— Когда я слышу про интеграцию и конкурентоспособность, то начинаю безудержно смеяться. Поясню почему. В 2009 году по заказу Министерства образования Латвии было проведено исследование результатов централизованных выпускных экзаменов за последние три года — в латышских школах, в школах нацменьшинств и двухпоточных. Были представлены данные как по регионам, так и по крупным городам страны. Из материалов следовало, что в русских школах по всем предметам результаты экзаменов были лучше, чем в латышских! В том числе — и вы будете смеяться вместе со мной — и по латышскому языку! Замечу, что речь шла о школах, где с 2004 года уже введена пропорция шестьдесят на сорок. То есть ученики русских школ были в неравных условиях со своими латышскими сверстниками, которые учились только на родном языке. Тем не менее русские выпускники всё равно лидировали. А это, в свою очередь, позволяло им успешно поступать в латвийские вузы на бюджетные места. Более того, зная три языка — латышский, русский и английский, — они становились более конкурентоспособными и на рынке труда. Что, видимо, совершенно не устраивало наших национально озабоченных политиков. С их подачи в 2012 году был введён единый централизованный экзамен по латышскому языку и литературе — для школ нацменьшинств и латышских школ. В результате наши выпускники опустились на несколько позиций, а латышские получили преимущество при прохождении конкурса на бюджетные места. Я уверен, что именно в этом кроется главная причина и новой школьной реформы — 2018. Хочешь избавить своих детей от потенциальных конкурентов — бей их по языку!

— Мы как раз обсуждали эту тему на декабрьской международной конференции, организованной Латвийским комитетом по правам человека в Риге. Она была посвящена 25-летию конвенции «О правах ребёнка». В числе прочего был представлен доклад доцента Балтийской международной академии Константина Матвеева о праве на образование в странах ЕС. Например, в Австрии, где живут по несколько десятков тысяч представителей венгерского, словенского, хорватского меньшинств, предусмотрено обучение в школе на родном языке. В Нидерландах дети фризов (два процента населения) в начальных школах могут обучаться на родном языке. В приальпийских кантонах Италии, как вы знаете, можно учиться на немецком языке. Причём там не признают билингвальных моделей в сфере образования, считая, что в раннем возрасте они не полезны для детей. В немецких школах итальянский язык начинают основательно изучать лишь в третьем классе.

Я сам недавно был в датской школе в Германии и не увидел там ни одной надписи на немецком языке. Язык обучения в этой школе — датский с углублённым изучением немецкого языка. В Латвии же во всех школах нацменьшинств все объявления, вся внутренняя документация должны быть только на государственном языке, что само по себе абсурдно.

Эксперт мирового уровня в сфере прав нацменьшинств — профессор из Канады Фернанд де Варенн — поделился на нашей конференции исследованиями, которые показывают, что если представители национальных меньшинств учатся в школе на своём родном языке, то они лучше знают и государственный язык. По результатам исследования, проведённого в Южной Африке, лучшей оказалась частная школа, где обучение проходило на языке бретонского национального меньшинства. Выяснилось, что её выпускники по-французски пишут грамотнее, чем ученики школ с французским языком обучения.

— По мнению профессора де Варенна, когда дети из семей национальных меньшинств учатся на родном языке, они чувствуют себя более комфортно, они мотивированы на учёбу, они лучше понимают учителя и его предмет, их успеваемость выше. Все наши исследования подтверждают то же самое, многократно было доказано, что лучше всего образование происходит на родном языке. До войны в Латвии было немало русских школ, выпускники которых свободно владели латышским языком. И пока — до всяческих реформ — наша система образования была близка к той модели обучения, проблем с госязыком у наших детей практически не было.

У меня две взрослые дочери. Старшая, например, семь лет работала врачом на скорой помощи. Она получила образование в русской школе на русском языке без всяких «процентов», латышский язык просто изучался как отдельный предмет. Тем не менее её от латышки никто не отличит, если она не заговорит по-русски. Существующий ныне в русских школах Латвии образовательный билингвизм — это вынужденный компромисс, который никого не устраивает. Его следует похоронить как недоразумение. Задуманную же правящей коалицией школьную реформу — 2018 мы считаем чистой воды принудительной ассимиляцией русских детей.

— Не впервые. Но в этом году терпение Комитета по правам человека ООН, решение которого по выигранному нами делу о запрете искажения наших имён Латвия отказалась выполнять, просто лопнуло. На мартовском заседании Комитета ООН по правам человека в Женеве были заслушаны два отчёта по проблемам нацменьшинств в Латвии: один — правительственный, составленный, как обычно, в духе «всё хорошо, прекрасная маркиза», второй — альтернативный, подготовленный ЛКПЧ. На заседании присутствовал исполнительный секретарь ЛКПЧ, магистр права Александр Кузьмин, свободно владеющий пятью европейскими языками. Ему пришлось полемизировать с латвийским омбудсменом Юрисом Янсонсом, известным своими нападками на русскую общину Латвии. С его подачи в русских школах была проведена проверка знаний госязыка среди учителей, в результате шестеро из них были оштрафованы. На сессии КПЧ ООН эксперты выразили обеспокоенность планами латвийских властей по переводу школ нацменьшинств в 2018 году на латышский язык обучения. В своём заключении ООН рекомендовала нашему государству пересмотреть закон «О государственном языке» и его применение. И это дорогого стоит, поскольку означает отмену репрессивных мер, штрафов, запретов на профессии и неоправданных языковых проверок.

— Власти стараются сохранить лицо, но заключение ООН вызвало панику среди нашей этнократии. Потому что ООН Латвии указ. В ведущей латышской газете «Латвияс Авизе» случившееся назвали капитуляцией латвийской дипломатии. Через год наше правительство должно вне очереди отчитываться о своём выполнении рекомендаций ООН по части образования нацменьшинств. Мы тоже представим свой альтернативный доклад. Проблема в том, что в сейме Латвии, к сожалению, из ста депутатов нет ни одного смельчака, который бы потребовал исполнения от властей данных рекомендаций — увы, таков сегодня наш политический расклад.

В свою очередь, мы намерены в ближайшее время от имени Латвийского комитета по правам человека направить депутатам соответствующий запрос. В январе 2014 года, когда были обнародованы планы правящей коалиции о введении в русских школах пропорции 80:20, возрождённый нами Штаб защиты русских школ и Конгресс неграждан организовали и провели совместные акции протеста у Кабинета министров, Министерства образования и бюро омбудсмена — пикеты, марши, флешмобы. Правительство вынуждено было убрать из своей официальной программы идею о переводе русских школ на латышский язык обучения. Но русские школы в покое никто не оставит: как только закончится начинающаяся 1 января полугодовая президентура Латвии в ЕС, у правительства отпадёт необходимость казаться белым и пушистым. Поэтому борьбу необходимо продолжить.