Германия напала на Польшу. Одно государство объявило войну другому. Самая обычная история. Причём же здесь война мировая? Ведь название её подразумевает, что сражаться друг с другом должны страны всего мира, пусть не все, но большинство, ну хотя бы половина. И формально такая война наступила только 3 сентября, когда мощнейшие державы — Великобритания и Франция, — выполняя свои союзнические обязательства перед Польшей, объявили войну Третьему рейху. Их примеру последовали Австралия, Новая Зеландия, немного позже Канада, Южно-Африканский Союз (нынешняя ЮАР) и даже Непал. Вот это по-настоящему мировой масштаб, поскольку тогда территория Великобритании и Франции раз в пять была больше нынешней и занимала без малого треть земного шара.

Но всё это — юридические формальности и дипломатические игры. Потому что никакой реальной помощи могущественные заступники Польше не оказали. Франция спряталась за бетонированной линией Мажино, хотя могла одним махом смести немногочисленные немецкие дивизии на западной границе. Туманный Альбион ограничился атаками на немецкие корабли и переброской на континент экспедиционного корпуса, который прохлаждался в Бельгии. Было много разговоров, совещаний и планов, войска передвигались, окапывались, даже готовились к боям. Но выстрелов и канонады — верных признаков настоящих сражений — слышно не было. Вот такая странная война, затянувшаяся аж до весны 1940 года, когда немцы, наконец-то покончив все дела на Востоке, полностью переключились на Запад. И только тогда мировая запылала по-настоящему, и счёт пошёл на тысячи и десятки тысяч погибших, раненых и пленных...

Однако вернёмся к началу, к 1 сентября. Всё-таки очень запоминающаяся дата. И очень «удобная». Потому что всем сразу ясно: коли Германия напала на бедную Польшу, значит она и есть зачинщица Второй мировой. Ведь мало кто знает, что гонористые поляки сами жаждали войны, надеясь одержать в ней славную победу, и за два месяца до нападения расстроили и без того непростые переговоры Великобритании, Франции и Советского Союза о создании военного союза, гарантировавшего в том числе безопасность самой Польши. И немногие вспомнят, что за одиннадцать месяцев до того «добродушные» Чемберлен и Даладье, следуя политике умиротворения, преподнесли «коварному» Гитлеру бесценный подарок — разрешили отщипнуть от Чехословакии Судетскую область, небольшую территорию, заселённую преимущественно немцами, где располагались крупные заводы, выпускавшие военную продукцию. Вслед за этим немцы, почувствовавшие вкус вседозволенности, уже без благоволения галлов и британцев подмяли под себя всю Чехословакию, получив в качестве дополнительного приза снаряжение сорока дивизий. Благодаря этому слабенький в общем и целом до сих пор вермахт стал мужать прямо на глазах и увеличился с 2,2 до 4,6 миллиона человек. Кстати, «мирная» Польша под шумок тоже урвала себе кусочек Чехословакии, Тешинскую область — ни много ни мало двести тысяч населения и ряд предприятий тяжёлого машиностроения.

Выходит, что виновниками нового глобального кровопролития были в том числе миролюбивые на первый взгляд Великобритания и Франция. Ведь не будь Мюнхенского сговора, вряд ли немцы успели бы нарастить стальные мускулы и решились бы напасть на не самую слабую Польшу. И здесь нет ошибки или случайности: пролистайте пару страниц истории назад, и вы натолкнётесь на аншлюс — силовое включение Австрии в состав Третьего рейха! Оно также произошло при молчаливом согласии ведущих держав и окрылило Гитлера. В том числе и потому, что немецкая промышленность получила подпитку австрийским золотым запасом и стала расти как на дрожжах, снабжая всем необходимым армию. Сомнительно, что лучшие дипломаты Европы не разгадали стремления Гитлера восстановить былую мощь Германии. Факты говорят, что они ему как раз содействовали, причём горячо и последовательно, подгоняя, подталкивая обиженных немцев к войне. Но зачем?

На этот вопрос, в общем-то, несложно ответить, если припомнить, что в тридцатые годы вся Европа и США находились в глубочайшем экономическом кризисе. А это не только обвал рынка, банкротство предприятий и банков, резкое сокращение прибылей крупного бизнеса, но и массовая безработица, обеднение и обнищание, недовольство, готовое в любой момент обернуться взрывом, революцией... Недаром же Стейнбек, современник эпохи, назвал свой знаменитый роман «Гроздья гнева». На этом печальном фоне только Советский Союз переживал невиданный и неожиданный рост. Именно тогда наша страна, считавшаяся прежде второсортным государством с едва приметной промышленностью и слабой армией, стала набирать экономические обороты и дипломатический вес и обгонять ещё вчера казавшиеся недосягаемыми Италию, Францию, Великобританию... И останавливаться она не собиралась!

Выходом из клубка внутренних и внешних проблем для Европы стала война, которая, как известно, кое-кому мать родна. Военные заказы вдохнули новую жизнь в экономику, а внешний враг и жажда победы надёжно отвлекли граждан от житейских трудностей. Вся разница состояла в том, что одни открыто заявили о своём желании добыть «жизненное пространство», а другие рядились в одежды миротворцев, провоцируя соседей и предпочитая воевать чужими руками. Кстати, Соединённые Штаты были заинтересованы в мировой войне поболее остальных. Мировой экономический кризис ополовинил их производство, породил невиданную безработицу и нужду, и едва не закончился социальными потрясениями. «Новый курс» президента Рузвельта, призванный вывести нацию из Великой депрессии, в корне ничего не поправил, а возможно, даже ухудшил ситуацию. И только в 1939 году, на волне крупных заказов, поступавших из готовившейся к войне Европы, американская промышленность начала вставать на ноги.

Отношение американцев к войне — особая тема. Несмотря на то, что они воевали против Германии в союзе с Великобританией и СССР, их отношение ко всем было прежде всего деловым. Несколько лет они выполняли заказы любой страны, которая платила. После появления 11 марта 1941 года Закона по обеспечению защиты Соединённых Штатов, иначе говоря, закона о ленд-лизе, они стали помогать преимущественно англичанам, которые к тому времени уже нуждались в помощи. Помогать Советскому Союзу начали только с октября 1941 года, когда стало ясно, что блицкриг провалился и выгоднее делать ставку всё же на русских. Но при этом американские компании продолжали вплоть до 1944 года поставлять стратегическое сырьё и эксклюзивную военную продукцию (например, минные взрыватели для торпед) в Германию. Правда, во избежание недоразумений делалось это в частном порядке и обязательно через вторые-третьи лица, например испанские фирмы. Как говорится, ничего личного, только бизнес.

Но вернёмся к 1 сентября. Всё-таки очень «удобная» дата! Ведь Гитлер вторгся в Польшу через неделю после заключения пакта о ненападении с СССР. Того самого, который больше известен как пакт Молотова — Риббентропа. И слишком очевидна связь между этими событиями, чтобы не сделать очевидный же вывод: именно Советский Союз развязал руки Германии, и поэтому его тоже можно считать виновником войны! От такой крамолы удержать может либо непробиваемый патриотизм, либо крепкая память и умение за отдельными фактами увидеть всю картину.

Представьте, что вы руководите нашей страной в августе 1939-го. Уже больше года на Дальнем Востоке идёт настоящая война. Япония, не успокоившаяся после поражения на озере Хасан, предприняла новое масштабное наступление на реке Халхин-Гол. Чтобы остановить противника, готового в случае успеха вторгнуться в Сибирь, пришлось спешно собирать силы и менять военное руководство. Три дня назад началась операция по разгрому самураев, Жуков прилагает все усилия, но её исход пока неясен. Германия благодаря попустительству западных демократий превратилась в мощного противника, приблизилась к границам СССР и вполне может нанести удар. Тогда — война на два фронта, изматывающая и, скорее всего, с печальным исходом. Между тем верных друзей, за исключением Монголии, у нас нет. Не приходится ожидать искренности от Великобритании и Франции, которые отдали немцам Австрию и Судеты в надежде, что рейх станет прочным щитом против «большевистской заразы». Переговоры с ними тянутся уже полгода, но безрезультатно: они хотят втянуть нас в войну с Германией, но при этом остаться в стороне. Война разгорается, её не избежать. Но мы к ней ещё не готовы! Почти десять лет все силы уходили на индустриализацию, образование и науку. Армия финансировалась по остаточному принципу, поэтому сейчас она в довольно жалком состоянии: чуть больше двух миллионов солдат при старом вооружении. Требуется время, два-три года, чтобы укрепить армию, провести её перевооружение, создать запасы, построить заводы-дублёры на Урале...

Не будем пускаться в разборы выгод и недостатков пакта Молотова — Риббентропа. Лучше отметим, что для Советского Союза война, с победами и поражениями, потерями и трофеями, началась ещё в 1938 году. И до 22 июня 1941-го у нас не было ни одного мирного года: Хасан, Халхин-Гол, финская. Внешне большинство советских людей ещё жили мирной жизнью, но предчувствие большой войны уже наполнило её. Помните «Голубую чашку» Аркадия Гайдара? 

Впрочем, если уйти с европейских полей и глянуть на мировую войну с Востока, то начнётся она... 7 июля 1937 года, когда японские войска, устроив провокацию на мосту Марко Поло неподалёку от Пекина, вторглись в Китай. И здесь счёт сразу же пошёл на десятки и сотни тысяч убитых и покалеченных. Не то что в Польше двумя годами позже.