С 11 по 14 октября в Уфе проходит VI конгресс Российского общества преподавателей русского языка и литературы. Одна из актуальных для России тем – как сочетать преподавание родного языка в национальных школах с обучением на государственном (русском) языке. Своими мыслями по этому поводу делится ведущий эксперт по билингвизму, профессор Московского педагогического госуниверситета Елизавета Хамраева.

- На Конгрессе РОПРЯЛ Вы расскажете о взаимодействии русского языка как государственного и языков народов России в современном образовательном пространстве. Минувшим летом эта тема была на пике дискуссий, но после внесения поправок в закон об образовании ситуация вроде бы успокоилась. На чём Вы делаете акцент в своём выступлении?

- Ситуация, конечно, относительно стабилизировалась, но мне кажется, это только на некоторое время. Потому что очень многие вопросы остались. В частности, это касается преподавания родного языка и обучения на родном языке – у нас в этой ситуации очень неоднородно выглядят российские регионы. Потому что преподавание родного языка – это 24 региона, из них всего семь учебников родного языка вошли в федеральный перечень. То есть преподавание языка есть, а учебников может и не быть. Ситуация очень непонятная – отсутствует мониторинг, который нам бы это показал.

Второй момент – обучение на родном языке. Ранее существовало несколько моделей. У нас было обучение с 1 по 11 класс, и оно осталось в ряде регионов – это Татарстан, Башкортостан и Якутия. А есть обучение в школах переходного типа, например, на Северном Кавказе. Там в сельских школах с 1 по 5 класс учатся на родном языке, а потом они переходят на русский язык.

Есть регионы, где до 9 класса изучают всё на родном языке, а потом переходят на русский. А есть регионы, которые вообще отказались от обучения на родном языке – например, в Республике Тыва. Но при этом никакого прироста в качестве преподавания русского языка они тоже не получили – и это один из самых неисследованных моментов на сегодня. Если вдаваться в суть проблемы, нельзя сказать, что она полностью решена.

- Когда в Думе проходило обсуждение поправок в закон об образовании», глава думского Комитета по образованию и науке Вячеслав Никонов говорил, что необходимо разработать концепцию преподавания на родных языках народов России.

- К разработке концепции уже приступили несколько учёных, в том числе и я. Но, конечно, эта работа должна быть государственной, её нужно вести на очень серьёзном уровне. В России порядка 135 национальных языков, из них около 10% – те языки, которые приняли статус государственного – наша Конституция это позволяла, и в 90-е годы это произошло.

- То есть получается, что реальное обучение на родных языках – это совсем небольшой процент от общего количества?

- Национальные школы никогда не были массовыми, но они всегда были. У нас много регионов, где есть компактное проживание тех или иных народностей, – сельские местности, высокогорные аулы. И это хорошо, потому что такое положение дел позволяет детям действительно овладевать знаниями. Представляете, что бывает, когда ребёнок из какого-то аула приходит учиться на русском языке, по-русски не говоря? Ему же нужен переходный этап. И всё образование в этом смысле было построено достаточно разумно.

Другое дело, что нововведения, которые пришли в образовательную систему, сильно трансформировали национальную школу. У нас принимались решения, имея ввиду массовую школу, не учитывая школы национальных регионов.

- На прошлогодней Ассамблее Русского мира преподаватели из Татарстана поднимали вопрос по поводу выбора между родным и русским языком…

- Тут речь идёт не о школах, где учатся на родном языке, а об изучении родного языка в национальных регионах. Это другая ситуация. Курс русского языка был разделён на русский как государственный и русский как родной. И если ты выбираешь курс русского языка как родного, то у тебя из учебного плана исчезает предмет «родной язык» – например, чувашский или татарский.

Школы начинают хитрить – у них нет учителя по родному языку, и они говорят: выбирайте русский. Или наоборот. В Казани, к примеру, было очень много учителей родного языка, которые прошли специальную подготовку. А когда приняли разделение на государственный и родной язык, родители испугались, что дети будут как-то ущемлены, и все написали – прошу считать родным языком русский. Получилось так, что для большого числа преподавателей родного языка (татарского) не осталось школьной нагрузки.

Принятие поправок к закону об образовании сняло основной накал дискуссий. Потому что пока нет понимания, в какой пропорции родной язык должен присутствовать в жизни ребёнка, который на этом языке говорит дома. И всё же, хотя сейчас споры утихли, вопрос не решён окончательно.

- То есть опять мы приходим к той самой концепции образовании на родных языках. Со сроками её подготовки есть какая-то ясность?

- Я думаю, что до тех пор, пока эта концепция не будет сформулирована, мы не сможем решить этот вопрос окончательно. 29 октября в Госдуме опять будет проходить рассмотрение этого вопроса. Там, видимо, будут обозначены и сроки, когда эта концепция должна быть подготовлена. Пока мы находимся в состоянии работы.