RUS
EN

«Полтава». Возвращение

 

«Полтава». Возвращение

Любовь РУМЯНЦЕВА

В наши времена космических спутников и нанотехнологий воссоздать большой деревянный корабль времен Петра I кажется делом пустяковым. Как бы не так! Не найти нужного количества корабельного леса, почти перевелись в России хорошие плотники, да и чертежи старинных судов достать непросто. Но строители 54-пушечного линейного корабля «Полтава» решили попробовать…

Экскурсовод рассказывает о трудностях службы на корабле. Все 350 матросов ночевали в гамаках на низкой и тесной палубе / Фото: АНДРЕЙ СЕМАШКООдним из первых ли­нейных кораблей Российского военно-морского флота была 54-пушечная «Полтава». Она была спущена на воду в 1712 году на Адмиралтейских верфях в новой столице России – Санкт-Петербурге. Этот корабль, названный в честь победы под Полтавой, участвовал во многих сражениях Северной войны, пугая шведские эскадры своей мощью. Император сам участвовал в его строительстве, о чем свидетельствуют воспоминания датского посланника, приглашенного в Адмиралтейство 4 декабря 1709 года полюбоваться на закладку нового корабля: «Царь как главный корабельный мастер (должность, за которую он получает жалованье) распоряжался всем, участвовал вместе с другими в работах и, где нужно было, рубил топором, коим владеет искуснее, нежели все прочие присутствовавшие там плотники». Петр держал на «Полтаве» свой штандарт, а в конце жизни приказал сохранять корабли первой постройки и захваченные в боях шведские трофеи «навечно» – то есть создать своеобразный мемориал. Однако после кончины императора они все пришли в ветхость по недосмотру, и их разобрали на дрова.

Лишь спустя почти триста лет в России вспомнили о завете Петра I и решили его выполнить – полностью воссоздать уникальный петровский корабль, пустить его на воду и ­открыть для посетителей. Такие «плавучие музеи» есть у каждой морской державы – у Голландии, Англии, Франции, Швеции. Теперь о зарождении нашего флота узнают и в России.

Будущее – в мешке с желудями

«Полтаву» XXI века создают в поселке Лахта на северном берегу Финского залива. Дело это не быстрое: Петр I строил свой первый корабль три года, его сегодняшние последователи тоже рассчитывают уложиться в этот срок. Работы на верфи начались год назад и не прекращаются ни на день. Постоянно шумит пилорама – пилит добытые с таким трудом дубовые стволы, из которых создают каркас огромного судна.

– Это только кажется, что воссоздать деревянный старинный корабль такого размера при современном уровне технологий несложно, – рассказывает Лидия Гуменюк, сотрудник отдела научных исследований проекта «Полтава». – Чтобы понять, быть или не быть «Полтаве», нужно было изучить вопрос – а найдется ли в России достаточное количество подходящих деревьев? Ведь для строительства судна нужно 3 с половиной тысячи корабельных дубов! Корабельный дуб – это прямой и здоровый дуб не моложе 150–200 лет. Интереса ради посчитали годовые кольца одного из привезенных дубов, и оказалось, что он был посажен в 1812 году! Было решено этот срез сохранить и показывать на экскурсиях. В результате исследований выяснилось, что дубов должно хватить. Но их везут к нам со всей России – из Тамбовской, Брянской, Тульской областей, много подходящего материала оказалось в Краснодарском крае. При этом дубы должны быть не только здоровыми и подходящего размера, но и находиться в лесозаготовках, а не в заказниках или национальных парках, где их, естественно, рубить никто не собирался. Если бы дубы не пошли на строительство нашего корабля, они пошли бы на ­паркет.

Впрочем, нынешние проблемы с корабельным лесом не удивили бы Петра I, который испытывал трудности куда большие.

Фото: АНДРЕЙ СЕМАШКО– Подумайте сами, нам везут лес хоть и издалека, но на грузовиках, – рассказывает Филипп Кузьмичев, руководитель отдела научных исследований. – А во времена Петра лес заготавливали за тысячу верст от Петербурга, в Казанской губернии, и сплавляли весной «по полой воде» до Новой Ладоги, оттуда зимой везли на санях в Петербург. Доставка леса занимала иногда три года и составляла треть стоимости всего корабля.

Корабельный лес был в буквальном смысле на вес золота, не­удивительно, что петровский закон запрещал народу вырубать корабельный лес в 50-метровой зоне от сплавных рек.

– С лесными «браконьерами» разговор был короткий – голову на плаху, – говорит Филипп Кузьмичев. – По подсчетам, за время царствования Петра I было вырублено около 6 миллионов гектаров корабельного леса. Петр всегда носил с собой мешок с желудями и высаживал молодые дубы где только мог. Царь как никто понимал, что без леса не будет флота России, он заботился о будущем страны с точки зрения стратегической безопасности. До сих пор на обоих берегах Финского залива стоят посаженные Петром дубки. Правда, корабельных дубов из них не выросло – из-за ветров стволы кривые.

Полцарства за умелого плотника

На верфь в Лахте каждый день приезжают экскурсии – когда еще представится случай понаблюдать за строительством старинного корабля? Скоро на территории верфи заработают ткацкие мастерские – часть парусов строители «Полтавы» собираются ткать вручную, чтобы показать, какую грандиозную и трудоемкую работу проделали наши предки.

Пока что в огромном ангаре один за другим устанавливают шпангоуты – каркас ­будущего фрегата. До конца строительства еще очень далеко, но даже от вида огромных, высотой с четырехэтажный дом, деревянных ребер захватывает дух.

Срез корабельного дуба. Годовые кольца дерева, которое помнит и Великую Отечественную, и революцию, и победу над Наполеоном / Фото: АНДРЕЙ СЕМАШКО– Окажись здесь Петр I, он бы нам позавидовал, – смеется Филипп Кузьмичев. – Огромные шпангоуты собирают по частям, соединяя между собой деревянными нагелями, потом уже устанавливают. Во времена Петра это делали мужики с огромным трудом – с помощью блоков и канатов. У нас же есть пятитонная кран-балка. И конечно, у Петра не было ни бензопил, ни лазерных дальномеров, которыми мы до миллиметра вымеряем точки соединения деталей. Не было трехмерных моделей, полноразмерных, распечатанных на плоттере чертежей. У строителей первой «Полтавы» на вооружении были только топоры. Конечно, заманчиво было бы не только полностью воссоздать сам корабль, но и построить его исключительно «по старинке». Подумав, мы отказались от этой идеи. У нас работают 75 человек. У Петра на стройке каждого корабля трудилось более 400 человек, и все равно всегда был недостаток в хороших мастеровых. Сейчас во всем мире, наверное, не найти плотников, так виртуозно владеющих топором, как это умели в XVIII веке. К сожалению, научившись нажимать на кнопки различной аппаратуры, мы разучились плотницкому искусству.

Впрочем, найти не виртуозных, а просто умелых плотников – это тоже задачка ненамного легче. В России почти нет специалистов, имеющих опыт в строительстве подобного рода судов – ведь и судов таких у нас нет. А найти корабельного конопатчика – вообще неразрешимая проблема.

– К счастью, есть те люди, которые в 1999 году воссоздавали «Штандарт» – точную копию боевого корабля, построенного Петром I для обороны Петербурга, – говорит Филипп Кузьмичев. – Они же теперь строят и «Полтаву» и обучают новичков. Наши плотники – это отдельная история. Среди них есть ребята с философского факультета. Есть астрономы, есть просто любители реконструкции, есть даже орнитологи! Всех их объ­единяет фанатичная идея – они мечтают построить корабль.

«Работа для настоящих мужиков»

Кормовой декор: Фаэтон, летящий головой внизМихаил Сидоровский – один из плотников «Полтавы». Парню 25 лет, и по образованию он инженер-оптик.

– Интерес к кораблестроению у меня от отца, который работал в Военно-Морском музее, – говорит Михаил. – Я знал о строительстве «Полтавы», но не думал, что могу тоже поучаствовать, все-таки не моя профессия. Когда директор проекта Андрей Грошиков предложил мне попробовать, я тут же согласился. Все-таки это работа для настоящих мужиков, о которой не стыдно рассказывать – работа руками и головой, иногда тяжелая и выматывающая, монотонная. Но зато это воспоминание на всю жизнь! Строить в XXI веке большой деревянный корабль – это не в офисе за монитором сидеть!

Михаил рассказывает, что поначалу у него болели все мышцы – предплечья, плечи, спина, поясница, ноги.

Работа на верфи кипит: гигантские шпангоуты собирают на площадках и затем устанавливают вертикально с помощью кран-балки / Фото: АНДРЕЙ СЕМАШКО– Раньше корабли были деревянные, а люди – железные, а сейчас наоборот, – смеется Михаил. – Работа довольно тяжелая физически. Особенно для непривычного человека. Надо много строгать, пилить, носить тяжелые детали. Да, нам в чем-то проще, чем нашим коллегам в XVIII веке – у них не было никаких касок, правил безопасности труда, бензопил, освещения, отопления. Но зато у них были умение и опыт. А мы как дети малые, вынуждены учиться с самого начала. Например, только ко времени изготовления последних шпангоутов мы набрали достаточно опыта, по­этому сейчас мы их делаем в два раза быстрее, чем год назад.

Далеко не всем подходит такой труд – те, кто решил просто заработать, быстро уходят с верфи.

– Это работа для людей с думающей головой и руками, которые растут из правильного места, – считает Михаил-плотник. – Иногда приходится долго голову ломать над решением какой-нибудь задачки, часто коллективно! Зато установка каждого шпангоута – радость. Кормовую оконечность доделали – праздник. Нос скоро будет готов – событие. Да и просто удовольствие каждый понедельник идти на работу!

Железные люди на деревянных кораблях

Петр I позавидовал бы современной точности всех приборов / Фото: АНДРЕЙ СЕМАШКОНа «Полтаве» все будет так, как полагается, например уже отлиты копии 18-фунтовых, 12-фунтовых и 6-фунтовых пушек, составлявших артиллерию линейного корабля. Но большинство посетителей будут сильно озадачены, когда узнают, что символ российского флота, красавец-корабль был отнюдь не комфортабельным лайнером.

– Условия на «Полтаве» были типичными для того времени, но это были очень суровые условия, – рассказывает Филипп Кузьмичев. – Многие рекруты до армии вообще не видели моря ни разу, а тут они попадают на корабль, где тяжелый физический труд, теснота, духота, холод. Пищу принимали два раза в день, строго по расписанию. По штату кораблю полагалось 350 человек – все они располагались на сон на основной палубе в гамаках. Там настолько низко, что не разогнуться. В трюмах всегда стояла застоявшаяся вода, испарения. Еда тоже далеко не всегда была хорошего качества – поэтому среди команды нередки были случаи желудочно-кишечных расстройств. Это, кстати, сильно вредило боеспособности судна. Есть одна версия, почему российский флот не очень активно участвовал в Гангутском сражении, – потому что вся Ревельская эскадра отравилась протухшим снетком, которым ее кормили в период Петровского поста. Еще частыми «друзьями» матросов были цинга и простуды. Но Петр, кстати, очень серьезно относился к условиям службы своих подчиненных. Один раз, в 1721 году, после инспекции он прямо на пристани повесил трех купцов за поставку дурного продовольствия. Но один человек не может уследить за всем, поэтому жизнь на кораблях еще долго оставалась далекой от комфорта.

«Темное» петровское время

Все детали подогнаны до миллиметра / Фото: АНДРЕЙ СЕМАШКОНа верфи пилят доски, строят каркас корабля, отливают пушки и ткут паруса. Но это лишь вершина айсберга. Главное действо происходит в тишине архивов, где историки перерывают тонны старинной рукописной документации в попытках найти точные сведения о «Полтаве».

– Все началось всего с двух цифр – 130 и 39, – рассказывает Филипп Кузьмичев. – Они были написаны свинцовым карандашом на чертеже мидель-шпангоута, найденном среди бумаг Петра в Библиотеке Академии наук. Ученые сопоставили несколько документов и поняли, что это длина и ширина «Полтавы» – других кораблей такого ранга в России тогда не было. По мидель-шпангоуту и указанным размерениям было возможно восстановить теоретический чертеж корабля.

А дальше началось самое сложное. Ведь недостаточно лишь основных размеров – для исторической достоверности важна каждая деталь, каждая мелочь. Как выглядели пушки и где они стояли? Какого типа были шлюпки? Многие историки буквально боятся браться за петровское время, называя его «темным» – информации очень мало, и она погребена в недрах исторических архивов.

Образцы корабельных пушек уже отлиты, установлены на верфи и даже стреляли / Фото: АНДРЕЙ СЕМАШКО– Нам повезло, что существует известная гравюра Питера Пикарта, – говорит Филипп Кузьмичев. – На ней изображен линейный корабль «Полтава», где можно ясно разглядеть кормовой декор: Фаэтон, летящий головой вниз в пропасть. Использование этого древнегреческого персонажа – явно идея самого Петра. В одном из своих писем после Полтавской битвы он так высказался о своем противнике «надменном Карле»: «И единым словом сказать: вся неприятельская армия Фаэтонов конец восприяла». Наша команда состоит из нескольких очень серьезных историков, мы все сидим в архивах. Бывают и настоящие подарки судьбы, например я после долгих поисков нашел чертежи пушек со всеми размерами в рукописи Муравьева «Подлинное научение от артиллерии констапелям морским и сухопутным» 1718 года. До этой находки мы могли только догадываться, как выглядели пушки на «Полтаве». По любому вопросу среди историков разгораются нешуточные споры, мне, как руководителю исторического отдела, приходится выступать в роли судьи и принимать решения. Это нелегко, но хочется построить такой корабль, чтобы сам Петр I не заметил бы разницы…

Не пустят в плавание?

Через два года «Полтаву» достроят и спустят на воду. У России появится наконец-то свой исторический символ, олицетворяющий первые победы российского флота. Но будущее «Полтавы» до сих пор туманно.

– Это будет музейный комплекс, научный, культурный, исследовательский и педагогический центр по изучению морской истории города и страны, – говорит Лидия Гуменюк. – Вопрос в том, будет ли наш корабль лишь стоять на якоре или сможет пойти в плавание. Естественно, исторические деревянные корабли не соответствуют современным нормам безопасности судов. Но мы сейчас ведем переговоры с Регистром, надеемся, что удастся решить эту проблему.

Если у строителей «Полтавы» все получится, то уже через несколько лет в Финском заливе будут развеваться паруса и палить пушки старинного линейного красавца-корабля. В память о подвигах, в память о победах. В память о Петре и о безымянных матросах. В назидание нам, потомкам.


Скачать (PDF, 10 Mb)

поиск В АРХИВЕ журнала

Год и месяц издания журнала:

Автор статьи:

Название статьи:

Показать все номера

КОНТАКТЫ

Редакция журнала “Русский мир.ru”
Тел.: (495) 981-56-80
Тел.: (495) 981-6670 (доб.109) - вопросы по подписке

Задать вопрос редактору журнала:

Защита от автоматических сообщений
CAPTCHA

Задать вопрос по подписке на журнал:

Защита от автоматических сообщений
CAPTCHA