RUS
EN

Я бы в гвардию пошел

 

Я бы в гвардию пошел

Михаил БЫКОВ

Восемь лет в нашем календаре существует праздник, о котором в России мало кто знает. Вероятная причина: мы слишком мало говорим об этом дне. Что ж, попробуем исправиться. В 2000 году Президент России подписал указ о праздновании 2 сентября Дня российской Гвардии

Фото: ПРЕДОСТАВЛЕНО М.ЗОЛОТАРЕВЫМ

Первый резонный вопрос: почему именно 2 сентября? Совершенно законное любопытство, тем более что Гвардейским днем могли стать еще несколько дней.

Например, 13 декабря, святочный день Андрея Первозванного. На него приходилось празднование русской императорской гвардии вплоть до 1917 года. Да и сейчас Гвардейское объединение в Париже, включающее в себя полковые организации эмиграции, профессиональные торжества проводит на святого Андрея Первозванного.

А чем хуже 18 сентября? В 1941 году приказом наркома обороны СССР гвардия возродилась в Красной армии именно в этот день. Сразу четыре стрелковые дивизии – 100-я, 127-я, 153-я и 161-я – стали 1-й, 2-й, 3-й и 4-й гвардейскими соответственно.

В царствование Александра III отмечался 200-летний юбилей Преображенского и Семеновского лейб-гвардии полков. Император повелел праздновать 30 ноября. Почему – загадка! Несколько позже он же утвердил новую дату праздника – 23 мая. И тоже – без видимых на то оснований.

Смена караула лейб-гвардии Измайловского полка у Зимнего дворца / Фото: ПРЕДОСТАВЛЕНО М.ЗОЛОТАРЕВЫМ

Зато есть все основания сделать праздником гвардии один из дней в середине октября. Потому как в начале этого месяца (по старому стилю) в 1550 году царь Московский Иван Васильевич повелел создать из бояр и дворян Государев полк. Но о связи этого полка с императорской и уж тем более советской гвардией – несколько позже.

А чем же мы все-таки обязаны 2 сентября? Есть версия, что в этот день в 1700 году царь Петр постановил считать полки Преображенский и Семеновский «лейб-гвардией». Эта версия была близка императору Николаю I. Он-то и решил праздновать День гвардии 22 августа (по старому стилю). А по-нынешнему – 2 сентября.

Второй не менее резонный вопрос: зачем понадобилось таким образом выделять ту часть армии, что носила и носит гвардейские знаки различия? Разве недостаточно нам 23 февраля и 9 Мая, а в церковном календаре еще и двух праздников святого Георгия Победоносца? На этот вопрос ответ куда более пространный. Ибо вмещать в себя должен не только знаковые моменты национальной военной истории, но и огромный пласт культурной, этической и повседневной жизни русских людей на протяжении нескольких веков.

Откуда что пошло?

Есть несколько исторических штампов, кочующих из учебника в учебник, из романа в роман, из кинофильма в кинофильм. Русскую армию создал Петр I. Первым русским солдатом и первым гвардейцем был Сергей Леонтьевич Бухвостов. Появились преображенцы и семеновцы, а вместе с ними и немецкие кафтаны, треуголки, звания от полковника до прапорщика включительно. Странно, право, но все было совсем не так.

На самом деле слово «гвардия» в обиход ввел Петр Алексеевич. Впервые он употребил его в 1700 году в письме курфюрсту Бранденбургскому, где говорится о «лейб-гвардии капитане» Юрии Трубецком. Но отсутствие слова в лексиконе вовсе не означает отсутствие предмета или явления в жизни.

В начале октября 1550 года озабоченный совершенно устаревшим состоянием войска царь Иван Грозный распорядился создать в уездах Московском, Дмитровском и Рузском новую воинскую часть – Государев полк. Чин его должен быть конный, состав – 1000 человек. На деле в полку оказалось 1078 служивых, все боярского или дворянского происхождения. Причем 28 человек – из высших чинов царского двора, 33 – дети боярские, 86 – представители знатных и княжеских родов, при дворе не служившие. Остальные – из простых дворян. В то же время царь другим указом утвердил Стремянной приказ (полк) из выборных (лучших) стрельцов числом в 3000 человек с пищалями. Этой отборной пехоте велено было обретаться в Воробьевой слободе.

Полковник лейб-гвардии Измайловского полка П.Д. Норова / Фото: ПРЕДОСТАВЛЕНО М.ЗОЛОТАРЕВЫМ

Если посмотреть на боевые формуляры этих двух частей русского войска XVI–XVII веков, становится очевидным, что они выполняли функции, свойственные аналогичным придворным гвардейским образованиям в Европе, именуемым «лейб-гвардией».

Сто лет спустя «протогвардейский» корпус пополнился еще двумя полками: 1-м и 2-м солдатскими Выборными, каждый – по 2000 человек. Известный впоследствии как военный учитель Петра I генерал Патрик Гордон писал в 1667 году, что барабанщики в Выборных полках носили немецкое платье. Офицеры уже имели привычные нашему уху чины: полковника, майора, капитана, поручика, прапорщика…

Когда в 1682 году 11-летний Петр вместе с братом Иоанном стал царствовать (но – не править! – Прим. авт.), ему полагалось значительное число прислуги, набираемой по большей части в Государевом полку: спальники, конюхи, сокольники и прочая. Вся эта орава молодых людей сопровождала юного царя повсюду: присутствовала на первых показательных пушечных стрельбах в сельце Воробьеве и царской вотчине Преображенском, упражнялась в стрелковом и конном деле, строила потешную крепость Прешбург на Яузе-реке (в 300–400 метрах от нынешнего Матросского моста. – Прим. авт.). В 1687 году к ватаге добавились отлученные от госфинансирования по причине полного равнодушия царя ко всем видам охоты сокольничие села Семеновское.

И все равно полноценными армейскими подразделениями группы потешных еще не были. Тот же «первый русский солдат» Бухвостов в 1683 году служил при дворе конюхом, в марте 1686-го был переписан в потешные пушкари. В любом случае в книгах Дворцового и Казенного приказов, в документах Мастерских палат сведений о существовании преображенских и семеновских солдат нет.

Новый рывок история гвардии совершила после устранения от власти «третьего зазорного лица», царевны Софьи, и Стрелецкого бунта. Время потешных прошло, Петру понадобились полноценные и верные полки. Выборных и Государева было явно недостаточно.

Генерал-фельдмаршал М.М. Голицын в Полтавской битве командовал гвардией / Фото: ПРЕДОСТАВЛЕНО М.ЗОЛОТАРЕВЫМ

Весной 1692 года из потешных сформировали 3-й Выборный полк под командой Автонома Головина. Было их всего 800 человек. Двумя годами позже состоялись знаменитые маневры у села Кожухова, где полки нового строя показали все преимущества регулярной армии над армией ополченческого типа. А на следующий год 3-й Выборный полк в составе отряда стольника Апраксина получил боевое крещение под стенами турецкой крепости Азов. Этот отряд, кстати, оказался единственным, выполнившим поставленную боевую задачу.

Понадобилось еще три года, чтобы 3-й Выборный разделили наконец на Преображенский и Семеновский полки. В 1700 году, когда они получили статус гвардейских, первый насчитывал 16 фузилерных (стрелковых. – Прим. авт.) рот, гренадерскую и бомбардирскую. Состав семеновцев был на четыре роты меньше.

Еще под Азовом бывшие потешные получили навыки корабельной службы и морской войны. А в 1707 году Петр посадил оба полка на лошадей. Дабы лучшие его воины получили преимущество в маневре. Французский офицер Моро де Бразе, служивший в русской армии в 1711 году, во время Прутского похода, вспоминал: «Гвардейский эскадрон его царского величества состоял из 300 рейтаров…»

Теперь видно, что возникшие в России гвардейские пехотные, кавалерийские, морские и артиллерийские части все родом из Преображенского и Семеновского полков царя Петра. Но и эти полки, в свою очередь, родились не на пустом месте. Родословную они ведут от гвардии царя Ивана Грозного, от его Государева и Стремянного полков.

От Карла до Гинденбурга

Офицер лейб-гвардии Измайловского полка П.И. Ниротморцев / Фото: ПРЕДОСТАВЛЕНО М.ЗОЛОТАРЕВЫМ

Непобедимый шведский король Карл ХII впервые столкнулся с гвардией Петра под Нарвой осенью 1700 года. Его войска разбили армию русского царя. И только три полка – Преображенский, Семеновский и 2-й Выборный генерала Гордона – стояли насмерть и не позволили шведам полностью уничтожить противника. Карл был поражен мужеством и мастерством русской гвардии и приказал пропустить их к своим с пушками и знаменами. Глядя на гвардейскую колонну, идущую через мост над рекой Нарвой, король восхищенно произнес: «Какие мужики!»

Спустя сто лет под Аустерлицем вторил шведскому самодержцу победивший союзнические войска Австрии и России Наполеон Бонапарт. Император Франции заметил при виде юного кавалергардского корнета Сухтелена, попавшего в плен после двух ранений – ядром в ногу и саблей в голову: «Он слишком молод, чтобы драться с нами». Сухтелен отвечал: «Чтобы быть храбрым, не надо дожидаться старости, Ваше величество!» «Браво!» – сказал Наполеон, адресуя это слово всем русским гвардейцам, спасшим в тот день и свою, и австрийскую армию от полного уничтожения.

Как раз в том сражении случилась памятная атака лейб-гвардии Конного и Кавалергардского полков, которую описал граф Лев Толстой в романе «Война и мир». Из пекла боя он вернул живыми только «осьмнадцать человек». На самом деле в таком составе возвратился из атаки 4-й эскадрон Кавалергардского полка, насчитывавший перед боем свыше 150 латников. Тоже – цифры!

О том, что русская гвардия вовсе не была парадным украшением монархии, а также послушным орудием дворцовых переворотов, говорят сухие данные отчетов о Бородинском сражении. За Семеновскими флешами встали в каре против кавалерии Нансути лейб-гвардии Измайловский, Литовский и Финляндский полки. Из 1970 измайловцев в строю осталось 808, из 1785 литовцев – 708, из 1613 финляндцев – 1259…

Полковник гвардейской артиллерии Д.А. Столыпин / Фото: ПРЕДОСТАВЛЕНО М.ЗОЛОТАРЕВЫМ

17 августа 1813 года грянул бой под Кульмом. Корпус французского маршала Вандама в два раза превосходил силы 1-й и 2-й гвардейских дивизий, оказавшихся у него на пути. Только лейб-гвардии Семеновский полк потерял убитыми и ранеными 900 человек, но с места не сошел. На следующий день подошли подкрепления, и Вандам сдался с 12 тыс. человек – половиной от числа вступивших в сражение.

Во время последней Русско-турецкой войны, в 1877 году, под местечком Телиш поднялся в смертельную атаку лейб-гвардии Егерский полк. Потери – 27 офицеров и 1200 нижних чинов. Это был уже третий случай в истории лейб-егерей, когда полк фактически переставал существовать. Так распорядилась судьба на Бородинском поле в 1812 году, так же провидение решило под болгарской Варной в 1828-м. Тогда в расположение полка вернулось только 250 человек. Но полк всякий раз восстанавливал состав и в Первую мировую войну, в 1916 году, остатками двух рот остановил наступление Баварской гвардейской дивизии. В 11-й роте из 200 человек невредимыми остались… трое.

Первая мировая – это особенная война для русской гвардии. Живет среди военных историков гипотеза, будто гвардейский корпус с его уникальным офицерским и солдатским составом кто-то неведомый сознательно бросил на полное уничтожение. Сначала – в Мазурских болотах летом–осенью 1914 года, затем в 1915 году в районе Вильно, а когда гвардия почти восстановилась – летом и осенью 1916 года на реке Стоход под Ковелем и у деревни Свинюха, после Брусиловского прорыва.

Ветеран лейб-гвардии Павловского полка / Фото: ПРЕДОСТАВЛЕНО М.ЗОЛОТАРЕВЫМ

26 августа 1914 года у деревни Тарнавка в атаку пошел лейб-гвардии Московский полк. Ему предстояло преодолеть три с половиной версты по открытой местности, пристрелянной 50 австрийскими орудиями. Из 64 офицеров в строю осталось 7, из 3000 нижних чинов – около 800. Высоту взяли, захватив 42 пушки. В этом же бою на соседнем участке почти полностью лег лейб-гвардии Гренадерский полк, потеряв 55 офицеров и 2900 солдат. Был ли смысл в геройстве гвардейцев или жизни отдавались за пресловутую гвардейскую доблесть? В результате боев, проведенных 2-й гвардейской пехотной дивизией под Тарнавкой, были уничтожены остатки 10-го австрийского корпуса и разгромлен германский пехотный корпус. Начался отход четырех австро-венгерских армий, что повлияло на исход всей кампании в Галиции, выигранной русскими.

А вот в 1916 году гибель гвардии объяснить тактическими либо стратегическими военными смыслами никак невозможно. Сначала, в июле, полки губили в безнадежных атаках в болотистой пойме реки Стоход, а в сентябре обескровленные дивизии были переброшены на боевой участок у деревни Свинюха, где только 19-го числа гвардия ходила в атаку 17 раз! Близорукие и жестокие решения командующих и штабных – это мрачная и постыдная сторона тех недель. Поведение на передовой офицеров и солдат, воспитанных так, что даже перспектива очевидной гибели не могла удержать их от выполнения долга, – совершенно другое явление, характеризующее качество человеческого материала, из которого со времени Петра строился корпус русской гвардии.

«В ротах оставалось по 40–50 человек, – писал один из офицеров лейб-гвардии Семеновского полка, – командовали прапорщики да фельдфебели. Но полк ни разу не бежал…»

Особо приближенные особы

При Петре гвардейские офицеры быстро стали элитой государства. Их использовали не только в боевых действиях. Они выполняли функции дипломатов и министров, промышленников и руководителей госпредприятий, педагогов и ученых. Довольно вспомнить карьеру Василия Корчмина, ушедшего в мир иной в звании генерал-лейтенанта артиллерии и гвардии полковника Преображенского полка. Он участвовал в боях и в строительстве Петербурга, ездил к шведам переговорщиком и разведчиком, контролировал процесс обучения недорослей наукам в Голландии и Англии. Когда Корчмин командовал батареей на острове в устье Невы, что напротив нынешней Сенатской площади, Петр отправлял ему депеши с надписью «Василию на остров». Петербуржцы верят, что именно так Васильевский остров и обрел свое имя.

Почему-то принято считать, что гвардейцы занимались исключительно организацией и проведением акций типа «дворцовый переворот». Да, воцарение Екатерины I, Елизаветы, Екатерины II, Александра I, отстранение от власти фаворитов Меншикова и Бирона их рук дело. Иными словами, гвардия весьма сильно повлияла на политическое лицо России XVIII века.

Гвардии полковник Александр Владимирович Бейдеман (сидит на полу в центре) среди сослуживцев с женами / Фото: ПРЕДОСТАВЛЕНО М.ЗОЛОТАРЕВЫМ

Но, во-первых, это означает, что она сохраняла за собой элитарность. А во-вторых, не была лишь слепым орудием тех или иных политических группировок. Ибо выбор, который делала гвардия, всегда и почти во всем вел страну вперед. Неужели Миних, Салтыков, Шувалов, братья Орловы, Потемкин отметились в истории страны только личным фавором в покоях императриц? Все они имели к гвардии самое непосредственное отношение. Равно как и князь Италийский, граф Рымникский генералиссимус Суворов, начавший службу при Елизавете Петровне в лейб-гвардии Семеновском полку рядовым.

Каждое царствование вносило свои коррективы в жизнь гвардейских полков. При Елизавете и Екатерине Великой (поздний период. – Прим. авт.) нельзя отказать гвардейским офицерам в излишнем сибаритстве, тяге к роскоши и безделью и как следствие – в падении уровня военной подготовки. Что сказывалось на вверенных им солдатах. Во второй половине XVIII века преображенцы занимались больше торговлей дровами, а семеновцы – портняжным бизнесом. Так полки поделили сферы влияния в Петербурге.

Однако стоило возникнуть серьезной опасности в лице Наполеона – и гвардейские части быстро вернулись в исходное состояние опоры трона и народной защиты.

В XIX веке гвардия разрослась, стала кузницей офицерских и сержантских кадров. Вновь вернула себе статус поставщика специалистов в различные сферы хозяйственной и административной жизни империи. Стала задавать моду во всех сферах жизни. Так или иначе, но служба в гвардии формировала ум и дух литераторов Державина, Катенина, Давыдова, Чаадаева, Лермонтова, Чавчавадзе, Алексея Константиновича Толстого, Хомякова, просветителя Новикова, музыкантов Мусоргского, Римского-Корсакова, Вильегорского, Алексея Львова (автора музыки к гимну «Боже, царя храни!» – Прим. авт.), ученых-путешественников Резанова, Пржевальского, Семенова-Тяньшанского, Булатовича, полководцев Багратиона, Барклая де Толли, Паскевича, Гурко, Скобелева, Брусилова, Юденича, Врангеля…

Офицеры 4-го стрелкового батальона гвардии / Фото: ПРЕДОСТАВЛЕНО М.ЗОЛОТАРЕВЫМ

Как почти для любого жителя провинции Санкт-Петербург представлял центр мира и высшую мечту, так и гвардия, дислоцировавшаяся в основном в столице, казалась вершиной карьерного успеха. Даже в селах, откуда черпался солдатский кадр, знали, что служба в гвардии наделяла вчерашних крестьян особым шиком, уважением окружающих и некоторыми материальными преимуществами. Солдатам-гвардейцам платили повышенное содержание, у них всегда был шанс отличиться в глазах начальства и царя-батюшки, за что следовали всевозможные награды и подарки. В гвардии не приветствовалось рукоприкладство, зато правила полковой корпоративности требовали от офицеров внимательного отношения к солдатам. Например, в лейб-гвардии Егерском полку офицеры в свободное время выступали в роли учителей – грамотность здесь была абсолютная. В лейб-гвардии Измайловском полку работала огромная библиотека, и вообще, благодаря организованным великим князем Константином Константиновичем «Измайловским досугам» культурная жизнь била ключом. Лейб-гвардии Семеновский полк всегда был знаменит школой солдатских детей. В Гвардейском Морском экипаже также действовала детская школа, кроме того, имелась ластовая рота для нестроевых ветеранов на коште полка. Многие полки построили собственные полковые храмы, работа которых тоже, безусловно, отражалась на нравственных представлениях большинства чинов. До сих пор в Петербурге действуют полковые храмы лейб-гвардии Преображенского, Измайловского полков, Морского экипажа. В Царском Селе вновь открыли двери храмы лейб-гвардии Гусарского полка и Собственного Его Императорского Величества Конвоя, в Павловске – церковь 6-й Донской батареи лейб-гвардии Конной артиллерии…

Не только молились, но и жили солдаты-гвардейцы в условиях, которые большинству подданных империи и не снились. До сих пор сохранились казармы егерей и моряков Гвардейского экипажа, лейб-казаков и атаманцев, лейб-гренадер и кавалергардов. Манеж Конной гвардии украшает площадь рядом с Исаакиевским собором, казарма-дворец Павловского полка – резиденция питерской ЕЭС на Марсовом поле. В Царском Селе реставрируют сказочные хоромы Конвоя, живут гарнизонной жизнью корпуса «желтых» кирасир Его Величества, в Павловске еще цел дом офицерского собрания 6-й Донской батареи Конной артиллерии.

Из 217 лет официального существования лейб-гвардии Преображенский полк воевал 41 год, лейб-гвардии Семеновский – 39 лет. Выходит, не только военными подвигами приходилось поверять свой высокий статус в империи.

Нас было много на плацу

Императорская гвардия. Гвардейский отряд Гатчинского дворца / Фото: ПРЕДОСТАВЛЕНО М.ЗОЛОТАРЕВЫМ

Еще со времен Павла I появилась традиция провожать зиму и встречать лето большим майским парадом на Марсовом поле. Публики собиралось множество, военный парад по тем временам – одно из самых ярких шоу. Вот кусочек воспоминаний очевидца такого парада в начале ХХ века. «После минутного перерыва на краю поля со стороны Инженерного замка появлялась блиставшая на солнце подвижная конная масса. Перед царской ложей выстраивался на серых конях хор трубачей Кавалергардского полка, игравший полковой марш… Серебристые линии кавалергардов на гнедых конях сменялись золотистыми линиями Конной гвардии на могучих вороных, серебристыми линиями кирасир на караковых конях и вновь золотистыми линиями кирасир на рыжих. Вслед за ними появлялись красные линии донских чубатых казаков и голубые мундиры атаманцев, пролетавших обыкновенно наметом. Во главе второй линии проходили мрачные конногренадеры в касках с гардами из черного конского волоса, а за ними на светло-рыжих конях – легкие синеватые и красноватые линии улан. Над ними реяли цветные флюгера на длинных бамбуковых пиках, отобранных ими в турецкую кампанию. Красно-серебряное пятно гвардейских драгун на гнедых конях было предвестником самого эффектного момента парада – прохождения царскосельских гусар. По сигналу «галоп» на тебя летела линия красных доломанов. Едва успевала, однако, эта линия пронестись, как превращалась в белую – от накинутых на плечи белых ментиков». В завершение парада – показательная кавалерийская атака на зрительскую трибуну. Надо признать, не у всех дам выдерживали нервы, когда на них широким галопом неслось несколько тысяч всадников. Особым шиком считалось остановиться в считанных метрах от первой линии зрителей. Из этого описания видно, что Гвардейский корпус перед Первой мировой войной выглядел куда более мощно в численном отношении, чем экспериментальные полки Петра Великого.

В царствование Николая II гвардия квартировала в Петербургском военном округе и Варшаве. Преображенский, Семеновский, Измайловский и Егерский полки входили в 1-ю гвардейскую пехотную дивизию. Московский, Лейб-Гренадерский, Павловский и Финляндский – во 2-ю. В гвардейскую стрелковую бригаду были включены 1-й Его Величества, 2-й Царскосельский, 3-й Его Величества и 4-й Его императорской фамилии полки. Кавалерию представляли 1-я гвардейская дивизия, включавшая кирасирские полки: Кавалергардский, Конный, Кирасирский Его Величества («желтые», или «царскосельские», кирасиры. – Прим. авт.) и Кирасирский Ее Величества – «синие», или «Гатчинские». В дивизию легкой кавалерии входили Конно-Гренадерский, Гусарский, Уланский Ее Величества и Драгунский полки, а также Казачий и Атаманский.

200-летие лейб-гвардии Кирасирского Его Величества полка. Император Николай II, императрица Александра Федоровна, великие князья, офицеры полка с командиром во главе и бывшие офицеры полка в саду при новом офицерском собрании полка / Фото: ПРЕДОСТАВЛЕНО М.ЗОЛОТАРЕВЫМ

Отдельным образом в Петербурге и пригородах существовали Собственный Его Императорского Величества Конвой, формировавшийся из казаков Кубанского и Терского войска, Саперный батальон, Жандармский эскадрон, Железнодорожный полк, Сводно-Казачий полк, Гвардейский Морской экипаж, Собственный Его Императорского Величества сводный пехотный полк, Рота Дворцовых гренадер, Запасный кавалерийский полк. Артиллерию представляли 1-я и 2-я артиллерийские бригады, бригада Конной артиллерии, два Мортирных дивизиона, Тяжелый артиллерийский дивизион, Стрелковая артиллерийская бригада. «Варшавская гвардия» выглядела скромнее. В 3-ю пехотную гвардейскую дивизию входили Литовский, Петроградский, Кексгольмский и Волынский полки. В отдельную кавалерийскую бригаду – Гродненский гусарский и Уланский Его Величества полки. Там же стояла 3-я гвардейская артиллерийская бригада.

Силища! Свыше 100 тыс. солдат и офицеров, представляющих военный цвет нации. Как бы сложилась судьба Отечества, не положи их генералы Главного штаба в болотах Литвы и Польши, в лесах Волыни и на склонах Галиции?

Все ребята на подбор

Императрица Елизавета требовала, чтобы в гвардейскую пехоту из рекрутов отбирали мужчин ростом не ниже 182,5 см. Сохранилась запись от 1840 года о правофланговом лейб-гвардии Преображенского полка унтер-офицере Хонине – его рост был 2 м 5 см. Живет легенда о том, что в конце ХIХ века в роте Его Величества Преображенского полка (1-я рота 1-го батальона. – Прим. авт.) служил солдат, получивший кличку «Малыш» по причине низкорослости. Он был самым маленьким в роте – 192 см. Сами судите, каков был подход при комплектовании гвардейских полков, если из собранных со всей России 431 436 призывников 1913 года только 180 человек имели рост выше 192 см. До 187 см доросли 1250 человек. Выглядели эти гиганты в строю впечатляюще. В гвардии не только лошади подбирались в масть. Дело в том, что еще Николай I распорядился, чтобы люди в полках соответствовали полковому стилю.

Преображенцы – темноволосые, высокие и мощные, чей тип определялся внешним обликом создателя полка, Петра Великого. Аналогичные требования существовали и к нижним чинам Гвардейского экипажа, в котором за «родителя» также почитали первого русского императора. В семеновцы попадали высокие гладковыбритые блондины с голубыми глазами – под полковой цвет. Красивые брюнеты отправлялись в Измайловский полк. Егеря – невысокие, коренастые, кряжистые. Московцы – высокие и непременно рыжие. Лейб-гренадеры обязаны были быть высокими брюнетами со зверским выражением лица. В Павловском полку служили, естественно, курносые блондины. «А курносы, как телята, это павловцы-ребята», – пелось в шуточных солдатских куплетах, известных под названием «Журавель».

Император Николай II в форме лейб-гвардии Гусарского полка / Фото: ПРЕДОСТАВЛЕНО М.ЗОЛОТАРЕВЫМ

В гвардейской кавалерии тоже блюли стиль. В Конной гвардии предпочтение отдавали высоким брюнетам. В кавалергардах – высоким блондинам. «Кавалергарды-дураки, подпирают потолки», – из того же сборника «Журавель».

«Синие» кирасиры обязательно носили усики, а конногренадеры по прозвищу «мрачные» – усищи. Кирасиры Его Величества отличались рыжеватостью – в тон собственных коней. Атаманский казачий полк – сплошь бородатые блондины, а лейб-гвардии Казачий – сплошь чубатые брюнеты да шатены. Странно, что отец Гришки Мелехова Пантелей служил, по мнению Михаила Шолохова, в атаманцах!

Имели свои отличия и гусары, и уланы, и Конная артиллерия. «Разодеты, как швейцары, царско-сельские гусары!», «Все красавцы, все буяны – наши славные уланы!»… Но главное их отличие было, само собой, не во внешних особенностях.

Известен случай с юным семеновским унтер-офицером Александром Суворовым. Как-то стоял он на посту в Петергофе у Монплезира. Мимо проходила царица Елизавета Петровна. Спросила солдата, кто он да откуда. Суворов ответил. Царица встрепенулась, вспомнила хорошо ей знакомого Василия Суворова. Затем, довольная, протянула сержанту рубль. А тот возьми и откажись, устав воинский, мол, не велит. «Что ж, – согласилась императрица, – верно. Я положу целковый у твоих ног на землю, как сменишься, так возьмешь». Сказала-сделала. И ушла. Этот целковый, первую свою награду, Суворов хранил всю жизнь.

В этом случае проступило все, что отличало элиту русской армии. Долг и честь, благодарность и верность, память и моральная чистота. Так воспитывали солдат. Так воспитывали офицеров. К этим качествам совершенно нелишне добавить и высочайшую образованность большинства господ офицеров. Во времена Петра учились в Европах, а в XIX веке государство позаботилось о том, чтобы создать мощную сеть элитарных учебных заведений, готовивших офицеров в гвардию. Только в Петербурге располагались знаменитый Пажеский корпус, Николаевское кавалерийское, Павловское и Владимирское пехотные, Константиновское и Михайловское артиллерийские, Николаевское инженерное училища, Морской корпус. В Москве – Александровское и Алексеевское пехотные училища.

Эскадрон Президентского полка / Фото: PHOTOEXPRESS

Учили не только военным наукам. Иностранные языки и гуманитарные дисциплины с упором на историю Отечества, Закон Божий, математика, естествознание. А кроме того, учили хорошим манерам и танцам, преподавали музыку и рисование. Само собой, не забывали о «физкультуре»: верховой езде, стрельбе и фехтовании. Как-то в газете 100-летней давности попался на глаза исторический «ребус»: среди прочих причуд начала ХХ века упоминалось, что офицеры предпочитали стоять в петроградских и московских конках. Пытался объяснить себе загадку с позиций века ХХI: боялись измять мундир, мешало холодное оружие, запрещал устав…

Ответ нашелся в чьих-то мемуарах. Оказалось, потому, что они были… офицерами! Сильными, гордыми, моложавыми людьми, которым просто нравилось ощущать землю ногами, а не… всем остальным.

Никогда нам не служить в кавалергардах

В 1918 году новая власть стала расформировывать гвардейские полки. Начала, разумеется, с Преображенского.

Прошло всего 23 года, и та же самая власть осознала, что военные традиции – одна из базовых ценностей армии, способная привести ее к победе в любой войне. Уже осенью 1941 года, когда немец еще теснил нас под Москвой и судьба столицы оставалась под большим вопросом, первые гвардейские дивизии получили право нести традицию славы дальше.

Другое дело, что позже, в пылу успехов 1944–1945 годов, гвардейский статус превратился еще в одну сугубо боевую коллективную награду. Сотни частей и соединений обрели гвардейство. Никто и не думает оспаривать подвиги их солдат и офицеров. Но только ли подвиги на поле брани определяют безусловно и постоянно лучших? Можно ли считать элитой вооруженных сил целые танковые, воздушные и полевые армии, численность каждой из которых исчислялась десятками и сотнями тысяч солдат и офицеров?

Лично мне ближе современный подход к гвардейскому званию. За 17 лет жизни России после распада СССР случалось всякое. И повоевать нам пришлось в достатке. Но лишь однажды власть решила присвоить гвардейство – 22-й отдельной бригаде спецназа ГРУ. Видать, бригада эта – что-то особенное.

В самом начале 90-х предпринималась попытка возродить в Российской армии Преображенский и Семеновский полки. Идея, конечно, красивая, но не жизнеспособная. С военной точки зрения шаг абсолютно бессмысленный. С показательно-парадной? Но в том-то и дело, что «те» преображенцы и семеновцы оказались героями парадов после того, как стали героями сражений.

Может быть, довольно, что эскадрон Президентского полка демонстрирует нам на Соборной площади Кремля торжественные разводы караула по субботам, а оркестр Министерства обороны в особо торжественных случаях получил возможность выступать в парадных мундирах лейб-гвардии Преображенского полка?

Хотя… какой же русский откажется увидеть, как «серебристые линии кавалергардов сменяются золотистыми линиями Конной гвардии»…


Скачать (PDF, 10 Mb)

поиск В АРХИВЕ журнала

Год и месяц издания журнала:

Автор статьи:

Название статьи:

Показать все номера

КОНТАКТЫ

Редакция журнала “Русский мир.ru”
Тел.: (495) 981-56-80
Тел.: (495) 981-6670 (доб.109) - вопросы по подписке

Задать вопрос редактору журнала:

Защита от автоматических сообщений
CAPTCHA

Задать вопрос по подписке на журнал:

Защита от автоматических сообщений
CAPTCHA