Сандуны давно сделались таким же непременным символом первопрестольной, как Царь-колокол, Царь-пушка и Иван-звонарь. Немудрено: московские бани со времён самых давних всегда изумляли иностранцев и способностью «московитов» сигануть прямо из парной в прорубь или сугроб, и дожившей до начала позапрошлого века привычкой мужчин и женщин к совместному мытью назло августейшему запрету – смотри гравюры Жана Делабарта.

Потому никого не удивило, что знаменитый актёр Сила Сандунов с щедростью, присущей его грузинским предкам, в качестве приданого невесте прикупил большой участок дешёвых земель на берегу реки Неглинной (как приятно слышать о них в наши дни!) и построил на них бани, навсегда получившие его имя.

Правда, роскошный банный дворец, стоящий ныне на этих землях, к прославленному актёру не имеет практически никакого отношения. Мельчавший и в конце концов прекратившийся род Силы Сандунова не слишком радел о детище своего предка. И в 1869 году обветшавшие Сандуновские бани оказались собственностью московского купца Ивана Фирсанова, а потом и его дочери Веры, слывшей одной из самых богатых невест Москвы – им же, оставшимся в истории и благодаря названию железнодорожной станции, принадлежало известное лермонтовско-столыпинское имение Середниково под Москвой. Невеста отвергла многих обеспеченных женихов и выбрала небогатого сына известного генерала Ганецкого. Именно генеральскому сыну, как говорили в городе, и принадлежала идея построить на сандуновских землях небывалый дворец для любителей попариться.

Был приглашён модный в ту пору зодчий Борис Фрейденберг, спроектировавший дворец-воспоминание о роскошных термах Древнего Рима. Правда, до конца постройку он не довёл – не вынес склочного и буйного характера заказчика, который, в конце концов, проиграл только что построенное здание... в карты. Но отдадим должное Фирсановой – она прекрасно понимала значение «бренда» и, сунув отвергнутому мужу отступного, выкупила Сандуны, прославившиеся не только громкими именами завсегдатаев (например, вся Москва знала, что по вторникам Сандуны посещает Шаляпин), но и тем, например, что именно «банная» электростанция освещала Москву во время коронации последнего русского императора.

Славились самая знаменитая столичная баня и тем, что, помимо «чертогов» для людей с толстым кошельком, в ней имелось и «простонародное» отделение, куда мог попасть любой желающий. В нынешних Сандунах, завершающих реконструкцию-реставрацию, такового не предусмотрено – благо, ванна дома есть у каждого...

Георгий Осипов