Дерзость посыла началась с конфуза. В Севастополь отказались приехать блогеры из Казахстана — страны — автора Евразийского союза, который в 1990 году предложил создать казахстанский лидер Нурсултан Назарбаев.

— Ну и что, что не приехали блогеры? — спрашивает Лейла Ахметова, директор Центра ЮНЕСКО Казахстанского национального университета имени аль-Фараби. — Это доказывает, что у нас в стране есть спектр мнений. Они решили для себя, что Крым и Севастополь вошли в состав России незаконно, нарушив территориальную целостность Украины. Но это ещё не весь Казахстан. Наша делегация в Севастополе насчитывает восемь человек, от блогеров не приехал один. И это не главная разница: Казахстан в ООН поддержал позицию России по Крыму. И это уже позиция большинства казахстанцев, а нас семнадцать миллионов. Но не все обязаны думать так. Как и идею Евразии у нас видят как минимум в двух-трёх моделях, а то и пяти.

Ахметова приехала в Крым познакомиться с ещё одной возможной формой евразийства. Севастополь отталкивается от согласованной модели, которую продвигают Казахстан, Белоруссия и Россия.

Для подъёма Евразии нужны три вещи, считают участники форума, — притягательная сила лидера (исторически это Россия), экономическая заинтересованность (но для этого Россия должна модернизировать свою экономику, и соседи к ней потянутся) и общая идея. В её качестве предлагается старая добрая идея Льва Гумилёва: «Будущее России — в объединении евразийских народов». Разумеется, не по типу СССР, а по типу Евросоюза. Крым при этом девизом новой Евразии сделал отношение к ней академика Дмитрия Лихачёва: «Объединиться, чтобы не исчезнуть».

— Это момент истины, — убеждён Владимир Зорин, директор Института этнологии и антропологии РАН. — Динамика мирового развития такова, что будущее за глобальными региональными игроками-объединениями. Такова воля экономики. Европа первой поняла выгоды ЕС и конкурирует с США и Японией. Евразия лишь собирает силы и волю для нового объединения. Крым эту волю продемонстрировал всему миру. Именно он — точка, где всё собирается. Крым — модель центра Евразии, где веками мирно сосуществуют славянские и тюркские народы, греки, немцы, молдаване.

Однако в кулуарах форума даже белорусы, последовательные сторонники интеграции, сомневаются в реальности евразийства как формы будущего добрососедства. Арсений Крицкий из Минска, автор проекта «Морское братство», полагает, что пока побеждает не интеграция, а форма совкового суверенитета — «лучше быть маленьким „самом“, чем большим замом». Даже президент Белоруссии ведёт политику, что, мол, мой суверенитет незыблем, а в экономическом отношении — «давай, Россия, давай-давай!». А вот политолог из Бишкека Серикбай Турсунбаев не скрывает своего восхищения президентом Белоруссии: «Молодец батька. Нам бы такого».

Турсунбаев уверен: чтобы Евразия не повторяла ошибок СССР, надо чётко разводить две проблемы. Национальные элиты Средней Азии эксплуатируют народы бесконтрольно, пугая их потерей независимости, но народы сами должны добиться смены элит. Вторая проблема вытекает из первой — Киргизия и Казахстан почти поголовно, по словам Турсунбаева, выступают против создания в рамках Евразийского союза общего парламента, хотя его аналог — Европарламент — приветствуют. Впрочем, он не видит в этом противоречия, убеждённый в том, что если «мы создадим общие политические структуры, то повторим печальный опыт СССР».

— Это всё насаждается эгоистичными национальными элитами, — спорит с ним белорус Крицкий. — А народы на уровне генетики помнят, что жили лучше, когда были вместе, хотя в СССР никто не хочет. Там бардака и дури хватало.

Огня в костёр кулуарной полемики добавил выступивший на форуме президент Института национальной стратегии Михаил Ремизов (Россия).

— Я буду оппонировать евразийству, — заявил Ремизов. — Эта идея звучит красиво, но Крым — это не слепок Евразии, а наследие античности и христианства Византии. Воссоединение Крыма с Россией — это воссоединение России с Европой. Мы должны понимать, что это часть идентичности России. И Россия в этом смысле — хранитель классических европейских ценностей, которые Евросоюз размывает, а то и предаёт. Я имею в виду верность национальному суверенитету, христианское понимание пола и семьи...

Но Ремизов не успел договорить. Из зала вразнобой его начали перебивать возмущённые и несогласные:

Накал страстей и ропот несогласных с тем, что «опять русские хотят стать Старшим Братом». Победила женская логика и эмоция.

— Русская цивилизация не западная и не восточная, — считает Лейла Ахметова, — и она не только русская. Неспроста казахов, грузин, прибалтов или украинцев в ЕС и США называют русскими. И это не свидетельство статуса превосходства русских. Русские — связующая нить евразийской цивилизации. Её, эту нить, нельзя вытягивать ни русским национализмом, ни национализмами молодых суверенных государств. И Крым в этом смысле — слоёный пирог народов — греков, немцев, болгар, татар, украинцев, армян, которые себя считают русскими или носителями русской культуры и цивилизации. Это и есть Евразия в миниатюре. Вот прообраз евразийской интеграции, которой нам всем полезно поучиться.

Ахметову неожиданно поддержал телефонный звонок из Киева.

— Вот! Я всегда говорил, что нашу цивилизацию спасут не умные политики, а мудрые женщины, — начал своё эмоциональное выступление по «Скайпу» украинский политолог Владимир Шаинский. — Я категорически согласен с Лейлой Ахметовой. Ведь что спасло Крым от разгула Майдана? Это сохранение, соединение и взаимопроникновение культур на уровне подкорки. А смысл любой цивилизации — сосуществование культур. И Крым показал, как уровень соединения культур должен идти снизу вверх, а не наоборот. Наоборот происходит в Киеве, где самозваные элиты навязывают народу новую идентичность. И я в Киеве не устаю бороться с очарованием всех видов национализма. Я, еврей, доказываю русским, грузинским, литовским, польским националистам, а они повалили на Майдан «за опытом», что они сеянием идеи превосходства своих народов способствуют разрушению своих стран и цивилизаций, как это делает Киев. Надо обернуться и понять: к идее создания Большой Евразии присматриваются не только страны СНГ. Вторая экономика мира — Китай — изучает возможности участия в Евразийском союзе. Китайцы хотят инвестировать в Крым. Переговоры об экономическом сотрудничестве с новой Евразией ведут Турция, Индия и другие страны БРИКС. Значит, надо формулировать евразийские ценности, как европейские ценности сформулировал Евросоюз. Значит, надо не стыдиться, не комплексовать, а пропагандировать евразийские ценности. И доказывать, что этот проект не менее привлекателен, чем европейский.

Сказано это было с таким накалом и силой, что зал встал. Все впервые начали хлопать оратору. А он, наверное, не видя размытое изображение в телетрансляции, по «Скайпу» спрашивает: «Что происходит? Меня отключили?» Когда Шаинскому по дополнительной связи — по мобильному телефону — объяснили, что это ему хлопают делегаты форума из пятнадцати стан — СНГ, Болгарии, Эстонии, Польши, Китая, Латвии, — он разволновался. Снял наушники. И, показалось, смахнул не то слезу, не то испарину.