Известный роман Бориса Пастернака «Доктор Живаго» стал достоянием мировой литературы благодаря первому в мире переводу на итальянский язык. Его сделал Пьетро Цветеремич. И теперь, в 2015 году, Пастернаку и Цветеремичу в Мессине благодарные потомки установили памятники. 

Будучи консультантом по русской культуре и литературе наиболее крупных итальянских книжных издательств – Бомпьяни, Гардзанти, Мондадори, Риццоли, Сансони, Фельтринелли, – Цветеремич глубоко знал русскую литературу. Он рецензировал и переводил на итальянский язык русских классиков:Достоевского, Толстого, Чехова, менее известных на Западе писателей и поэтов (Дудинцева, Некрасова, Пришвина, Зощенко, Паустовского, Цветаеву), а также представителей альтернативной литературы (Войновича, Гроссмана, Платонова, Максимова, Синявского, Солженицына). Цветеремич одним из первых на Западе проявил интерес к русским бардам, произведениям Галича, Окуджавы, Высоцкого.

Значителен вклад Пьетро Цветеремича в историографию. Одним из его фундаментальных трудов является исследование роли Парвуса (Израиля Лазаревича Гельфанда), организовавшего проезд Ленина в специальном поезде русских революционеров из Германии в Петроград. Цветеремичем был также собран и передан в Институт мировой литературы имени Горького при Академии наук СССР огромный массив документов, связанных с пребыванием Максима Горького в Италии.

Прочитав первым рукопись романа «Доктор Живаго», переданную ему издателем Фельтринелли, Цветеремич отметил, что «не опубликовать такую книгу – значит совершить преступление против культуры». Эта рецензия окончательно убедила Фельтринелли в необходимости издать роман. Советские власти, узнав о готовящемся переводе романа на итальянский язык, пытались оказать давление на Пастернака. Ему предложили сослаться на недоработки и обратиться к переводчику с просьбой приостановить работу и вернуть рукопись. Однако, согласно договорённости, Цветеремич принимал во внимание лишь письма, написанные Пастернаком по-французски, в которых писатель настаивал на публикации рукописной версии в ближайшие сроки.

«Доктор Живаго» был впервые опубликован в Италии в ноябре 1957 года. По окончании работы над переводом Цветеремич приехал в Москву в сентябре 1957 года и надеялся лично встретиться с Пастернаком. Эта встреча тогда не состоялась. 

Однако в 2015 году автору и его переводчику судьба всё-таки дала шанс для встречи: их образы, воплощённые в бронзе, отныне вдохновляют студентов и гостей университета в Мессине. 

Встреча Анны Ахматовой с Италией была иной. Вот что она писала о ней в дневнике: «В 1912 году проехала по северной Италии. Впечатление от итальянской живописи и архитектуры огромно: оно похоже на сновидение, которое помнишь всю жизнь». 

Вторая встреча Ахматовой с Италией случилась через 52 года, в 1964 году, когда ей в старинном замке Урсино в Катании вручили международную премию «Этна–Таормина» в связи с изданием в Италии её сборника стихов. Именно тогда она получила неофициальный титул «Великая княгиня русской поэзии». 

И почти через 52 года, в 2015 году, Анна Ахматова вновь встречается с Италией. Есть какая-то таинственная закономерность или совпадение, но каждый свой визит в Италию Ахматова повторяет через 52 года. 

Кстати, по предложению генерального консула России в Палермо Владимира Короткова при поддержке администрации г. Таормины, литературного фонда имени семьи Пикколо ди Калановелла и Литературного института имени Горького принято решение возродить международную поэтическую премию «Этна–Таормина», но теперь – имени Анны Ахматовой. В июле 2014 года, в 50-ю годовщину премирования Ахматовой, состоялось торжественное вручение возобновлённой премии первому лауреату – российской поэтессе Л. Васильевой. А в декабре того же года прошли первые «Ахматовские чтения».

В новой Москве, в посёлке Ново-Переделкино, есть улица Ахматовой. Параллельно ей выстроилась улица Пастернака. Такая параллельность прослеживается и в жизни обоих поэтов: каждый из них был по-своему велик и самодостаточен, но каждый из них с большим уважением относился к творчеству другого. 

Так или иначе, имена Анны Ахматовой и Бориса Пастернака теперь неразрывно связаны с Сицилией. Две звезды русской поэзии, закрывшие страницу великой книги стихов Серебряного века, вновь встретились в Италии. На этот раз навсегда. Они, как и Пьетро Цветеремич, благодаря которому «Доктор Живаго» Пастернака получил вторую жизнь, заслужили, чтобы память о них пребывала и на древней земле Тринакрии.