RUS
EN
 / Главная / Публикации / Земляки Тургенева

Земляки Тургенева

Сергей Виноградов09.11.2018

Двухсотлетие Ивана Тургенева широко празднуют не только в Москве, Париже и Баден-Бадене. Лебедянь, Щигры и Топки, а также другие городки и сёла Орловской и Курской областей, прославленные писателем в «Записках охотника», тоже готовятся к его юбилею. В здешних местах, которые называют тургеневским полесьем исследователи творчества писателя и орловские егеря, многое изменилось, но охота до сих пор отменная.

И люди тургеневской закваски до сих пор живут. В Льгове, например, восстановили из руин церковь, описанную Тургеневым в рассказе «Льгов», и хотят открыть там музей. В Меркулово, где жил прототип главного героя рассказа «Степной Король Лир», установили народную мемориальную доску в честь этого события. А в Ильинском реставрируют крестьянские платья тургеневской поры и разучивают песни середины XIX века.

Слова орловского языка

Летом и осенью 1846 года молодой Иван Тургенев отложил перо и увлечённо занялся охотой в родных местах. За три-четыре месяца настрелял не только уток и тетеревов, но и сюжетов для книги «Записки охотника», которая в одночасье вывела его в число первейших русских писателей эпохи. Салтыков-Щедрин считал, что Тургенев создал новый жанр народной прозы. Но рассказы хвалили не все, звучала и критика. Известный критик Белинский писал, что Тургенев «пересаливает в употреблении орловского языка». Писатель не мог привести на двор к критику живого орловского крестьянина, чтобы доказать, что передавал речь персонажей правдиво. А записи говора местных жителей, которые можно послушать в народном музее «Тургеневское полесье» в селе Ильинское, свидетельствуют, что на орловском языке, схваченном писателем, здесь говорили ещё полвека назад.

 Н. Д. Дмитриев-Оренбургский. И. С. Тургенев на охоте, 1879

Если Тургенев с чем и «пересаливал», так это с орловской топографией. «Кому случалось из Болховского уезда перебираться в Жиздринский…», – так начинается «Хорь и Калиныч», первый рассказ из «Записок охотника». Отчего писателю чрезвычайно важно упомянуть все деревушки и речушки, через которые он проходил? Охотничьими тропами с «Записками охотника» в руках поклонники творчества Тургенева проходили многократно и всякий раз убеждались в правдивости почти всех упоминаний местных названий. Если сказано, что от одной деревни до другой пять вёрст, то хоть автомобильным счетчиком проверяй – тютелька в тютельку.

Но к чему такая точность? То ли, воссоздавая на клочке Орловской губернии всю большую Россию, решил не врать даже в мелочах. То ли отдавал дань жителям конкретных деревень, помогавших ему приютом, советом или тарелкой щей в создании «Записок охотника».

Сучок возвращается во Льгов

«Льгов – большое степное село с весьма древней каменной церковью и двумя мельницами на болотистой речке Росоте», – пишет Тургенев в начале рассказа «Льгов», одного из самых известных в «Записках». Сегодняшний Льгов остаётся крупным селом – более ста дворов, и церковь существует. Долго стояла разрушенной, но несколько лет назад её восстановили.


Вот только с речкой поднапутал классик. Во Льгове протекает Вытебеть, а он придумал Росоту. Здешняя жительница Наталья Болгова убеждена, что Вытебеть не попала в «Записки охотника» из-за неблагозвучности.

Церковь в с. Льгов. Фото: orlpolesie.ruНаталья Болгова – москвичка. Много лет приезжала в тургеневские места отдохнуть душой, потом оказалась в местном фольклорном коллективе и окунулась в изучение говоров. А когда узнала, что во Льгове продают недорого добротный дом, купила его и переселилась насовсем. Теперь Наталья хочет создать в селе «Музей одного рассказа» и уже многое для этого сделала – приобрела заросший участок рядом с церковью и убедила местные власти помочь с его расчисткой. В планах – разбить территорию будущего музея на сектора: в одном будут рассказывать о русской охоте и тургеневских охотничьих привычках, второй будет отдан главному герою рассказа «Льгов» старику по прозвищу Сучок (он местный, льговский), третий посвятят здешнему крестьянскому быту тургеневских времен. «Знаете, стало обидно – автобусы с туристами едут мимо Льгова, а сюда не заглядывают, потому что посмотреть пока нечего», – сетует в интервью «Русскому миру» Наталья Болгова.

Детали крестьянского быта воссоздают и в народном музее села Ильинское, расположенного неподалеку от Льгова. Его руководитель Любовь Нелюдимова основала музей 26 лет назад. «Я была директором дома культуры, люди стали мне разные интересные вещи нести из сундуков и чердаков, – рассказывает она. – Вот и решили сделать музей, старинное здание с мужем отремонтировали».

Чего тут только нет – орудия труда, посуда, одежда и многое другое. Есть и очень старые вещи. Например, мужской сюртук – его точный возраст не определить, но на одном из рисунков Тургенев изображен точно в таком же. Ощутив интерес местных жителей и туристов, а в музей «Тургеневское полесье» заглядывают по рекомендации мемориального дома-музея Спасское-Лутовиново гости со всего мира, в Ильинском активизировали работу по возвращению духа тургеневских времён. Сегодня здесь знают, что носили крестьяне той эпохи, какими блюдами встречали промокшего и озябшего писателя, и что ему пели – для этого в Ильинском даже ансамбль создали, разыскали старые песни, а говор «сняли» по записям.

Литературно-краеведческий музей «Тургеневское полесье» в с. Ильинское. Фото: orlpolesie.ruИзвестный журналист Василий Песков прошёл тургеневскими тропами в 2000-е. Для полноты впечатлений прихватил с собой ружье. Он описывает, как настрелял уток подо Льговом и как искал упомянутый в рассказе «Певцы» кабачок в деревне Колотовка. А ещё – как отдыхал от дороги на Бежином лугу.

В тургеневском саду

Орловское село Топки в «Записки охотника» не попало, но ассоциируется с лёгкой руки поэта Афанасия Фета с романом Тургенева «Дворянское гнездо». В Топках находилось одно из имений матери Тургенева Варвары Петровны, и он привозил сюда Фета поохотится. Позднее, когда вышло «Дворянское гнездо», поэт написал, что имение Лаврецких Васильевское Тургенев срисовал с Топок.

Имение не сохранилось, можно обнаружить разве что фундаменты барского дома и флигеля для гостей, но тургеневский сад существует в Топках и поныне. Хотя ухода за ним нет, фруктовые деревья плодоносят, да и строгая планировка угадывается. Сюда на занятия водит своих учеников преподаватель русского языка и литературы местной школы Елена Павлова. Она же заведует школьным музеем, в котором Тургеневу уделено особое место.

Национальный парк «Орловское полесье». Фото: bikelifeforms.ru«Топки были отдаленным имением Варвары Петровны, сюда она ссылала непокорных, провинившихся крестьян, – рассказывает учительница. – Часть нашей экспозиции посвящена семье Ивана Ивановича Замятина, который был сюда сослан барыней. Его сын Ардалион Иванович Замятин был первым учителем в нашей школе и оставил воспоминания. Например, он пишет о том, как в детстве встретил Тургенева в Топках. Могилы Ардалиона Замятина и его дочерей, тоже учителей, и сегодня можно найти на нашем сельском кладбище».

К юбилею Ивана Тургенева в школе села Топки готовятся уже несколько недель – разучивают и репетируют отрывки для коротких постановок. «Всей школой будем отмечать, – говорит Елена Павлова. – У нас всего десять ребят учится, всех и задействуем». И местные жители небольших Топок придут в полном составе. Ну, разве, кто-нибудь на охоту уйдёт.

Также по теме

Новые публикации

15 февраля исполняется 30 лет со дня вывода советских войск из Афганистана. Время быстротечно, и немало воды утекло за эти годы в реке Амударья, по мосту через которую выводил войска на советскую территорию командующий 40-й армией генерал Борис Громов.
«Мудрые государственные деятели России всегда знают, как выбирать своих иностранных представителей», – так писала одна из американских газет в 1851 году о российском после в США Александре Бодиско. Он проработал на этом посту 17 лет – рекордный срок. Уважение к нему было столь велико, что в день его похорон американский конгресс на день прервал работу, что стало беспрецедентным событием.
Ивана Андреевича Крылова, 250-летие которого мы отмечаем, все знают как автора замечательных басен. Между тем современникам он не менее был известен как автор популярных пьес, но ещё больше – как один из главных русских чудаков.
Абделлатиф Мохамед Эльсайед Рефат – директор и преподаватель языкового центра «Восток» (Хургада), где изучается русский язык. Дипломированный преподаватель РКИ, выпускник московского вуза, сейчас он обучает жителей Хургады как русскому, так и арабскому языкам. Он рассказал корреспонденту «Русского мира» о возможностях обучения в Хургаде и об отношении простых египтян к нашей стране.
Почему современному политику не обойтись без багажа пословиц и поговорок и как русская фразеология стала международным брендом, в кильватере которого следует вся Европа и часть Америки? Об этом рассказывает профессор Санкт-Петербургского университета, автор «Большого словаря русских крылатых слов» и «Большого словаря русских пословиц и поговорок», почётный председатель Фразеологической комиссии при Международном комитете славистов Валерий Мокиенко.
Выставка «Путешествие с Достоевским» открыта в петербургском Музее железных дорог России. Экспозиция рассказывает о том, куда и на чём великий русский писатель перемещался по железной дороге, как под стук колес менялось его мнение о России и Европе и в каком именно вагоне познакомились герои романа «Идиот» князь Мышкин и Парфён Рогожин. Музейный эксперимент по привлечению новой публики удался – среди экспонатов по сути технического музея ходит начитанная публика и иностранцы, привлечённые именем Достоевского.
8 февраля в Фотоцентре Союза журналистов России (Москва) открылась фотовыставка «Афган – наша память!», посвящённая 30-летию окончания боевых действий и вывода советских войск из Афганистана. Выставка организована при поддержке фонда «Русский мир», Московского комитета ветеранов войны и ряда других ветеранских объединений.
Со Второй мировой войной связано возникновение новой, «второй» волны эмиграции из СССР, состоящей преимущественно из т. н. перемещённых лиц («ди-пи») – русских квалифицированных рабочих, угнанных на работу в Германию, а также военнопленных. По далеко не полным данным местных советов, с оккупированных территорий из СССР было насильственно перемещено 4 797 089 человек. Кроме того, органами репатриации было учтено 2 016 480 военнослужащих советской армии, оказавшихся в плену.