– В чём секрет долголетия? Во-первых, жанр. Фильм лёгкий, приключенческий, а это всегда привлекало и будет привлекать людей. Кроме того, вероятно, людям понравилось сочетание по-настоящему «р-р-революционного», через три «р», материала, весёлого сюжета и человечной темы. Это было необычно. И, конечно, свою роль сыграла экзотика тех мест, в которых мы снимали.  И герои там необычные, каких на экране не видели, – тех же чукчей возьмём. В фильме много простых чукчей, не артистов, и эта правда, наверное,  чувствуется. Всё, что я перечислил, работает на разном возрастном и, как выяснилось, временном уровне, что добавило «Начальнику Чукотки» долголетия. Меня это очень радует. 

– Согласен с вами. Пусть он наивен и где-то вызывает улыбку, но он сражается за правду и хочет сделать жизнь людей лучше, забыв о себе и своём благе. Такой герой не может не вызывать сочувствие, потому что эти качества живут в каждом и находят отголоски во всех. Скажу так – с таким, как наш Алексей, жить на Земле веселее. Пусть он и вымышленный персонаж. 

– А вот тут интересная история. Вроде бы, планы Алексея несбыточны и фантасмагоричны, но когда их произносит горящий этими мечтами человек, мы невольно верим в то, что они сбудутся. Заражаемся его верой в то, что можно кардинально изменить жизнь, сделать её лучшей для всех и каждого. Эта полудетская надежда на лучшее, которая живёт в нас, несмотря на любые мировые события. Наверное, всё это тоже внесло свою лепту в популярность картины.

– Да нет, конечно, это миф. Анекдоты существовали и раньше. И, насколько мне вспоминается, фильм не всколыхнул какой-то популярности темы Чукотки и её жителей. Но на самой Чукотке, видимо, считают иначе. Слышал, там хотят установить памятник герою нашему фильма и главному герою. О чём это говорит? О том, что Чукотка, которая, разумеется, стала совершенно иной за сто лет, благодарна красноармейцу Алексею и таким, как он. Если памятник появится, мне будет очень приятно. 

– А почему либо – либо? Надо разные фильмы о революции снимать, и такие, и другие, –разные. О жизни людей, об эпохе, о характерах той поры. Они могут быть смешными, горькими, печальными, духоподъёмными – пусть будут разные. И кому-то или чему-то здесь нельзя отдавать особое предпочтение. Я считаю, что по заказу далеко не всегда получается что-то путное. Режиссёр должен понимать и в какой-то степени выстрадать то, что он хочет рассказать зрителю. И увлечь его собственным взглядом и переживаниями.  

– К сожалению, я плохо знаю современную армию, а потому вряд ли взялся бы за картину о сегодняшних военных. Всегда снимал только тех людей и ту эпоху, которую хорошо знал и чувствовал.  

– Никакой связи между событиями в Чехословакии и выходом нашей картины нет. Человеческое лицо русского солдата? Да, в какой-то степени. Но я выразился бы иначе – мне хотелось показать русского человека в военной форме. Он смешной, немного нелепый, забавный парень. Но я никогда не слышал упрёков в том, что в образе Збруева мы как то принизили русского солдата или посмеялись над ним. Ни тогда, ни после. У Збруева тоже долгая жизнь получилась.   

– У Вас в этом году есть и другой юбиляр – картине «Старший сын» исполняется 40 лет. Евгений Леонов, сыгравший Сарафанова, пишет в письме сыну о том, что влюблён в персонажа. И Вас записывает в единомышленники. Леонов в роли Сарафанова – стопроцентное попадание, как он появился в картине? И ещё – как полагаете, вам с Леоновым удалось достичь понимания?  

– Надеюсь, удалось, у фильма много поклонников, и его до сих пор часто показывают по телевизору. С Евгением Леоновым мы были знакомы много лет, он снимался в других моих картинах. И я задолго до работы над «Старшим сыном» определил снимать в роли  Сарафанова именно Евгения Павловича и только его. Прошли годы, прежде чем мне удалось это осуществить, но других кандидатов на эту роль я не видел. Это его роль.

– Его не нужно было искать, эти авторы были хорошо известны. Но почему-то их произведения не экранизировали, да и на театральной сцене особенно не ставили. Вампиловские «Старший сын» и «Утиная охота» были фактически запрещены для театров, и мне стоило больших трудов поставить по ним фильмы. «Отпуск в сентябре», который снят по «Утиной охоте», шёл к зрителю много лет. Что касается Мережковского (к/ф «Бедный, бедный Павел». – Ред.), то мне было важно показать иной взгляд на русскую историю. И в какое-то время Мережковский стал созвучен нашей эпохе.  

– Вы снимали ленты о самых разных исторических эпохах, но ко времени Великой Отечественной войны, которую пережили, обратились лишь в нулевые годы в картине «Агитбригада "Бей врага! "». Почему?  

– Трудно сказать. Не было возможности, не было интересной идеи, которую хотелось бы воплотить. Подобные вещи не делаются по заказу или по капризу – об этом снимал, о том снимал, дай-ка и про это сниму. Картина «Агитбригада "Бей врага!"» родилась из того, что я вспомнил какие-то эпизоды из своей жизни и жизни моих близких и решил, что они могут быть интересны не только мне. Это моя история, увиденная и прожитая мной, тыловым мальчишкой. В 1945 году я окончил школу.

– Да, готовлю сценарий для картины о 50-х послевоенных годах, кино о кино. В основе – мои воспоминаниях об этих годах и о моих первых кинематографических опытах. Многое беру из собственной жизни, но это не отменяет изучения материала, реалий эпохи. Езжу в командировки, читаю книги, беседую с людьми. Кино – это моя жизнь, любимое дело. Буду работать, пока смогу.