Русские школы за рубежом готовы продолжать работу и развиваться, но нуждаются в методической поддержке, повышении квалификации преподавателей и современной литературе на русском языке. Потребности и проблемы русских школ определило исследование, проведённое группой учёных под руководством Елены Омельченко, замдиректора Института социально-гуманитарного образования по научной работе, декана факультета регионоведения и этнокультурного образования Московского педагогического государственного университета.

На XV Конгрессе МАПРЯЛ, который откроется 13 сентября, Елена Омельченко выступит с докладом «Образование с русскоязычным компонентом за рубежом: состояние и возможности для развития». Она рассказала «Русскому миру» о положении русских школ в разных странах и влиянии политических событий на популярность русского языка.

Что рассказали в русских школах

– О каком образовании пойдёт речь в вашем докладе – для иностранцев, билингвов или мигрантов?

– Это разные формы, всё зависит от конкретной страны. Где-то оно реализуется во всех трёх формах – для детей соотечественников, билингвов и тех, кто хотел бы изучать русский язык и русскую культуру. Здесь аудитория достаточно широкая. В той же Австралии это реализуется во всех трёх формах. В странах постсоветского пространства, где русскоязычная среда сохранилась, тоже присутствуют все эти виды. А, например, в странах Африки ориентация преимущественно на местное население, и обучение соотечественников представляет единичные случаи.

– Каково состояние образования с русскоязычным компонентом согласно вашему исследованию?

– Я не буду характеризовать его в целом, буду говорить применительно к регионам. Я буду представлять результаты исследования, которое возглавляемая мною команда делала по просьбе Международной ассоциации преподавателей русского языка и литературы. Мы работали с тематикой школьного и дошкольного образования, то есть изучали всё, что связано с несовершеннолетними. И чуть-чуть затрагивали вопросы подготовки педагогов для этого сегмента образования.

Мы проводили интервью с коллегами, учителями, директорами школ и центров дополнительного образования, местными педагогами, преподающими русский язык. Целью было выяснить, какая ситуация в той или иной стране или регионе, какие есть рекомендации по улучшению этой ситуации, какие есть запросы в сторону Российской федерации по поддержке.

– Вы брали различные страны без географической, политической или иной выборки?

– Да. Но могу сказать, что в этом году мы не сильно брали Европу, хотя с представителями некоторых стран беседовали. Потому что ситуация в данный момент может необъективно освещаться в интервью, поскольку всё зависит от позиции конкретного человека. Это первый аргумент. А второй аргумент – мы давно работаем в этой теме, и ситуацию в большинстве европейских стран более или менее представляем себе. И МАПРЯЛ её представляет. Интересно было посмотреть, какие изменения за последние годы произошли в других регионах мира – где растёт, где сужается. И главное, какие шаги, направленные на помощь в сохранении русской культуры, ожидают люди в разных уголках мира.

«Там, где учили русский язык, его продолжают учить»

– Какие тенденции показало исследование?

– Разные, положительные и отрицательные. Есть большой запрос к России на увеличение методической помощи. Не столько разнообразной, сколько более скоординированной. Чтобы в каждой конкретной стране и регионе чётко ставилась задача, и все, кто занимается продвижением русского языка, осуществляли эту поддержку скоординировано.

– Цели, побуждающие жителей разных стран обращаться к изучению русского языка, меняются или остаются теми же?

– Цели у всех разные, это зависит от семьи, от планов ребёнка и родителей, и здесь, наверное, нельзя выстроить общей тенденции. Единственное, что можно сказать, – русскоязычное образование за рубежом имеет большой потенциал для развития при должной поддержке, и может иметь хорошие перспективы. В том числе для привлечения в будущем иностранных студентов и для формирования у подрастающего поколения чувства сопричастности к истории и культуре России, где бы они ни жили.

– Международная ситуация вокруг России повлияла на русскоязычное образование за рубежом?

– В каких-то странах сказалось, всё зависит от позиции местных властей. Например, в ряде случаев за рубежом отменяются фестивали, на которых планировалось представить российскую культуру. Но это тактические изменения. Там, где учили русский язык, его продолжают учить. Снижение количество студентов в ряде случаев отмечают педагоги, но нет такого, чтобы было 200 человек, а стало 2. Колебания могут быть, но долговременной тенденции не замечено. Где-то, наоборот, интерес вырос.

Читайте также: «Интерес к русскому языку не стал меньше. Он переструктурировался». Дмитрий Птюшкин – о настоящем и будущем системы ТРКИ

---

«Должна быть долговременная, планомерная, системная работа с теми или иными странами и организациями»

---

– Проектов, направленных на поддержку русских школ за рубежом, со стороны России довольно много – направляют педагогов, помогают учебниками и пособиями… В каком из аспектов следует усилить поддержку?

– Прежде всего, всё, что делается, нужно увязать в единую систему. В рамках существующих проектов реализуется много полезных и важных инициатив, но нередко бывает так, что в одной и той же стране может быть проведено разными организациями несколько конференций подряд в течение трёх месяцев по поддержке русского языка и культуры. А есть страны, где последнее мероприятие было проведено три года назад. Нужно совершенствовать координацию, кому что доставлять, где что проводить. Должна быть долговременная, планомерная, системная работа с теми или иными странами и организациями.

Не только язык

– Под «образованием с русскоязычным компонентом» подразумевается не только русский язык?

– Безусловно, важен страноведческий компонент. Знание России как страны, важной для всего мира, со всей её богатой культурой, наукой и вкладом в развитие мировой цивилизации. Это и есть самое существенное. Многие приходят к изучению русского языка через интересы в других сферах.

---

«В ряде стран испытывают острую потребность в современной литературе для чтения, особенного детского и подросткового»

---

– Если говорить о литературе, ориентируются ли русские школы за рубежом на российский свод текстов и тенденции в преподавании литературы или идут своим путём?

– Они пользуются тем, что есть в их распоряжении. В ряде стран испытывают острую потребность в современной литературе для чтения, особенного детского и подросткового. Нас интересовал этот вопрос во время исследования. Здесь ещё очень важно, чтобы описываемые реалии были понятны ребятам в том регионе, где это преподаётся. То, что очевидно нам, может быть совсем не очевидно юным жителям Аргентины, Австралии или Замбии. Здесь очень большое поле для работы, и не только для издательств. Что касается учебной литературы, это тоже большая проблема. Поставки из России в ряд стран в последние полтора года осложнены, обложены высоким налогом.

– Затрагивали ли вы в интервью кадровый вопрос в русских школах. Специалистов хватает?

– Дефицит подготовленных кадров всегда имеется. Часто русский язык за границей преподают те, кто не имеет базового филологического образования. Эти люди делают на своём месте всё, что могут, но проблема есть. И те курсы и программы повышения квалификации, которые предлагаются нашей страной, очень важны. Но нередко авторы программ не учитывают особенности местной аудитории в тех или иных странах.

– Онлайн-формат способен изменить ситуацию?

– Да, в некоторых странах в силу удалённости иначе и быть не может. Это очень востребовано. И здесь очень важно понимать, кто там за экраном, для кого мы работаем.

Читайте также: Галина Шамонина: Для каждого русиста большая честь принять участие в Конгрессе МАПРЯЛ