Преподаватель, переводчик, куратор Лиги русистов Феликс Фернандо – один из главных популяризаторов русского языка в Шри-Ланке. В его переводах сингальцы знакомятся с произведениями Водолазкина и Цыпкина, а будущие полицейские и дипломаты с увлечением учат русские скороговорки. Как мальчик, стоявший в четыре утра за хлебом, полюбил Россию через журнал «Советский Союз»; почему его страна с восторгом восприняла возрождение России и как перевести «лавр» или «дачу» на язык тропического острова? Об этом и многом другом – в нашем интервью.

Русский язык на тропическом острове: от детской мечты к государственной программе

– Шри-Ланка и Россия – такие разные миры. С чего для вас лично начался интерес к русскому языку и культуре?

– Несмотря на то, что Шри-Ланка и Россия – два разных мира, у них много общих черт. Я это понял ещё в 10 лет. Тогда у нас был жуткий экономический кризис, и я вставал в 4 утра, чтобы отстоять очередь за хлебом. Место в очереди бронировали заранее, а мы, пацаны, пока ждали, делали уроки под ближайшим фонарём. В какой-то момент являлся глава народного комитета кооператива, хлестал нас деревянной палкой и гнал обратно в очередь. И вот однажды мне попался в руки журнал «Советский Союз». Там была статья о том, как живётся детям в СССР, и я подумал: «Вау, вот бы у нас такая страна была, где к нам так же относились!». С тех пор я загорелся идеей изучать культуру, язык, историю этой крутой страны. Так началось моё путешествие в Россию.

– Вы не только преподаватель, но и куратор Лиги русистов. Преподавателей русского языка и переводчиков в Шри-Ланке не так много. Чувствуете ли вы, что за последнее время профессиональное сообщество русистов в стране растёт и укрепляется?

– Да, ситуация с изучением русского языка в Шри-Ланке действительно улучшается. Когда я учился в Советском Союзе, студентов, которые изучали русский язык и литературу, можно было по пальцам одной руки пересчитать. В высшей школе такой специальности вообще не было, а сейчас русский преподают уже в нескольких университетах Шри-Ланки. Плюс специалистов готовят в российских вузах, а те, в свою очередь, запускают специальные языковые программы и центры.

Раньше в школах русского языка не было ни в одной программе, а теперь его ведут до продвинутого уровня аж в 18 школах. Скоро добавим ещё две в районе Ратнапуры. Кстати, Русский дом в Коломбо – это вообще находка: там курсы по всем уровням от A1 до C2, строго по российским стандартам. Ещё мы запустили спецкурсы в Полицейской академии, Государственном институте языкового образования и Институте международных исследований имени Бандаранаике. А в ближайшее время русский появится в Университете обороны имени сэра Джона Котелавалы.

Чтобы лучше обслуживать российских туристов, я сам веду курс русского для ребят из туротрасли. Русский дом тоже не стоит на месте – ищем пути, чтобы курсы стали обязательными на севере Шри-Ланки. Для всего этого нам нужны эксперты из российских и шри-ланкийских университетов. Плюс срочно требуется, чтобы школьные учителя русского проходили курсы повышения квалификации – тут без помощи и консультаций от российских вузов не обойтись.

Главная загвоздка сейчас – дефицит переводчиков с русского на сингальский и тамильский. Но я рад сообщить, что Русский дом уже устраивает семинары для учителей русского языка, которые хотят заниматься переводами. Так что проблему потихоньку решаем.

Читайте также: Хеманта Сирисена (Шри-Ланка): «Мы помним, какие хорошие отношения были у нашей страны с СССР»

– Если говорить об учениках (тех, кто приходит к вам и вашим коллегам), изменился ли за последние годы портрет ланкийского студента, изучающего русский язык?

– Примерно 10 лет назад русский в Шри-Ланке учили только те молодые люди, которые мечтали о вузе в России. А сейчас всё совсем по-другому. Русский изучают школьники, студенты университетов и те, кто рвётся учиться в Россию. Особенно высок интерес среди взрослых из турбизнеса, но на первом месте полиция Шри-Ланки и те, кто едет в Россию на заработки. Кстати, даже сотрудники посольства Шри-Ланки подключились к изучению языка. В планах у нас также спецкурсы для офицеров армии, иммиграционных и эмигрантских служб. Всех изучающих русский можно разбить на группы: школьники, студенты, силовики, отраслевые специалисты, в том числе медики, отельеры, водители автобусов и гиды. Их цели просты – образование и средства на жизнь.

– Какие трудности испытывают ланкийские студенты при изучении русского?

– Между нашими языками есть и сходства, и различия. Главная трудность для студентов из Шри-Ланки – запоминать, как меняются существительные и прилагательные при склонении по падежам. Всё из-за нехватки разговорной практики. Ещё мучает произношение шипящих звуков – их же почти нет в сингальском и тамильском.

По моей методике мы переводим песни и стихи, обсуждаем сцены из русских фильмов. Особенно зажигает разбор песни «Подмосковные вечера» – студенты в восторге и говорят, что это чувство остаётся навсегда. А когда мы тренируем русские скороговорки, студентов охватывает такой азарт, что нередко можно слышать пару крепких сингальских выражений.

Переводчик как первопроходец: от «Лавра» до православных текстов

– Расскажите о переводе русских текстов на сингальский язык. Что сегодня вызывает интерес у ланкийских издателей и читателей?

– В нашей стране и издатели, и читатели проявляют интерес к современной русской литературе. Конечно, на сингальский уже перевели многих русских и советских классиков, но люди сейчас тяготеют к творчеству авторов, писавших после развала СССР. Новые переводы придирчиво сравнивают с тем, что переводили раньше, – часто звучит критика, порой весьма обоснованная.

– Прочему вы выбрали для перевода романа Евгения Водолазкина «Лавр»? Как современная русская проза находит путь к сердцу сингалоязычного читателя?

– Шри-Ланка – страна, где древняя традиционная медицина до сих пор жива и передаётся из поколения в поколение. Здесь у нас также много людей, которые придерживаются христианских традиций. На мой взгляд, им важно почувствовать, что традиция жива и в других странах. Особенно в России – моей второй родине, стране, которая меня воспитала и повлияла на мое восприятие жизни. Я думаю, это произведение – как раз то, что близко шри-ланкийским читателям по духу.

– Рассказы Александра Цыпкина и «Лавр» – произведения из разных вселенных. Как вы выбираете материал для перевода?

– Писатель, как и переводчик, – это такой социальный первопроходец. На нём лежит ответственность за то, чтобы знакомить своих читателей с новыми взглядами на жизнь, расширять их кругозор, при этом прививая им хороший вкус и воспитывая их на лучших образцах словесности и духовной культуры. Как переводчик я вижу огромный духовный потенциал современной русской литературы. Не важно, историческая это книга или о проблемах современной жизни – я везде вижу наследие русской классики. У нас в стране есть читатели, которые обожают свежие литературные течения. Поэтому я перевожу, опираясь на свои желания и на то, что нужно моим соотечественникам.

Читайте также: Цейлон Бунина и Тарковского

– После столь разных авторов кто следующий?

– Я планирую продолжать работу над произведениями Водолазкина и Цыпкина, а сейчас я перевожу роман Алексея Иванова «Золото бунта».

– Вы участвовали в уникальном проекте – переводе православных текстов на сингальский язык. Как вы к этому пришли?

– Однажды отец Дионисий (сотрудник миссии Русской Православной Церкви на Шри-Ланке иерей Дионисий Гришков – ред.) написал мне: «Переведи, пожалуйста, Божественную литургию святого Иоанна Златоуста». Я ответил: «С удовольствием!» – и перевёл. Получилось без проблем, ведь я христианин, и с литургическими текстами мне приходилось иметь дело.

Взгляд из Коломбо: «Наша родственная страна победила!»

– Как в Шри-Ланке воспринимают Россию, меняется ли что-то в этом отношении?

– Шри-ланкийцы всегда относились к России с огромным уважением. Для них русская культура – как родная, они ценят её до глубины души. Это единственная азиатская культура, которая прижилась в Европе. Когда Советский Союз распался, народ Шри-Ланки переживал настоящее поражение и скорбь.

А как Россия снова встала на ноги и стала мировой державой, они с восторгом говорили: «Наша родственная страна победила!». Шри-ланкийцы никогда не забудут, как Россия использовала право вето в ООН, чтобы защитить наш народ. Поэтому к русским людям и их культуре у нас всегда было и будет глубокое уважение.

Читайте также: Индийский переводчик: «В домах, где люди читали, всегда на полках были русские книги»

– Вы преподаёте русский язык, в том числе в Государственной полицейской академии. В каких ситуациях знание русского становится важным инструментом для помощи людям на вашем острове?

– Все знают, что шри-ланкийцы – народ душевный и гостеприимный по своей натуре. Наша страна расцвела яркими красками благодаря русскоязычным туристам, которые стекаются сюда толпами. Мы считаем священным долгом защищать этих гостей из России и русскоязычных стран. А полиция Шри-Ланки как раз и должна обеспечивать их безопасность, и русский язык для них – просто золотой инструмент в этом деле.

 «Нырять поглубже в русскую душу»

– Победа в Литературном диктанте в Коломбо – что для вас лично значила эта победа?

– Мне нравится вечно копаться в знаниях, обновлять их на лету. Эта победа заставила меня по-настоящему оценить, что я уже знаю. Я окреп духом, стал смелее. И теперь я больше жажду ещё больше литературных знаний – прямо ненасытный.

– Что самое важное должен понять человек, который хочет через язык понять русский культурный код?

– Нужно нырять поглубже в русскую душу!