчение носило именно такое название – «из людей чёрной сотни». «Вестник Европы» в номере 23/24 за 1826 год так объяснял суть термина: «Чёрных сотен и слобод купцы, также посадские тяглые люди; в их числе крестьяне патриаршие, монастырские, боярские, окольничих и всяких чинов люди, поповы дети, дьячки, пономари, ямщики, охотники и всякие вольные ремесленные и служилые люди…». То есть русский народ.

Но к русскому народу причисляли себя и такие деятели черносотенного движения, как патриархи Тихон и Алексий I, святой праведный отец Иоанн Кронштадтский, священномученик отец Иоанн Восторгов, митрополиты Антоний (Храповицкий), Серафим (Чичагов), учёный Дмитрий Менделеев, поэт Михаил Кузмин, историк Дмитрий Иловайский, политик Владимир Пуришкевич. А вот и совсем «лавочные» фамилии: князья Волконский, Голицын, Куракин, Лобанов-Ростовский, Шаховской, Трубецкой, графы Апраксин, Шереметевы, Бобринский, Толь, Игнатьев. Вместе с ними – министры, генералы, артисты, писатели, журналисты. Тяготели к «чёрной сотне» художники Васнецов, Нестеров, философ Розанов. К слову, последний был убеждён в том, что продли Господь время земной жизни Достоевскому, Фёдор Михайлович неизбежно пришёл бы в одну из черносотенных организаций. Что сделала вдова великого писателя Анна Достоевская.

Была ли пролита черносотенцами кровь подданных государя? Погромы 1905-1906 годов – это главный аргумент, посредством которого у нас до сих пор пытаются – и успешно! – очернить черносотенцев. Но есть ли у этого аргумента факты? Ни один документ не доказывает, что так называемые еврейские погромы в западных губерниях России были организованы черносотенными организациями. Во-первых, большинство погромов прокатилось по стране тогда, когда этих организаций ещё не существовало. Исключая сугубо мирное и респектабельное Русское собрание. Во-вторых, погромы носили не антисемитский, а антиреволюционный характер. В-третьих, лидеры черносотенства и Церкви неоднократно и публично выступали с резкой критикой погромщиков.

Впрочем, это специальный вопрос, о котором подробно в одной статье не скажешь.

Но вот то, что сказать необходимо: после октября 1917 года все черносотенные организации были запрещены. Большинство их активистов уничтожено.

Сейчас в СМИ легко и изящно оперируют возрождёнными политическими терминами. Например, «эсеры». Причём очевидно, что никакой негативной нагрузки это сокращение названия одной из думских (пока ещё. – Прим. авт.) партий не несёт. То ли не знают, то ли забыли, что отличительной чертой политической программы эсеров в начале ХХ века было использование систематического террора. Террористы Гершуни, Азеф, Савенков – это эсеры, а не черносотенцы. Также лояльно относимся к слову «большевики». Понятно, что за ним – мужские костюмы и кондитерские изделия. Но не только пиджаками и конфетами памятны носители названия в России. А вот ещё доброе слово – «чекисты». Кстати, через месяц профессиональный праздник у ФСБ. Так в обиходе и называют – День чекиста. Мило и ласково, согласитесь?

Но представьте, что будет, если кто-то публично предложит отметить День памяти «Чёрной сотни»?

Михаил Быков