13 января 1570 года (по новому стилю) царь Иван Грозный отправил на Дон весточку. Да не простую, а полноценную грамоту.

Из текста следовало, чтобы «атаман Михаил Черкашенин и донские казаки слушали царского посла Новосильцева, едущего в Царь-град через Дон и Азов и тем бы вы нам послужили».

В случае, если казаки послушают и послужат, государь обещался им пожаловать за службу.

Это первый документ российского государства, подтверждающий, что Москва ведает о существовании некой организованной жизни на собственном южном порубежье и дозрела до серьёзных отношений.

Само собой, ведали в Московском Кремле о казаках и ранее. Довольно вспомнить людей Ермака Тимофеевича, наряду с воинами царя Ивана IV участвовавших в покорении Казанского ханства в 1552 году, а после – двинувших в Сибирь-матушку.

Письмо святителя, митрополита Руси Алексия «ко всем христианам, обретающимся в пределах Черленаго яру и по караулом возле Хопор и Дону» датируется и вовсе 1360 годом.

Историк XVIII  века Татищев считал, что казачество на Дону оформилось в субэтнос в XIV веке. Его коллега из XX века Гумилёв отправлял нас в XII век. Сегодня многие специалисты приводят доказательства тому, что следы первых казаков на Дону стоит искать в VIII веке…

Но официальные отношения начались всё ж таки 441 год назад.

Потом много чего было.

В середине XVI века князь Вишневецкий основал на Днепре крепость Хортицу, с которой пошла Запорожская Сечь. Сечевики бились с Польшей и помогали России 200 лет. И только в конце XVIII века императрица Екатерина II пришла к выводу, что на Днепре казакам делать больше нечего, и переселила их на Кубань.
Так возникло Кубанское казачье войско.

Казаки авангардом шли на Восток. В XVII веке открыли для России Охотское море и устье Амура, Камчатку, Сахалин, наконец, Аляску. По дороге оседали на Урале и в безбрежье Сибири. Не без помощи казачьих сотен Россия расширила пределы на Кавказе и в Средней Азии.

К Первой мировой войне русское казачество насчитывало 11 войсковых образований: Донское, Оренбургское, Терское, Сибирское, Уральское, Забайкальское, Кубанское, Астраханское, Семиреченское, Амурское, Уссурийское. Во время войны казаки выставили на фронт 160 конных полков и 176 отдельных сотен. Это не считая пластунских пеших батальонов и артиллерийских батарей.

Именно казачья воинская часть – Собственный Его Императорского Величества конвой, состоявший из двух сотен кубанцев и двух сотен терцев, до момента отречения охранял последнего государя Российской империи.

В годы Гражданской войны большая часть казачества советскую власть не приняла. Как следствие, боевые потери на фронтах, жертвы репрессий, эмиграция, расказачивание…

Если по первой российской переписи 1897 года численность казаков достигала 3 млн человек, то в 2002 году к казакам себя причислили только 140 тыс.

Есть, правда, и другая статистика. Более 7 млн жителей современной Земли считают себя казаками.

В Российской Федерации казачий вопрос – не из простых. За 20 лет принято довольно много весьма противоречивых документов, вопросы казачьего государственного реестра перекладывались на разные государственные структуры. Особо много хлопот вызывал вопрос об оружии и праве на коллективную самооборону. Традиционно на Руси казакам, как людям служилым, полагалось носить огнестрельное и холодное оружие. В современных условиях, отягчённых ситуацией на Кавказе, где располагаются Терское и Кубанское казачьи войска, эта проблема превратилась в неразрешимую.

Последние два-три года интерес государства к казачеству возрос. Не знаю, насколько это внимание помогает казакам в повседневной жизни. В царское время у них были и специальные экономические льготы, и особые обязательства перед страной. Например, в отличие от обыкновенного призывника, казачий сын шёл на службу на собственном коне и с приобретёнными за свой счёт амуницией и оружием.

Но вот что касается вещей статусных, связанных с моральными категориями, тут, похоже, подвижки имеются.

21 января 2011 года в Донском монастыре прошла церемония, родом из нашего славного прошлого. В Большом соборе 11 реестровых войсковых казачьих обществ обрели знамена. Полотнища к древкам были прибиты согласно старому традиционному регламенту. Распорядитель церемонии – председатель Геральдического совета при Президенте России, государственный герольдмейстер РФ Георгий Вилинбахов. Присутствовали заместитель руководителя Администрации Президента России Александр Беглов, председательствующий в Совете при Президенте по делам казачества, председатель Синодального комитета по взаимодействию РПЦ с казачеством епископ Павлово-Посадский Кирилл, войсковые атаманы.

От Русской православной церкви войсковым казачьим обществам переданы 11 хоругвей с ликами Спасителя, Богородицы и небесных покровителей войск.

Торжества продолжились на следующий день уже в Кремле. В Успенском соборе, где издавна короновались на царство русские государи, Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл совершил Божественную литургию и чин освящения знамен.
Можно, разумеется, вновь перечислить высокопоставленных гостей, но, мне кажется, важнее сказать, что организаторы церемонии не забыли тех, кому эти знамена и хоругви нести дальше. В Успенский собор пригласили мальчиков и юношей из Московского кадетского казачьего корпуса имени Шолохова. 

И Успенский собор Кремля, и Донской монастырь – места знаковые. Довольно вспомнить, что икону Донской Божьей Матери казаки передали московскому великому князю Дмитрию перед битвой на поле Куликовом. В 1380 году.

Михаил Быков