Память Сердца

Ночь. Наш поезд мчится туда, откуда четыре года назад пришла серая смертельная туча – фашизма. В Германию. Уже весна. Но пока холодно. Лежу в углу товарного вагона. Только, что сменилась с дежурства на пушке, которая стоит на платформе поезда.

Несколько часов не было налета. Темно. Идет дождь. Вагон как решето практически без крыши. На мне нет сухой нитки, еще и заболела. Наверное, высокая температура.

В голову приходят мысли, за которые на войне – расстрел, это сухая одежда, мягкая постель, и горячий чай.

Скоро мне исполнится 22 года. На войне с 18 лет. За, что на мою молодость выпало такое тяжелое испытание? Сколько я еще, выдержу? Не знаю… Нет, такие мысли на руку врагу. А с ним у меня особые счеты. Я обязана выздороветь и бить неприятеля. Надо отомстить за дядю – командира партизанского отряда. Живым закопали в землю. За старшего брата. Тяжело раненый лежит в госпитале. За младшего брата. Убили в первом же бою – необученного послали на передовую. Я не имею права нарушить традицию семьи Еждиных – воевать за правое дело.

В 1913 году мой дядя Еждин Егор Фокович сражался в бригаде Котовского. Был начальником снабжения 2-й стрелковой бригады. В 1919 г. – первый военком г. Тирасполь.

На Тирасполь шла до зубов вооруженная банда анархистов под лозунгом «Бей жидов». Ранее этой бандой, были совершенны нападения на украинские села, в которых члены группировки уничтожили всех евреев. Дядя один в качестве парламентера выехал на коне им на встречу. В ультимативной форме запретил входить в город, в противном случае они все будут уничтожены.

Хочется написать домой как мне здесь тяжело. Письма писать можно. Только цензура высока. Свои пушки называем «звонкими подружками». Жизнь раскрашиваю в розовый цвет. Хочу, чтобы меня пожалели. Вместо этого написала, что оса укусила меня за спину и ночью укрылась с головой под одеялом, чуть не задохнулась. Думаю, поймут ли, что рядом разорвалась бомба. Меня засыпало землей и ранило осколком в спину. Сегодня чуть не упала со скользкой платформы. Падая, схватилась за брезент, который чудом оказался, прижат колесом к бочке.

Родилась я в г. Тирасполь в 1922 году была призвана в действующую армию. Пункт направления – Ленинградский фронт. 99-й отдельный зенитный артиллерийский дивизион.

С первых до последних дней блокады Ленинграда, ведя ожесточенные бои, дивизион стоял на подступах к городу. В состав дивизии входили четыре батареи. Я служила в четвертой, была заместителем командира зенитного орудия. Командиром орудия – был сержант Воробьёв. Командир батареи – лейтенант Бубнев. Командир дивизиона – майор Сапон. Девушки  бойцы – Царицына, Беляева, Архипова, Смирнова, Титова, Куричёнкова, и др. Ни одного вражеского самолета мы не пропустили в Ленинград.  Отражали атаки танков.

Голодные. Мокрые. Обветренные. Мы не отходили от пушек. Ни днем, ни ночью. Дневной рацион бойца – кусочек сахара и хлеба. Но хлеб был из каких-то колючек. Мы его не могли есть. Меняли у ребят на сахар. Жили на 2-х кусочках сахара и воде.

Радость была одна: мы принимаем участие в спасении жизней измученных ленинградцев.

После снятия блокады дивизион пошёл с боями в Украину, Белоруссию, Польшу, Германию. Орудия перевозили по железной дороге на платформах. Если прилетали вражеские самолеты, вели огонь прямо с платформы.    

В основном наш дивизион стоял на обороне стратегически важных объектов: мостов, железнодорожных станций. Он обеспечивал беспрепятственное передвижение нашей армии.

В Белоруссии ощутимую помощь действующей армии оказывали партизаны. Польша же была разрушена до основания. В Германии мы вели бои на реке Одер. Мало назвать бои там ожесточенными это было страшное кровопролитие. Стояла буквально стена огня. Горели земля, воздух, даже вода в реке, которая была красной от крови.

Невозможно передать радость, которую испытала я, узнав 9 мая 1945г. в 2 часа ночи, что все ужасы нечеловеческие страдания позади.

Во время войны мы не думали, что совершаем подвиг. Просто страстно желали освободить свой дом от коричневой чумы. Планы Республики Молдова во время военных действий 1992 года не были так ясны, как планы Германии в ВОВ. Но, увидев оружие в руках людей, идущих на нашу Приднестровскую землю, я сразу вступила в ряды Защитников Приднестровья. Ведь человек без родины песчинка в поле.

Родина не забыла  подвигов своих заступников. Моя гордость – боевые ордена и медали СССР, благодарственные письма и юбилейные награды за освобождение России, Украины, Белоруссии. Я награждена знаком «За оборону Приднестровья».

На фронте самой большой наградой было заслужить право вступить в партию. Подлинник служебной характеристики у меня сохранился. «Л.А.Еждина, находясь в рядах Красной Армии, с честью   оправдала доверие Родины. С первых до последних дней службы в Красной Армии она проявила себя как достойный воин, примерный в дисциплине, выдержке и учебе. На протяжении всей службы являлась отличником боевой и политической подготовки. Бесстрашному и решительному бойцу, ей было присвоено звание ефрейтора, и она была выдвинута на должность командира орудия. Является примером для всех бойцов-девушек. С честью выполнила свой долг перед Родиной, находясь в рядах Красной Армии».

Сегодня я хочу обратиться к нашей молодежи. Вы, молодые люди, много знаете  о трудностях, которые легли на плечи нашего поколения, из газет, книг, телеэкрана. Слышали о боях, голоде и боли. Мне хочется поговорить на тему, которая, на мой взгляд, мало освещена, - о мыслях, чувствах, способности преодолевать трудности, о страхе и смелости нас, воинов. Не каждый фронтовик хочет и может говорить о таком, очень личном, своих внутренних переживаниях.

В далеком 1941 г. у меня, восемнадцатилетней, было два выбора – либо сражаться с врагом, о целях  и зверствах которого я хорошо знала, либо спрятаться.  Уехать далеко на Север. Я выбрала первое и очень рада тому, что победила, выжила. А главное, я уверена в том, что знаю, как сегодня вашему поколению побеждать врагов.

Идя на фронт, на  смертный бой, мы не знали масштабов и продолжительности той трагедии. Так и сейчас, невозможно определить, сколько погубят жизней, принесут зла ваши враги: алкоголь, курение, наркотики, злословие. Уже сегодня статистика об их «подвигах» напоминает сводки  информбюро первых дней войны. Живите красиво, нам на радость. Общайтесь, употребляя только хорошие слова, на фронте нам их так не хватало. Были только сухие и четкие приказы. Запрещалось называть друг друга по имени, только по званию и фамилии. Мы, девочки, тихонько, шепотом общаясь, говорили имя и очень этому радовались. В нашем дивизионе была гармошка. В редкие часы отдыха  мы собирались и слушали далеко не профессиональные мелодии – это было наше развлечение. Мне хочется надеяться, что молодые парни  и девушки прочитают мою статью и скажут: разве мы хуже этой когда-то хрупкой девочки из нашего города? Когда до красна от выстрелов накалялся ствол пушки и его надо было заменить, я отбегала подальше от орудия и стреляла по самолету из автомата. Отвлекала огонь на себя.

В конце войны после открытия II-го фронта у нас  вдруг сняли  с вооружения зениточки, которые мы лелеяли как маленьких детей и дали взамен какие-то американские. «Пауки» - так мы их называли. Очень не любили. После команды «воздух» начинали вырабатывать данные, но не успевали. Летчик, увидев нашу батарею, улетал в страхе. С пушками мы бы не дали ему уйти.

Часто в оценке нашей молодежи звучит слово «распущенность». Я с ним не согласна. Просто препятствия, встречающие на жизненном пути, не все могут преодолеть, и тогда «на помощь» приходят вредные привычки, которые легче не иметь, чем потом с ними сражаться. На фронте было много случаев, когда бойцы убегали, бросив оружие. Бежали от трудностей, опасности. Но куда?... Если враги разрушили дом, город, родное село? Значит, бежали от реальности.

На войне от смерти нас защищали оружие и смелость, а у современных людей есть много способов оградить себя от зла. Знания, любовь близких, дом, хорошие друзья, любимая полезная работа, реальная возможность увидеть целый мир. «В разгар Отечественной войны немецкий врач, обследовавший угнанных из СССР в Германию девушек в возрасте 18-20 лет, решил обратиться к Гитлеру с призывом немедленно начать мирные переговоры с нашей страной. Его удивило, что 90% девушек были девственницами. Он писал Гитлеру, что невозможно победить народ с такой высокой нравственностью».

Надо выбрать правильную дорогу жизни и с честью пройти по ней, чтобы дети, внуки и правнуки гордились вами. Все это трудно представить молодому человеку, нелегко осуществить, потому что нужна высокая самодисциплина. На фронте в этом плане было легче. У всех одна дорога – к победе. Жесткий военно-уставной режим, ни шагу в сторону, ни слова лишнего.

У меня была одна мечта – выспаться. Однажды после тяжелого боя я заступила ночью в наряд и уснула, стоя на посту. Спала, возможно, несколько минут, а может и секунд, никому не сказала. За такое – расстрел. Сама себе и сейчас не могу этого простить, ведь больше минуты нашего промедления вражескому самолету и не надо, чтобы бросить бомбу на объект, охраняемый нами, или уничтожить наше орудие. Тип вражеского самолета мы определяли по звуку мотора издалека. Знали все модели. Особенно нас доставал «Хенкель 111», сравнительно бесшумный, маневренный, быстрый. Но все равно, если попадал в зону обстрела, горел как спичка.

Мой муж, с которым мы прожили 47 лет, к сожалению, ушел из жизни. Он, Разживин Е.А. – капитан, артиллерист, всю войну был командиром батареи. Наши легкие автоматические зенитки перевозили на платформах по железной дороги, а его тяжелые пушки прицепляли к автомобилям, обычно по  бездорожью. Очень тяжело кадровому офицеру Разживину досталась победа, после которой он добивал врага еще и в Японии. Светлая ему память.  В начале войны было одно чувство – страх. Но то, что пришлось увидеть, - смерть, кровь, разрушения, ленинградцев, которые были похожи на живые скелеты, многие падали прямо на наших глазах и умирали – все это добавило злобы и решительности. Появилась готовность умереть в борьбе с врагом. Думала, погибну, ну и что, а выживу – счастье. Я рада, что внесла в эту грандиозную победу свою крошечную лепту.

Мы воевали, чтобы вы, нынешнее поколение, могли жить на своей земле. Так живите красиво, нам на радость.

Желаю Вам мира, здоровья на долгие годы. Много радости я счастья.

P.S. Я помню девушку-бойца, которая, смеясь говорила, что после войны ни за что не будет носить тяжести – за 4 года мы перенесли сотни тонн ящиков с боеприпасами – а через час после нашего разговора, мы с трудом находили фрагменты ее тела. Она не успела добежать до пушки… Помню молодого красивого летчика с голубыми глазами, неподвижно смотрящими в небо. Его самолет подбили, упал недалеко от нашей батареи. Помню радость и ликование воинов доживших до Победы.

Демобилизовали меня осенью 1945 года. Ехала домой, на вокзале уснула в ожидании поезда. Меня не могли разбудить сутки, думали неживая…

Мне часто снится война. Кричу во сне – «параметры дальности, высоты и 180 выстрелов в минуту огонь!!! Воевала с черной чумой фашизма, национализмом, а теперь мои противники – это болезни. У меня есть мечта – дожить до 65-летия Победы. Я хочу донести до великого юбилея живую память и живое слово. Бог не зря хранит мою жизнь. После всего перенесенного – это чудо. Возможно, смысл моей жизни в том, что бы вы, дорогие мои молодые люди, прочли эту статью и всегда хранили мир в душе в своих семьях, по тому, что мир - это ценность, завоевание которой дается очень не легко. Мира Вам дорогие мои!!!

Я победила в 2-х войнах, очень хочется еще раз победить в конкурсе «Память сердца». Спасибо организаторам очень мудрое решение его проведение в преддверии 65-й годовщины освобождения от немецко-фашистских захватчиков!