– Санкции? Мы уже это проходили! Благодаря этим санкциям у нас теперь пшеницы больше, чем у них в Америке! – говорит священник Иосиф Глисон. – С введением санкций мы станем только сильнее – в России много места, людей и ресурсов, и никакой Запад не сможет этому помешать.

Отец Иосиф открывает дверь хлева. Корова Эли недовольно мычит, за перегородкой – куры, из своего загона выбегают во двор две козочки, за которыми торопятся Кимберли и Джулия, старшие дочери священника. Пятилетний Кеннет пока наблюдает.

– В Америке у меня было много коз и кур, большой сад, 2 гектара земли, – рассказывает батюшка. – Дом был 650 квадратных футов, то есть 200 метров, здесь поменьше. Я люблю жить «медленной жизнью», на акре земли, водить трактор, работать в саду.

Дом священника в деревне Ивашево под Борисоглебским (10 минут на машине от Ростова Великого) – большая изба с резными наличниками, здесь же гараж, в котором две машины делят место с трактором «Беларус». Работать на нём батюшку учит тракторист из неподалёку стоящего Борисоглебского монастыря (при нас трактор, увы, завести не удалось). Земли 40 соток, но скоро начнёт осваиваться целый гектар неподалёку от дома: там будут горох, капуста, репа, свёкла, брюссельская и цветная капуста.

Отцу Иосифу (в американском прошлом – Джозефу) Глисону, православному священнику из США, было под 40, когда он с женой и восемью детьми уехал с родины. Ему, выросшему в протестантской семье с крепкими корнями и перешедшему со всей общиной, где он был пастором, из англиканства в православие, становилось всё труднее и всё менее безопасно жить в Америке. В стране, где гомосексуализм уравнивается с традиционным браком, пол можно поменять, а в анкетах при приёме на работу следует указывать, как ты ко всему этому относишься. Труднее жить и растить большую семью детей-христиан. Последней каплей стало признание в 2015-м однополых браков законными во всех 50 штатах.

...Глисоны оставляли всё, к чему привыкли, – дом, землю, родной язык, устроенный быт, и ехали в страну, о которой на их родине не услышать доброго слова. И выбрали жизнь в деревне недалеко от Ростова Великого, пусть и включённого в Золотое кольцо, но совсем маленького, одноэтажного. Но американец и у себя в Иллинойсе жил в собственном доме на земле, и потом вокруг была не Америка, где и полуторавековой постройки здания – большая редкость.

– Мы увидели тихий город со множеством древних храмов и монастырей, в которых живёт всё та же вера, что и тысячу лет назад, – вспоминает отец Иосиф, сидя на диване под старинной картиной с евангельским сюжетом. – Здесь эту красоту, эту святость можно потрогать руками, ощутить её... силу... Нет, извините, не могу найти английских слов, чтоб всё это передать!

С русским у священника пока проблемы, этот монолог и некоторые другие мне переводит сидящая рядом юная Кимберли, говорящая по-русски практически без акцента.

Все дети у Глисонов на домашнем обучении, во многом ради которого семья и переехала в Россию. Все музыкальны, и есть в кого: отец батюшки Иосифа гастролировал по всей Америке в составе популярной госпел-группы «Блэквуд Бразерс», которая исполняла христианские песни в протестантских церквях. Священник и сам с русской удалью играет на пианино и гитаре.

К русской вере

Литургия в Богоявленском храме в деревне Красново, в нескольких километрах от дома Глисонов. Отец Иосиф – в алтаре, девочки, знатоки знаменного пения, – на клиросе, матушка Эми с младшим Кеннетом позади, у стенки. Голос у батюшки звучный, чашу с причастием он берёт крепко и уверенно, так же и осеняет храм крестом. Ни дать ни взять – настоящий, классический русский батюшка, каких ещё поискать.

Он служит на двух языках, носит с собой тетради с параллельным переводом, проповедует с переводчиком Кимберли. Служба из-за этого идёт дольше обычного. Пришло время исповеди. Местных отец Иосиф исповедует с небольшими грехами, с серьёзными же исповедями приходят пока не очень хорошо говорящие по-русски прихожане-бразильцы, американцы, греки.

Ещё будучи в Америке, батюшка открыл в соцсетях группу Moving to Russia («Переезд в Россию»), где рассказывал о России, публиковал фотографии из поездок по стране. Переехав сюда, священник начал в интернете делиться видео и переводами, в которых описывал путь своей семьи в нашу страну. Оказалось, людей, интересующихся этой темой, немало: группа нарастила численность до 2 тыс. человек и продолжала пополняться.

Сегодня существует сайт Russian Faith («Русская вера»), материалы которого переводятся на французский, португальский, немецкий, итальянский языки, вплоть до языка бахаса. Отец Иосиф стал получать на почту и в телеграм-канал письма со всего света, от Англии до Индонезии, от людей, ищущих страну с традиционными христианскими ценностями. Многие задают вполне конкретные вопросы. Например, какие документы собирать для переезда в Россию. Отец Иосиф обстоятельно отвечает.

Один из переводчиков и постоянных «исповедников» отца Иосифа – бразилец Херальдо, он же Амвросий. Им с женой хотелось иметь детей и учить их дома в христианской традиции, но власти Бразилии объявили домашнее обучение вне закона, а в государственных школах продвигается гей-пропаганда. Написали отцу Иосифу – и через некоторое время он венчал их в одном из ростовских храмов.

В Богоявленском храме часто причащается американец Джейсон Кэмпбелл, намеревающийся открыть в Переславле-Залесском свой бизнес. Православных американцев Джастина и Ивонну уже не отличить от наших соотечественников, особенно чернобородого папу троих детей.

За несколько лет отец Иосиф помог переехать в Россию нескольким десяткам человек из самых разных стран, и сейчас у него на связи столько же, в том числе люди с японскими паспортами, желающие открыть тут ферму.

По его словам, события на Украине не уменьшили числа православных со всего мира, желающих переехать в Россию. Только сейчас это стоит дороже – из США, например, в Россию можно лететь только через Турцию, ОАЭ или Саудовскую Аравию. И стало труднее переводить сюда деньги. Хотя и это возможно. Так и сделала семья датчанина Дэниэла, три месяца назад поселившаяся в гостевом доме, стенка в стенку с домом Глисонов. Девятимесячный сын, сидящий на руках статной красавицы Миры, мог и не родиться. Будущие родители, по мнению служб опеки, слишком молоды, да к тому же и верующие, в доме иконы... Миру склоняли к аборту, а потом грозили забрать ребёнка. И магистрант-экономист решил уехать с семьёй в Россию. Сейчас молодые люди учат русский, подали заявление на гражданство и собираются по примеру Глисонов строить на заработанные в Дании деньги дом под Борисоглебским, тоже ставить ферму. А ещё рожать и растить детей, которых Дэниэл и Мира видят гражданами России.

Источник: «Российская газета»