Двести километров, отделяющих Тотьму от Вологды, гость ощущает как все пятьсот. Временами не столько едешь, сколько крадёшься, объезжая выбоины. На хороший километр – два трясучих. Но делать нечего, приходится ехать, ведь другим способом в Тотьму не попасть. Железной дороги и аэропорта в городе нет, а местные реки с забавными названиями Толшма  и Пёсья Деньга, несмотря на славу города мореходов, для серьёзного судоходства не приспособлены.

Несмотря на это, островного мировоззрения у тотьмичей не возникло. Иностранные туристы здесь не редкость (тут и там указатели на английском языке, мало какой районный центр может похвастать такой открытостью миру), кроме того, на улице можно запросто встретить легендарного путешественника Фёдора Конюхова, который открыл в Тотьме резиденцию и между экспедициями проводит занятия с детьми.  

По количеству музеев на душу населения Тотьма с 10-тысячной численностью жителей, наверняка, один из передовых городов России: музей мореходов, дом-музей Ивана Кускова, музей церковной старины, дом-музей Николая Рубцова (поэт учился здесь).     

     

Тотемские храмы похожи на корабли. Фото: А. Коркка      

Празднования 880-летия со дня упоминания Тотьмы в новгородской грамоте, а также 205-летия основания российской крепости Форт Росс собрало в маленькой Тотьме более десяти тысяч гостей. В течение трёх дней на открытых площадках города проходили концерты, фестивали, пиршества и квесты. Гость праздника Дмитрий Харатьян представил приключенческую картину про Форт Росс. 

«Good morning!» – «Добрый вечер!»   

Историческая реальность, впрочем, интереснее любой выдумки киношников. Тотьмич Иван Кусков в молодые годы оказался на Аляске, куда отправился вместе с архангельским купцом Александром Барановым, позднее возглавившим русские поселения в Северной Америке. Баранов отправил Кускова в Калифорнию, о которой землякам рассказал граф Николай Резанов (тот самый, из «Юноны и Авось»), для основания поселения и налаживания торговли с испанцами. 

Кусков совершил пять морских походов в Калифорнию, и 30 августа 1812 года флаг России был поднят над построенным фортом Росс в окрестностях современного Сан-Франциско. Землю под строительство форта Кускову удалось купить за три одеяла, три пары штанов, два топора, три мотыги и несколько ниток жемчуга. Форт возвели за полгода. Спустя десять лет Иван Кусков отправился домой – и прибыл в 1823 году с женой-алеуткой. Купил дом, в котором и скончался спустя несколько месяцев: долгая дорога подкосила здоровье. 

Сейчас в доме Кускова располагается его музей, который пополняется экспонатами, привезёнными друзьями музея из калифорнийских странствий. Между тотемскими краеведами и работниками музея Форт Росс существует многолетняя дружба. Они связались ещё в середине 70-х годов прошлого века и всегда поддерживали друг друга. В 80-е годы американцы помогли с экспонатами для музея, который открылся в бывшей коммуналке. А когда в 2010-м году Форт Росс оказался под угрозой закрытия из-за убыточности, тотьмичи попросили губернатора Вологодской области встретиться с тогдашним губернатором Калифорнии Арнольдом Шварценеггером и заступиться за музей. Встреча состоялась, и «терминатор» оказался не железным.        

Тёплым августовским вечером тотьмичи вышли на связь с калифорнийцами через Интернет. Традиция колокольных перезвонов, родившаяся много лет назад, теперь подкрепляется картинкой. В Тотьме восемь часов вечера, в Калифорнии – 10 часов утра. «Good morning!» – «Добрый вечер».   

На центральной площади Тотьмы на перезвон собралось более трёхсот человек – власти муниципальные и музейные, фольклорные коллективы, тотьмичи и гости праздника. Перед американской камерой встали лишь несколько человек – коллектив в музее небольшой, а гости ещё не заполнили Форт Росс по причине раннего времени.

Вот председатель общества по сохранению Форта Росс Сара Свидлер, рядом – менеджер программ Форта Хэнк Бирнбаум и представители индейского племени кашайя-помо. Несколько лет назад в Тотьму приезжала большая делегация индейцев этого племени, которые очень чтут Ивана Кускова. В один из вечеров гости исполнили замысловатый обряд на месте предполагаемого захоронения Кускова.

Беседа во время телемоста не ограничилась приветствиями. Говорили о погоде (на Вологодчину пришло долгожданное тепло), о новостях, посетителях и программах сотрудничества. А потом в диалог вступили колокола – с тотемского берега их двенадцать, с калифорнийского – один, зато огромный.

Работники Форта Росс приезжали в Россию недавно и участвовали в российско-американском форуме «Диалог Форт Росс». По словам Сары Свидлер, именно сегодня необходим дополнительный канал коммуникации между США и Россией, чтобы «уравновесить приливы и отливы». 

Кусков мост, раскинувшийся между странами, пускай узенький и шаткий, ещё не рухнул.      

    

На гербах вологодских городов сплошь лоси да медведи. А на тотемском гербе скачет чёрная лиса, которая родом с Аляски и в здешних лесах сроду не водилась. Лису нанесли после того, как тотемские купцы в середине XVIII века подарили императрице Екатерине Второй добытые на Аляске меха, присовокупив их к картам открытых земель. 

Спустя 250 лет чёрная лиса поселилась в Тотьме. В субботу был установлен памятник аляскинской лисе, которая мирно уселась на деревянном пенёчке, по-кошачьи положив хвост на лапы, а не несётся вскачь, как на гербе. Средства на арт-объект собирали всем миром, и мир откликнулся. Пожертвования приходили не только из самых разных регионов России, но также из США, с Украины и из других стран.

      

Об Америке и торговых экспедициях тотьмичей на улицах города напоминает не только чёрная лиса и указатели на английском языке. На въезде в Тотьму расположился придорожный кемпинг «Аляска», а в центре открыли детское кафе «Калифорния». Воззрения тотемского общепита на традиции американской кухни могут вызвать улыбку (здешний гамбургер больше похож на бутерброд, а селёдка с хлебом в меню зовётся исконным индейским блюдом, но заведения редко пустуют).   

Удаленность от мировых океанов не мешает процветанию культа солеваров, мореплавателей, путешественников и предприимчивых купцов. Ещё в Средние века город разбогател на соли, тотьмичи одними из первых в России научились добывать и варить соль, которая ценилась в тогдашней Руси на вес золота. 

Тотьма и по сей день не до конца опреснилась. Вместе с молодым директором Тотемского музейного объединения Алексеем Новосёловым (после школы уехал в Санкт-Петербург, но вернулся поднимать культуру в родном городе) мы, отвлекшись от праздничных гуляний, в сумерках пробираемся на окраину городу в район Варницы. И всё для того, чтобы попробовать вкус исторической соли, вокруг которого вырос город-юбиляр. Миновав десяток закоулков, под лай собак из-за заборов, мы добрались до небольшого пруда, из которого торчит бревно, вбитое сюда не одну сотню лет назад. Бревно внутри полое, и подобно водопроводу оно доставило на поверхность воду из соляных источников. На вкус вода чуть подсоленная, напоминает минеральную. «Тотемские женщины в ней огурцы солят, получаются свежепросольные, хрустящие», – говорит Алексей Новосёлов.

В XVIII веке, когда были открыты другие месторождения соли и продукт подешевел, местные капиталисты стали искать иные бизнес-проекты. Хрустящими огурцами отчего-то заниматься не стали, избрав торговлю с дальними землями. Купцы Фёдор Холодилов и Никифор Трапезников в 1747 году снарядили и отправили на промыслы судно «Иоанн» к берегам острова Беринга. Это положило начало освоения тотьмичами земель, которые потом назвали Русской Америкой.