Книга «Труды по истории Смутного времени», как ожидается, увидит свет в конце 2015 года. Подписанный между фондом «Русский мир» и Фондом русской народной и православной культуры, традиций и ремёсел договор о сотрудничестве, обещает, что восстановление из небытия монографии и самого имени Сергея Шереметева – российского общественного деятеля, историка и исследователя древностей – это лишь начало большой работы по сохранению исторического наследия.

Сергей Дмитриевич Шереметев – московский губернский предводитель дворянства, тот самый граф Шереметев, который в 1918 году, за несколько месяцев до своей кончины, принёс ключи от всех обширных владений рода Шереметевых наркому просвещения советской России Анатолию Луначарскому со словами: «Наше время прошло. Прошу вас наше имущество передать России и беречь его во благо России». Лишь малая часть этого имущества – здание Государственного исторического музея, Российской государственной библиотеки, усадеб Останкино и Михайловское – до сих пор определяет лицо не только Москвы, но всей страны.

Лишь сейчас наступает время, которое предвидел граф Шереметев. Он ещё с конца ХIХ века начал составлять родословную не только фамильных – всех российских дворянских усадеб, поняв, что совсем скоро потомки по усадебному быту будут изучать историю русской цивилизации. А ведь так и есть: сегодня, когда от большинства провинциальных дворянских усадеб не осталось и следа, когда уже невозможно не то что вернуть развалины, но и даже «прочитать» фундамент дома, восстановить облик прошлого помогают в том числе коллекция чертежей и научных работ Сергея Шереметева. 

– Он раньше других понял, что с уничтожением усадеб, упадок которых, кстати, начался еще в конце ХIХ века, исчезнет не просто часть русской культуры, – говорит Марина Ковалева, доцент Историко-архивного института РГГУ и автор нескольких работ о семье Шереметевых, составитель книги «Труды по истории Смутного времени», – нарушится система её организации. Вместе с ней прервётся связь времён и постепенно уйдёт уважение к ушедшим, результатом станет то, что произошло в 1917 году и позже – духовное опустошение нации. Именно тем и ценны научные и публицистические работы графа Шереметева, что они своего рода путеводитель по маршруту, который позволяет восстановить прерванную связь поколений. 

В доказательство Ковалёва приводит пример того, как Сергей Шереметев на всех уровнях – научном, общественном и государственном, как предводитель московского дворянства, вхожий к императору, – боролся за сохранение исторического облика Москвы. «Нынешние заправилы городского хозяйства говорят нам, что скоро мы не узнаем Москвы, – пишет он. – Она будет европейской вполне. Но тогда ей конец. Мы повторяем ошибки минувшего с изумительно простым и преступным легкомыслием. Но рядом с ними неизбежно должен повториться и отпор». 

Трудно спорить с Мариной Ковалёвой: любую дату, включая 2015 год, можно поставить под этими пророческими словами. Кстати, сам граф Шереметев вполне самокритично относился к своим историческим изысканиям. Будущую книгу «Труды по истории Смутного времени», выходящую в свет в конце 2015 года, Сергей Шереметев назвал «Наскоки дилетанта на русскую историю». 

Некоторая провокативность в названии объяснима для конца ХIХ – начала ХХ столетия. Дело в том, что в тот период истории трактовка Смутного времени была однозначной, той, которую позже переняла и советская историография: «Смуту на Русь принесли интервенты». А Шереметев, сознательно избегая анализировать политическую составляющую Смуты, тщательно, на основании архивов, документов и закладных исследует имущественные, земельные и семейные отношения той эпохи, чтобы ответить на главный вопрос – кому было выгодно то, что произошло с царевичем Дмитрием в Угличе? Оставаясь последовательным сторонником версии о том, что Дмитрий чудом остался жив, Сергей Шереметев подводит к заключению, что острый внутренний конфликт элит привел к гражданской войне, плодами которой хотели воспользоваться внешние враги.

– Полемичность выводов Сергея Дмитриевича Шереметева, – считает его потомок Пётр Шереметев, руководитель Международного совета российских соотечественников, – это иной угол зрения на прошлое, который позволяет видеть его с разных точек зрения, а значит более объёмно. Я бы уточнил: ещё позволяет видеть. Ведь проблема разрыва между поколениями и потери исторической памяти, это не только внутренняя проблема России. Это боль диаспоры. Ведь кто сюда, в Россию, едет из потомков дворянских родов? Бизнесмены. Деньги зарабатывать. Разумеется, это очень хорошо. Но они зарабатывают для себя, а, например, в проекты, связанные с сохранением исторического наследия России и её культуры, вкладываться не спешат. Я не раз слышал от таких деятелей: «Зачем? Это дела давно минувших дней». 

В этом смысле Пётр Шереметев гораздо больше верит в ту Россию, которая 35 лет назад впервые встретила его в аэропорту с символичным для него названием Шереметьево. «Когда я показал свой французский паспорт, – вспоминает Пётр Петрович, – тогда ещё советские пограничники, их было двое, между собой «пошутили»: „Это тот самый, недорезанный?” „Да, он самый”, – ответил я на русском, что их не смутило ни капли». 

Сегодня, в 2015-м, когда Пётр Шереметев приехал на празднование Дня славянской письменности и культуры, Москва встречала его и других потомков великих фамилий – Голицыных, Романовых, Морозовых – аплодисментами на Красной площади. 

– Эти овации, совсем не мне и не представителям других знатных родов, – уверен Шереметев. – Они – это надежда на то, что знание всей полноты истории нашей родины, в том числе благодаря потомкам старых родов, некогда изгнанных из России, переосмысление, а не забвение этой истории, и она помогает сохранять историческую память нации.